Черепашки-ниндзя и Черная Рука | Страница 8 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Джон пытался закрыть глаза, но какая-то сила не давала ему это сделать, словно веки кто-то держал. Кожа Чёрной Руки медленно сползла с головы, словно это была не кожа, а какой-то чулок. У Чёрной Руки обнажился голый череп. Затем он снял верхнюю часть черепной коробки.

Взору Джона открылись прорезанные извилинами полушария сероватой студенистой массы, покрытые ярко-красными нитями кровеносных сосудов.

Мозг, словно живое существо, шевелился и трепетал. Мозг работал. При виде этой пульсирующей блестящей массы, Джон почувствовал позывы к рвоте.

Неожиданно Чёрная Рука начал смеяться. Глаза его горели, мозг шевелился. В когтистой руке у него была верхняя часть черепной коробки, а в другой – содранная с головы кожа.

Крик отчаяния вырвался из груди Джона.

* * *

Каролин Маклей в Нью-Йорк приехала со своей матерью, которая была отсюда родом. Здесь жили бабушка и дедушка Каролин. Они когда-то были актёрами в одном из театров. Бабушка в тридцатые годы снималась в кино. Но лавров кинозвезды она не снискала.

Теперь они доживали свой век на окраине города, довольно часто посещали театры и кино, так и не прикипев сердцем к домашнему видео.

Каролин же мечтала стать киноактрисой или манекенщицей. У неё была приятная внешность: красивые глаза, длинные русые волосы и не по годам высокий рост. В свои пятнадцать она уже была ростом около пяти с половиной футов. «C таким ростом я смогу и в конкурсе красоты участвовать думала она, – там же допускаются только с такой фигурой, как у меня и любят длинноногих. Вот только нужно немного пожить в большом городе и набраться опыта».

Сама Каролин жила с родителями в крохотном городке в шестидесяти милях от Спрингвуда. С этого года она училась в колледже, но её все больше влекло искусство кино. В студию киноактёра при Голливуде ей было ещё рано поступать, и, зная о том, что у её бабушки были кое-какие связи в театральных кругах Нью-Йорка, она уговорила свою мать приехать к бабушке, чтобы та как-то помогла ей устроиться в театральный колледж.

«Нью-Йорк, конечно не Голливуд, – размышляла Каролин, – но кое-каких актёрских штучек можно набраться и в этом городе».

Её согласился просмотреть сам ректор колледжа. Он пообещал бабушке принять Каролин и разрешить ей учиться – хотя бы до сдачи первых экзаменов, ведь учебный год уже несколько недель как начался.

В первый же вечер она уселась в мягкое кресло у телевизора и включила один из каналов. Крутили фильм тридцатых годов «Это случилось однажды ночью». Это была комедия, в которой главную роль играл известный актёр Гейбл Кларк.

Про фильмы тридцатых ей все уши прожужжала бабушка, совершенно убеждённая в том, что вот тогда было настоящее кино, а сейчас – сплошь техника и компьютерные эффекты, за которыми не видно актёрского мастерства. И чтобы стать настоящей актрисой, нужно учиться на старых фильмах или ходить в театр.

От скуки, которую навевал этот фильм, хотя он когда-то, как сказал перед началом диктор, получил приз «Оскара», можно было удавиться. Всё было слишком правильно и просто: красивый герой-журналист, в него влюбляется дочь миллионера, дальше – гангстеры, пальба. Дело шло к счастливому концу, и Каролин почувствовала, что у неё постепенно закрываются глаза. Но она старалась отогнать сон, ей нужно было досмотреть этот фильм до конца, чтобы перед бабушкой похвастаться, мол она знает хоть несколько старых лент.

Очнулась Каролин, когда в фильме как раз наступала развязка, но девушка уже потеряла нить повествования и безучастно смотрела на экран.

Она взяла пульт, прошлась по остальным каналам. «MTV». «Новости» и «Спортивный канал» её не интересовали. Дальше тоже не нашла ничего интересного. На одном была религиозная передача, на другом – какое-то идиотское шоу с клоунами и шариками. Ещё по одному показывали очередной мексиканский сериал.

Каролин вернулась к тому же фильму тридцатых годов. Главные герои уже признавались друг другу в своих чувствах:

– И ты не оставишь работы после нашей свадьбы? – спрашивала журналиста девушка.

– Я ещё не думал над этим вопросом, но, наверное, что работу свою даже будучи миллионером не оставлю, – отвечал ей главный герой.

