Прыжок ласки | Страница 49 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Что за славные времена! Тем более, что Джеффри успел принять таблетки и чувствовал себя навеселе.

Обе стороны заранее предрекали себе молниеносную и убедительную победу. Впрочем, юристы всегда славились своим апломбом.

Пресса вовсю раздувала ажиотаж, называя предстоящий суд не иначе как «процессом десятилетия». Средства массовой информации лихорадочно ожидали первых результатов. Шефер воспринимал творящееся вокруг его персоны как само собой разумеющееся. И это приятно льстило ему.

Он специально оделся с особым шиком и тщательностью, собираясь, видимо, произвести впечатление на весь мир. Его серый костюм, полосатая рубашка и ботинки – все это было сделано на заказ у ведущих модельеров. Даже в самые первые мгновения его появления Шефера успели сфотографировать сотни раз.

Зал заседаний №4 находился на третьем этаже и был самым просторным помещением в здании. Двойные двери выходили из зала на галерею, где могло разместиться сотни полторы зрителей. Потом начинался собственно судебный зал с местами для присяжных, адвокатов и прокурора. Возвышение с креслом председателя занимало чуть ли не четверть всего зала.

Заседание началось в десять утра. Обвинение представляла помощник окружного прокурора Кэтрин Мария Фитцгиббон. Пока в зале царили шум и суета, Шефер поймал себя на мысли, что ему хочется убить ее, и он принялся размышлять, как это лучше осуществить. Джеффри с удовольствием прицепил бы к поясу ее скальп.

Кэтрин исполнилось тридцать шесть лет. Это была ирландская католичка, одинокая, но привлекательная своей худощавой, как у подростка, фигурой. Она посвятила жизнь служению высоким идеалам, как и многие представители ее родного острова. Фитцгиббон предпочитала серые и темно-синие тона в одежде, а на шее у нее на цепочке неизменно висел крестик. В юридических кругах ее прозвали «королевой драмы». Мелодраматический пересказ Катрин подробностей кровавых преступлений неизменно склонял присяжных на ее сторону. Вот уж достойный оппонент, как, впрочем, и достойная добыча.

Шефер сел за стол подзащитного и попытался сосредоточиться. Он слушал и наблюдал с такой жадностью, словно раньше ему не приходилось этим заниматься. Джеффри знал, что все взгляды прикованы к нему, – да и могло ли быть иначе?

Хотя внешне он выглядел спокойным, мозг его был словно объят пламенем. Наконец, почтенный Джулес Халперн заговорил, и Шефер услышал свое имя. Это подстегнуло его интерес. Итак, он стал звездой, не правда ли?

Несмотря на невысокий рост, Халперн считался солидной фигурой в суде. Его подкрашенные иссиня-черные волосы были тщательно зализаны назад. Костюм – от дорогого портного, такой же, как и у Шефера. С неуместной злостью Джеффри припомнил поговорку: «Одет по-британски, да мыслит по-еврейски». Рядом с Халперном сидела его дочь Джейн, исполнявшая роль помощницы. Высокая и стройная, но с характерной иудейской внешностью, доставшейся от папаши.

Для такого некрупного мужчины Джулес обладал весьма сильным и звучным голосом:

– Мой клиент Джеффри Шефер является любящим мужем. Он заботливый отец, и в тот роковой вечер как раз устраивал вечеринку по случаю дня рождения своих дочерей-близнецов. Веселье было в самом разгаре, когда и произошло убийство детектива Патриции Хэмптон.

Полковник Шефер, как вы убедитесь в дальнейшем, был неоднократно награжден за службу в разведке, а как бывший солдат имеет безупречный послужной список.

Безусловно, моего клиента попросту подставили, так как вашингтонской полиции необходимо было раскрыть это страшное преступление. И я готов доказать это, да так, что ни у кого из вас не возникнет никаких сомнений. Ложное обвинение против моего подзащитного было выдвинуто детективом, который переживал неудачи личного плана, а потому не мог адекватно оценить ситуацию.

Наконец, и это самое существенное, что вы должны запомнить: полковник Шефер сам изъявил желание предстать перед судом, хотя мог бы и не делать этого, воспользовавшись дипломатической неприкосновенностью. Подзащитный явился сюда, чтобы защитить свое доброе имя.

Шефера так и подмывало встать и раскланяться.

Глава восьмидесятая

Я умышленно пропустил первые три дня этого циркового представления в суде – и поступил мудро. Мне не хотелось больше, чем необходимо, встречаться с представителями мировой общественности и прессы. Иногда мне казалось, что я тоже нахожусь на скамье подсудимых.

