Дзен и велосипед: велопрогулка как вид медитации | Страница 2 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Продолжая мысль о том, что велосипед «чистый» транспорт, который не загрязняет природу, хочется отметить, что, разъезжая на велосипеде, вы погружаетесь в поток своих действий или даже ощущаете свое единство и с велосипедом, и с окружающим миром, и со всем происходящим в каждый момент; ум освобождается от тумана и его токсинов и, так сказать, очищается: он становится пустым, как ясное голубое небо, и, следовательно, мирным. Велосипедист улыбается. Все ментальные конструкции, все ваши представления о мире – воззрения, категории, оценки – растворяются или, по крайней мере, «замораживаются». Парадоксально, но от этого нас отделяет нами же и созданная модель, или карта мира. Поэтому важно отпустить ее и очиститься. Евангелист Марк вслед за Иисусом говорит нам, что умереть для мира – значит обрести жизнь вечную: «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее» (Мк. 8:35). Это красивая идея, что через езду на велосипеде, то есть через движение мы можем ощутить, прочувствовать неподвижное и вечное настоящее, сохраняя в себе пустоту, даже когда будущее приближается и поглощает нас своими причудливыми формами.

Как я уже говорил, эта книга пропитана поэзией и приглашает читателей на пир духа. Дойдя до последней страницы, я решил перечитать «Слова доверия сердцу» (по-японски синдзинмей) мастера Сосана, третьего патриарха дзен. И опять, в который раз, был поражен этой замечательной и загадочной поэмой: «На Великом Пути нет трудного. Только избегай выбора! Лишь когда ты чужд любви и ненависти, он возникает перед тобой в полной ясности. Отступи от него на волосок – и глубокая пропасть разделит Небо и Землю».

Вот что он говорит об очищении. Все особенности, различия и оценки создаются умом, который уводит вас от созерцания и разрубает реальность (чтобы не сказать – расчленяет) своим концептуальным топором. Таким образом, небо и земля, свет и тьма, верх и низ, форма и пустота перестают быть одним и тем же; мы вводим дуализм – дихотомию и диалектику.

«Я» формирует себя и выстраивает свою собственную тюрьму. Дзен – это одновременно и метод, и цель. Это не средство к достижению цели, но и средство и цель одновременно. Дзен предлагает возможность разрушить стены нашей личной тюрьмы.

Попутно замечу, что эта навевающая воспоминания книга вернула меня в мое личное прошлое – в холодные и скучные вечера в Памплоне, когда, вырвавшись в отпуск из беспросветной жизни в казармах, где проходила моя отупляющая военная служба, я читал Судзуки-роси. Понял-то я не много, но мне было все равно, потому что само по себе чтение позволяло ощутить себя более живым, более в себе или что-то в этом роде; и действовало как противоядие от пустой траты времени и солдатской бессмысленности. Сегодня я думаю, что тогда, сам того не осознавая, получил мощный стимул стремиться к трансцендентности и мудрости, которые, по моему убеждению, живут и пульсируют в каждом из нас.

Но вернемся к велосипедам: в процессе чтения этой книги меня захлестывали воспоминания о деревенском детстве. Я рос в большой семье и ясно помню один на всех, единственный в своем роде детский велосипед (а также связанные с ним эмоции), которым в доме бабушки и дедушки пользовалось огромное количество двоюродных братьев, жаждавших промчаться на нем свои 300 метров славы, прежде чем с сожалением, нежеланием и завистью передать следующему ребенку. Когда вокруг столько родных и двоюродных братьев, поневоле выучишься быть щедрым, уважать ближнего и делиться. Но томление по велосипеду и удовольствие, связанное с катанием на нем, были неописуемы: ты неистово крутишь педали, летя по дороге между миндальными деревьями и тростниками, пока не домчишься до места, откуда видно железную дорогу, проходившую через нашу деревушку. Тут следовало развернуться и ехать обратно из соображений безопасности, чтобы ненароком не выскочить на «железку».

Вспомнился мне и дедов огромный, старый желтовато-оранжевый велосипед. Стоило нам увидеть его припаркованным, когда дед пил кофе и играл в карты в баре рядом с парком, как мы стремглав неслись, чтобы попросить на нем покататься по очереди. При этом, чтобы забраться в седло, приходилось сначала просунуть правую ногу в раму, и только после этого можно было крутить педали. А позже с невероятным, «жеребячьим» удовольствием гонять в компании друзей-подростков по дорогам, пролегавшим в полях.

