Браслет для Золушки | Страница 16 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

  Ей этого было мало. Ей требовалось больше. Ее сердце билось так громко, что Кейт казалось, будто Ланс слышит его биение.

  Она подняла руки и просунула их под его рубашку, дотронувшись до него своими ногтями и легонько нажав. Ланс судорожно сглотнул и откинулся на стол, опершись на локти.

  — Я весь твой, Кейт, — хрипло пробормотал он. Кейт провела ладонями по его груди, чувствуя, как напрягаются мышцы в том месте, где она его касалась. Добравшись до плоских сосков, она стала вычерчивать вокруг них круги.

  Ланс застонал. Раздвинув чашечки ее бюстгальтера, он притянул Кейт к себе, и твердые бутоны ее сосков уперлись ему в грудь.

  — Ке-ейт, — протянул он, и от того, как Ланс произнес ее имя, Кейт задрожала.

  Бедром она чувствовала его возбуждение. Дыхание Ланса обдало ей шею, а затем его горячие губы прильнули к ее коже, и Кейт содрогнулась всем телом, когда он слегка куснул ее, царапнув шею зубами.

  Его руки нащупали молнию на юбке, а спустя еще секунду сильные руки сжали ягодицы Кейт. Наклонив голову, он лизнул ее сосок и медленно втянул его в рот.

  Колени у нее подкосились, и Кейт ухватилась за его плечи, чтобы не упасть от пронзительного желания.

  То, что делал с ней Ланс, находилось за пределами ее фантазии. Это было за пределами всего, что Кейт когда-либо испытывала.

  Это были не просто физическая близость и удовольствие.

  Это была любовь.

  Ланс знал многих женщин, но еще никогда не встречал такую страстную, как Кейт. Она была именно той женщиной, о которой мог мечтать любой мужчина.

  Ланс испытывал гордость. В том, что Кейт изменилась, была и его заслуга. Пусть ее превращение из гусеницы в прекрасную бабочку произошло без его участия, но именно он разбудил в ней настоящую женщину.

  Конечно, ее фигура была не идеальной — хотя он утверждал обратное, — но, возможно, именно эти недостатки помогали ему не забыть, что в его объятиях находится живая девушка, а не какой-нибудь идеал. И потом, ее кожа была необыкновенно мягкой и гладкой, а хрупкость и женственность вызывали в нем инстинктивное желание защищать Кейт.

  Ланс спустил бретельки бюстгальтера с ее плеч. Полные груди упали ему в ладони как сочные спелые плоды. Медленно, словно не веря, что Кейт принадлежит ему, он провел ладонью по ее телу.

  Ее соски были твердыми маленькими бутонами, которые просто не терпелось взять в рот. У Кейт была красивая грудь, и Ланс не мог от нее оторваться.

  Волны дрожи сотрясли ее тело.

  — Извини, — срывающимся голосом сказала она. Румянец залил щеки и грудь девушки.

  — За что? Ведь тебе нравится, как я тебя ласкаю. Ох, Кейти...

  У Ланса защемило сердце. Он понял, что, несмотря на внешние изменения, Кейт по-прежнему не уверена в себе. Он прижал ее к своей груди, и она спрятала лицо у него на плече, как маленький котенок.

  Но накатившая на него нежность не решала другой проблемы — он пылал от страсти и едва сдерживался, чтобы не овладеть ею прямо сейчас. Ланс задержал дыхание и медленно выдохнул. Как ни сильна его страсть, но он хотел дождаться сигнала от Кейт. Именно поэтому задумал устроить ужин в кабинете, чтобы побыть с ней наедине, но не в его доме, где она чувствовала себя немного неуютно.

  Ланс закрыл глаза, почувствовав сначала осторожное, а затем более смелое прикосновение ее язычка к своей шее. Одновременно рука девушки стала скользить по его груди. Она ненадолго задержалась на поясе брюк, и почти сразу он услышал звук расстегиваемой молнии.

  Открыв глаза, Ланс посмотрел вниз и увидел, как ее рука исчезает в его трусах. Прикосновение маленькой горячей ладони было подобно удару тока. Сжав зубы, он выносил эту восхитительно долгую и нестерпимую ласку. Его дыхание участилось. Повернув голову, Ланс заметил, как Кейт улыбается, глядя на него.

  Он приподнялся, расстелил кашемировое покрывало и уложил на него Кейт. Ее юбка сползла к ногам. Она нетерпеливо отбросила ее ногой, оставшись в кружевных трусиках и туфлях.

  — О, женщина, если бы сейчас ты видела себя моими глазами, ты больше никогда не стала бы сомневаться в своей сексуальной привлекательности!

  — Это все ты, — улыбнулась она.