Хотя уже слушалось дело по обвинению в убийстве хладнокровного маньяка, расследование продолжалось и набирало обороты, по крайней мере, для меня. Мне все равно предстояло полностью раскрыть убийства «Джейн Доу» и разобраться с исчезновением Кристины. Если бы только удалось найти новые зацепки! Мне хотелось убедиться, что Шеферу не дадут спокойно выйти из зала суда. Но еще больше я жаждал узнать, что же на самом деле случилось с моей невестой. Для меня это было жизненно важно. И еще меня бесил барьер, возведенный дипломатическими ограничениями. Ведь нам так и не было дозволено допросить Шефера. Сейчас я отдал бы что угодно за несколько часов беседы с Джеффри.

Южную сторону чердака я превратил в самую настоящую штаб-квартиру по расследованию убийств. Там все равно оставалось много неиспользованного места, которое теперь я занял для себя. Я вытащил из угла старый обеденный стол красного дерева и заново перетянул проволокой заброшенный вентилятор, чтобы создать уют и терпимую обстановку в моем новом «кабинете».

Лучше всего мне работалось поздно вечером и ранним утром. Тогда я с удовольствием скрывался в этой хижине отшельника и принимался за дела.

На столе удобно разместился мой компьютер, а по стенам я развесил карточки, на которые выписывал самые важные факты о наиболее запутанном деле, которое мне только приходилось расследовать. В картонных коробках были собраны вещественные доказательства, касающиеся исчезновения Кристины, а также все то, что могло относиться к делу Джейн Доу.

Получалось, что убийства, происходившие уже не первый год, все вместе составляют элементы мозаики, которая никак не хотела складываться. Итак, я играл в сложнейшую игру против опытного соперника и при этом не знал правил этой игры. В этом-то и заключалось огромное преимущество Шефера.

В отчетах и дневниках Пэтси Хэмптон я также обнаружил много полезного; благодаря им я даже побеседовал с подростком Майклом Ормсоном, которому однажды удалось войти в контакт с Шефером через Интернет. Кроме того, я продолжал тесно сотрудничать с Чаком Хафстедлером из ФБР. Чак искренне сожалел о том, что поделился важной информацией только с Хэмптон, несмотря на то что я просил его о помощи первым. Теперь я мог использовать его смущение и раскаяние в своих целях.

Как ФБР, так и Интерпол активно вели поиски любых упоминаний об интересующей меня игре в Интернете. Я и сам без конца «путешествовал» по различным «комнатам для бесед» в сети, но так и не встретил ни единого человека, если не считать юного Ормсона, кто хоть что-то слышал о «Четырех Всадниках». Только из-за чистой случайности и рискованного поступка Шефера, решившего подискутировать о ролевых играх, нам удалось его раскрыть. Интересно, где и как еще рисковал Джеффри?

После ареста Шефера в Фаррагуте у меня оставалось слишком мало времени для осмотра его «ягуара». Кроме того, я пробыл всего около часа в его квартире, так как потом вмешались его адвокаты. Беседа с его женой Люси и сыном Робертом подтвердила, что вот уже семь или восемь лет Джеффри увлекается игрой «Четыре Всадника».

Но никто из семьи не знал других участников игры. Однако они были твердо уверены в том, что Джеффри Шефер ничего плохого не сделал.

Сын называл отца «самой прямой стрелой», а жена искренне считала его «хорошим и добрым малым».

В кабинете Шефера я обнаружил множество журналов о ролевых играх и с дюжину наборов игральных костей. Больше никаких аксессуаров для игры найдено не было. Шефер проявлял крайнюю осторожность и искусно заметал следы.

Это и не удивительно, поскольку Джеффри все же работал в разведке. Я не мог себе представить, что для выбора жертвы Шефер прибегает к помощи игральных костей. Но, видимо, так происходило на самом деле, иначе чем можно было объяснить отсутствие какой-либо системы в его преступлениях.

Адвокат Джулес Халперн долго и красноречиво сокрушался о незаконном вторжении в дом Шефера, подчеркивая, что даже если бы какие-то улики и были обнаружены, их все равно нельзя было бы предъявить в суде. К сожалению, я не располагал временем для тщательного обыска, да и Шефер не был таким уж простаком, чтобы держать в собственном доме компрометирующие его предметы. Один промах он уже совершил, и вряд ли позволит себе второй. Или я ошибаюсь?