Так что собственного велосипеда у меня не было, пока я не вырос. Свой первый велосипед я купил в Барселоне, когда мне было 20 лет. Надо признаться, что, немного поездив на нем в городе, я испугался и убедил себя, что моей жизни угрожает неминуемая опасность. К счастью, времена изменились, и сегодня все больше становится велосипедных дорожек, и все больше людей вступает в ряды городских велосипедистов, вдохновляясь возможностями уменьшить стресс и укрепить здоровье.

Я благодарен Хуану Карлосу за слова, которые вернули мне теплые воспоминания, глубоко запрятанные под слоями разных обязательств и ответственности. Он также напомнил мне о мудром изречении Галеано: «…жить, просто чтобы жить, как птица поет, не зная, что поет, и как ребенок играет, не зная, что играет». Еще одно признание: прочтя книгу, я сел на велосипед, чтобы снова получать удовольствие.

И в заключение скажу, что это – вдохновенная и увлекательная книга, целомудренная и мятежная, интеллектуальная и эмпирическая, суровая и любящая, высокоумная и доступная, земная и духовная. Но прежде всего это – книга дзен, в самом простом, самом сложном и самом непонятном изречении (как напоминает нам книга) которого говорится: «Когда я ем – я просто ем. Когда я сплю – я просто сплю». К этому я бы добавил: «Когда я еду на велосипеде – я просто еду на велосипеде».

Жоан Гаррига Бакарди,август 2015 года, Порт-де-ла-СельваГуманист-психолог; основатель и содиректор Гештальт-института в Барселоне;ведущий специалист в методе семейных расстановок;писатель, автор «Vivir en el Alma и El buen amor en la pareja»

Введение

Это прекрасное ощущение ничто

Вам случалось сесть на велосипед и, начав крутить педали, почувствовать, что ваши действия уже не зависят от вашей воли, а все мысли «поставлены на паузу»?.. Полагаю, нет нужды объяснять, что я имею в виду. Вот это дзен и называет полным присутствием.

Заканчивается 1982 год, и мне 38 лет. Как-то в полдень я замечаю, что мой велосипед едет сам по себе. Позже сижу на берегу залива, где сейчас располагается Мемориальный сад, лицом к Рио-де-ла-Плата. Со мной Даниэль Койфман, друг-психотерапевт, который пару сезонов провел в Институте Эсален на Биг-Сюр, несколько раз путешествовал в Индию – короче говоря, изучал тайны сознания. Наши велосипеды стоят рядом.

Я говорю ему, что помню все места, где мы бывали: планетарий, железнодорожный переезд, окрестности аэропорта, перекресток рядом с Клубом рыбаков. Ветер в лицо, вода, плещущая на перила, запах пищи из ресторанов, когда мы делали круг, чтобы объехать двух пожилых людей, пьющих мате… А вот своих тогдашних мыслей не помню. Я был рассеян. Не понимал, где я. В тот момент понимал только, что я здесь.

Даниэль подпрыгивает. «Да нет же, вовсе ты не был рассеян, – говорит он. – Витал где-то мыслями, но не отсутствовал. И, хочешь – верь, хочешь – нет, это было нечто диаметрально противоположное».

Тридцать лет прошло с того восхитительного ощущения ничто и того разговора у реки. Пять блокнотов по 160 страниц каждый, потрепанных из-за того, что их часто совали в карман и вынимали оттуда, были заполнены сотнями слов и бессвязными фразами, молитвами и незаконченными статьями, выписанными или подчеркнутыми цитатами. Время от времени я копирую их в большой файл на своем компьютере и открываю его на любой странице:

– «Путешественник – это движущая сила»;

– «Есть риски, а не фантомы»;

– «Участвуй не вовлекаясь».

Отношения между велосипедом и дзен возникают сами собой, независимо от того, с какими сферами жизни они связаны. Я их не ищу, это они следуют за мной.

Медитировать не означает сидеть, скрестив ноги и развернув ладони вверх, пытаясь достичь другого состояния сознания; сесть – уже значит изменить это состояние. Точно так же, садясь с опущенными ногами и двигая ими в ритме вращения педалей, а руки как бы положив на руль, вы уже соединяетесь сознанием с велосипедом.

2