– Но я надеюсь, что ты не будешь больше писать про богатых, что они такие бездельники и живут только на проценты?

– Я уверен, что они такие же труженики, как и чистильщики сапог, и пекари, и полицейские.

– Но причём тут полицейские, – надула губки героиня.

– Да так, к месту пришлись, ведь нужно же кому-то с честными гангстерами бороться…

Каролин от этих слов опять потянуло на сон, хотя она и старалась досмотреть этот фильм до конца. Сказывалась усталость после дороги, после дневной прогулки по набережной вместе с бабушкой, а также посещения статуи «Свободы».

Сквозь полудрёму Каролин услышала, как девушка из фильма произнесла:

– Я думаю, что у нас все дни совместной жизни будут такими счастливыми, как и сегодня. А ты как думаешь, дорогой?

– Конечно… – ответил ей очаровательный Гейбл Кларк.

Но докончил он фразу на повышенной ноте и каким-то не своим хриплым голосом:

– …Хотя меня совсем не интересует, что ты думаешь по этому поводу!

Резко брошенная фраза главного героя заставила Каролин вздрогнуть. Сон как рукой сняло. Она с удивлением посмотрела на экран.

Чёрно-белый фильм в телевизоре вдруг окрасился. Вместо красавца Гейбла Кларка, главную героиню держал в объятиях какой-то безобразный человек с обгоревшим лицом и крючковатым носом в чёрной мятой шляпе и грязном красно-зелёном свитере.

Человек в шляпе поднял свою руку, замахиваясь на актрису. На этой руке неожиданно появилась перчатка, напоминающая лапу хищной птицы, с огромными острыми когтями-лезвиями. Та безуспешно пыталась вырваться из его цепких объятий и истошно кричала…

– Что за чушь, – произнесла Каролин.

И тут изображение на экране исчезло, вместо него появилось мельтешение и бегущие полосы. А из динамиков продолжали раздаваться женские крики и громкое рычание невесть откуда взявшегося человека в шляпе.

Каролин помотала головой, думая, что все это ей приснилось. Изображение на экране все не появлялось. А крики усилились. Каролин ущипнула себя за щеку. Почувствовав боль, она подумала: «Это, наверное, на студии какие-то накладки».

Девушка схватила пульт и стала нажимать кнопки переключения каналов. Но из этого ничего не вышло. В пульте не работала ни одна кнопка. На панели высвечивался один и тот же канал. Из динамика продолжались душераздирающие крики, на экране не исчезали полосы, а сам телевизор начал потрескивать.

Каролин отбросила в сторону ставший ненужным пульт, быстро поднялась, подошла к телевизору попыталась выключить его. И этого ей тоже не удалось сделать. Из динамика вырвался последний женский крик и телевизор замолк.

– Ну вот, – произнесла вслух Каролин, – не хватало мне испортить бабушке телевизор.

Она ещё раз посмотрела на погасший экран и стукнула по боковой стенке телевизора. Это не помогло. Каролин ударила телевизор с другой стороны. Тот и не думал исправляться. Девушка размахнулась, чтобы ударить ещё раз сверху, но в этот момент боковые стенки, по которым она только что ударяла, лопнули, а из образовавшихся дыр на ковровое покрытие посыпались искры.

Каролин удивилась, терять ей было уже нечего, телевизор уже явно сломался. Она со злостью треснула его сверху и в это же время из боковых стенок высунулись две руки, одна из которых была в чёрной перчатке, со стальными лезвиями на пальцах. Точно такую же девушка видела у человека, появившегося на телеэкране в последнюю минуту.

Каролин попыталась отскочить от телевизора, но ужасные руки вытянулись до невероятной длины и цепко ухватили её за талию. Из динамика раздался хриплый хохот. От боли Каролин вскрикнула. Она не ожидала попасть в такой переплёт в квартире бабушки.

Вдруг и верхняя крышка телевизора тоже лопнула и оттуда показался голый череп, обтянутый красноватой зарубцевавшейся после страшных ожогов кожей.

– Ой, извините, что без шляпы, – произнесла высунувшаяся голова.

В это мгновение на ней появилась невесть откуда взявшаяся помятая чёрная шляпа с широкими полями. Каролин сразу узнала страшного человека из телевизора, только сейчас он был наяву.

– Станцуем танго? – продолжила хриплым голосом голова.

8