49
Джеймс Паттерсон: Прыжок ласки 1
ПРОЛОГ: Прыжок ласки 1
I 1
II 1
Часть первая: Убийства «Джейн Доу» 2
Глава первая 2
Глава вторая 2
Глава третья 3
Глава четвертая 3
Глава пятая 4
Глава шестая 4
Глава седьмая 5
Глава восьмая 6
Глава девятая 6
Глава десятая 7
Глава одиннадцатая 8
Глава двенадцатая 8
Глава тринадцатая 9
Глава четырнадцатая 10
Глава пятнадцатая 11
Глава шестнадцатая 11
Глава семнадцатая 12
Глава восемнадцатая 13
Глава девятнадцатая 13
Глава двадцатая 14
Глава двадцать первая 15
Глава двадцать вторая 16
Глава двадцать третья 16
Часть вторая: Смерть восседает на бледном коне 17
Глава двадцать четвертая 17
Глава двадцать пятая 17
Глава двадцать шестая 18
Глава двадцать седьмая 19
Глава двадцать восьмая 19
Глава двадцать девятая 20
Глава тридцатая 20
Глава тридцать первая 21
Глава тридцать вторая 22
Глава тридцать третья 22
Глава тридцать четвертая 23
Глава тридцать пятая 24
Глава тридцать шестая 24
Глава тридцать седьмая 24
Глава тридцать восьмая 25
Глава тридцать девятая 26
Глава сороковая 26
Глава сорок первая 27
Глава сорок вторая 27
Глава сорок третья 28
Глава сорок четвертая 28
Глава сорок пятая 29
Часть третья: Элегия 30
Глава сорок шестая 30
Глава сорок седьмая 30
Глава сорок восьмая 30
Глава сорок девятая 31
Глава пятидесятая 32
Глава пятьдесят первая 33
Глава пятьдесят вторая 33
Глава пятьдесят третья 34
Глава пятьдесят четвертая 34
Глава пятьдесят пятая 35
Глава пятьдесят шестая 35
Глава пятьдесят седьмая 36
Глава пятьдесят восьмая 36
Глава пятьдесят девятая 37
Глава шестидесятая 37
Глава шестьдесят первая 38
Глава шестьдесят вторая 38
Глава шестьдесят третья 39
Глава шестьдесят четвертая 40
Глава шестьдесят пятая 40
Глава шестьдесят шестая 41
Глава шестьдесят седьмая 41
Глава шестьдесят восьмая 42
Глава шестьдесят девятая 43
Глава семидесятая 44
Глава семьдесят первая 44
Глава семьдесят вторая 45
Глава семьдесят третья 45
Глава семьдесят четвертая 46
Глава семьдесят пятая 46
Глава семьдесят шестая 47
Глава семьдесят седьмая 47
Часть четвертая: Суд и ошибки 48
Глава семьдесят восьмая 48
Глава семьдесят девятая 48
Глава восьмидесятая 49
Глава восемьдесят первая 50
Глава восемьдесят вторая 50
Глава восемьдесят третья 50
Глава восемьдесят четвертая 51
Глава восемьдесят пятая 52
Глава восемьдесят шестая 52
Глава восемьдесят седьмая 53
Глава восемьдесят восьмая 53
Глава восемьдесят девятая 54
Глава девяностая 54
Глава девяносто первая 55
Глава девяносто вторая 55
Глава девяносто третья 56
Глава девяносто четвертая 56
Глава девяносто пятая 57
Глава девяносто шестая 58
Глава девяносто седьмая 58
Глава девяносто восьмая 59
Глава девяносто девятая 60
Глава сотая 61
Глава сто первая 61
Часть пятая: Эндшпиль 62
Глава сто вторая 62
Глава сто третья 62
Глава сто четвертая 63
Глава сто пятая 63
Глава сто шестая 64
Глава сто седьмая 64
Глава сто восьмая 65
Глава сто девятая 65
Глава сто десятая 66
Глава сто одиннадцатая 66
Глава сто двенадцатая 66
Глава сто тринадцатая 67
Глава сто четырнадцатая 67
Глава сто пятнадцатая 68
Глава сто шестнадцатая 68
Глава сто семнадцатая 69
Глава сто восемнадцатая 70
Глава сто девятнадцатая 70
Глава сто двадцатая 70
Глава сто двадцать первая 71
Глава сто двадцать вторая 72
Глава сто двадцать третья 72
Эпилог: Когда рушатся лондонские мосты 73
Глава сто двадцать четвертая 73