  А затем Кейт приподнялась на локтях и раздвинула бедра. Ланс больше не мог, да и не хотел противиться зову этой сирены. Не отводя от нее взгляда, он достал упаковку презервативов, так как еще раньше они договорились, что о безопасности будет заботиться он.

  Подняв голову и увидев, с каким восхищением на него смотрит Кейт, Ланс возбудился еще больше.

  — Давай скорее, Ланс. Я больше не могу ждать.

  Он и не думал ждать. На лице Кейт было написано жадное нетерпение, и Ланс рванулся к ней, почти теряя голову от желания. Ее бедра совершали медленные вращательные движения, обещая ему небывалое наслаждение.

  Оно не заставило себя ждать...

  Он лежал рядом с ней. Его голова покоилась на ее груди, и Ланс слышал, как громко и часто бьется ее сердце в такт его сердцу. Он не хотел двигаться, не хотел отпускать Кейт от себя, а просто лежать рядом с ней всю ночь...

  И тут раздался стук в дверь.

  Кейт была в ужасе — кто-то стоит за дверью, в то время как они с Лансом полностью обнажены.

  — Возьми одежду и встань туда, — негромко распорядился Ланс, дотягиваясь до брюк. — Я разберусь.

  — Не могу поверить! — потрясенно прошептала Кейт, подбирая свои вещи. — А ведь мама предупреждала: если я буду плохо себя вести, Бог обязательно меня накажет.

  Ланс чуть не расхохотался, но вспомнил, что и его мать как-то высказалась примерно в таком же духе. Должно быть, все матери похожи друг на друга.

  Впрочем, Ланс достаточно грешил в жизни и не очень-то в это верил.

  — Мистер Броуди, вы у себя? — спросил охранник Стэн.

  — Сейчас, — отозвался Ланс, набрасывая на плечи рубашку. Он не хотел смущать Кейт еще больше, показываясь на пороге своего кабинета полуодетым.

  Он бросил взгляд в ее сторону. Она суетливо натягивала блузку, и ему нестерпимо захотелось заключить ее в свои объятия. Нет, не так — ему это было жизненно необходимо!

  — Что тебе нужно, Стэн?

  — Извините, сэр, но здесь мистер Мартин, эксперт. Я сказал ему, что вы еще не уходили, и он изъявил желание поговорить с вами. Я не могу впустить его в здание, так как пропуск не заказан, а на звонки вы не отвечаете.

  — Спасибо, Стэн. Пропустите мистера Мартина. Я спущусь за ним через несколько минут.

  — Да, сэр.

  Ланс закрыл дверь. Обернувшись, он увидел Кейт. Она была полностью одета. Обхватив себя руками, девушка смотрела на него широко раскрытыми глазами. В них застыли страх и какая-то неуверенность.

  — Не возражаешь, если мы немного передвинем наш ужин?

  — Да, конечно. Мне как раз нужно в дамскую комнату и...

  Ланс остановил поток слов, приложив палец к ее губам.

  — Если желаешь, можешь вернуться домой. Я заеду к тебе, когда выясню, зачем я понадобился мистеру Моргану в такой поздний час.

  Кейт закусила губу и покачала головой.

  — Думаю... Я бы хотела сегодня побыть одна.

  — Что случилось?

  — Пожалуйста, Ланс. — Она склонила голову набок. — Мне просто нужно побыть одной. Что, звучит глупо?

  — Да нет, не глупо.

  Кейт облегченно вздохнула.

  — Тогда договорились, хорошо? Изменить свой имидж — это одно, а изменить своим принципам — это немного другое, — призналась она.

  — Заниматься любовью с мужчиной — разве это противоречит твоим принципам?

  — Дело в другом, — выпалила Кейт, собравшись с силами.

  — В чем же?

  — Я тебя люблю.

  Едва эти слова были произнесены, как она заторопилась к двери.

  — Подожди минутку, Кейт.

  Девушка остановилась, но не оборачивалась. Ланс лихорадочно соображал. Может, послать этого Мартина к черту и попросить ее повторить, чтобы не сомневаться, не ослышался ли он?

  Но что, если Мартин сообщит что-то важное? Впервые в жизни женщина заставила Ланса Броди разрываться между своими желаниями и своими обязанностями.

  — Не сейчас, Ланс.

  — Ты любишь меня?

  — Да, — не колеблясь, ответила Кейт. — И мне нужно подумать о том, хочу ли я продолжать роман со своим боссом. Появление Стэна вдруг заставило меня по-новому взглянуть на эти вещи. Я не хочу стыдиться своей любви.

  — Тебе и незачем стыдиться. Откуда Стэну знать, что ты со мной?

  — Может, и незачем, но мне все равно стыдно. А я не желаю стыдиться.

16