Счетовод перевала | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Счетовод перевала

Алексей «Рекс»

© Алексей «Рекс», 2019

ISBN 978-5-4493-5421-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– 1 —

глава первая, в которой молодой человек пробуждается до скуки типичным утром Эпохи Пара

Счетовод профессия не героическая. А уж в наш век вычислительных машин счетоводу редко выпадает даже заурядное приключение. И это утро было очередным самым обычным утром добропорядочного клерка в век паровых машин.

Я уже проснулся, но открывать глаза не хотелось. В такие моменты мне кажется, что я в старом доме своего детства, и рядом с моей кроватью стоят две тумбочки. Совершенно одинаковые тумбочки, по одной с каждой стороны. И на одной из них будильник, но я всякий раз спросонья не могу сообразить на какой. И я начинаю шарить руками. И понимаю, что я давно вырос. Старый дом и кровать с тумбочками остались где-то в безмятежном детстве.

Между тем, тихо посвистывая, пневматическая машина вращает винтовой механизм кровати. Ах, ещё можно позволить себе понежиться в постели, пока она не накрениться так, что с меня сползёт одеяло. Но хватит, пора вставать, не то я сам упаду на пол вслед за одеялом.

Моя кровать самый совершенный будильник эпохи пара. Она разбудит любого, если только он не мертвецки пьян, но такого позора со мной не случалось даже в годы несознательной студенческой молодости. Я могу просыпаться и под обычный будильник. Но треск дешёвого будильника не пристал королевскому служащему. Конечно, королевский гимн был бы подобающим выбором. Но возможно среди моих соседей есть сторонники парламентской республики. Каждый имеет право на своё мнение, лишь бы оно не нарушало закон. И мне, как вежливому человеку, не пристало выпячивать своё собственное мнение напоказ. Это может быть неразумно. К тому же, признаюсь, мелодия королевского гимна отчего-то вгоняет меня в царство Морфея ещё глубже. Да и что удивительного? Если играет королевский гимн, значит всё спокойно и можно смело предаться благонадёжному сну.

Вот потому я и остановил свой выбор на механической кровати. Она умеет многое. Несколько рычагов могут заставить её превратиться в диван. Или даже в удобное кресло. Любой наклон спинки, какой пожелаете. За высоту подлокотников отвечает другой рычажок. Сперва кажется немного сложным, но на каждом рычаге есть надпись. И ещё есть книга с инструкцией, не помню только, куда я её подевал. А самое ценное для меня это встроенный часовой механизм будильника, пробуждающего без лишнего шума. Интересно, а в армии то же введут такие кровати? Это было бы полезно в целях сохранения тайны. Сейчас побудка в гарнизонной крепости на много вёрст окрест слышна грохотом барабанов и рёвом горнов. Любой шпион проснётся от такого шума и не медля пошлёт голубя, и вот уже враг знает, что мы готовы к бою. Но совсем другое дело, когда армия пробуждается бесшумно. Враг подкрадывается и не догадывается, что все солдаты уже на своих местах. И вот, когда коварный злодей хочет напасть на наших безмятежно дремлющих солдат – сюрприз! Мы и не думали дремать! С такими кроватями врагу никогда не застать нас врасплох.

Однако мне и самому пора пробудиться окончательно. Едва я сунул ноги в мягкие домашние туфли и поднялся с кровати, как скрытый в её чреве пружинный клапан ощутил отсутствие моего тела и передвинул золотник воздухопровода. Тотчас же пневмомашина принялась возвращать постель в прежнее горизонтальное положение. Единственное чего машина не умеет, это застилать простыни и одеяла. Это забота приходящей прислуги. Я даже не знаю, как её зовут, но всегда оставляю мелкую монету. Когда я возвращаюсь со службы, постель всегда застелена свежим бельём, в комнате прибрано, а мелкой монеты нет. Думаю, прислугу такое положение дел то же устраивает. В конце концов, все мы живём в обществе и приносим ему пользу в меру своих способностей, за что и получаем по этим способностям плату.

Витая в этих благостных мыслях я прохожу в уборную. Да, я снимаю такое жильё, где у меня даже есть своя уборная. И это конечно намного лучше моей прежней съёмной квартиры, где уборная была одна на весь этаж и утром туда выстраивалась очередь. И, между прочим, у меня тут смывной туалет. Роскошь, которая в старину была не всякому монарху доступна, теперь же уже любой горожанин имеет доступ к таким благам цивилизации.

У моей уборной есть ещё некоторые приятные свойства. И это не только разные удобные шкафчики в её стенах, для хранения всякой всячины, которая бывает нужна в таком месте. Шкафчиками никого не удивить и век назад. А вот например освещение от газовых рожков. Они вспыхивают, стоит мне открыть дверь. При следующем открытии двери они так же сами погаснут. Конечно, невелика диковинка, шнур от двери протянут через систему блоков и противовесов, они-то и открывают или закрывают газовый кран. Но всё же мне это кажется удобнее, чем архаичное освещение свечами.

Есть здесь и то, что человеку прошлого века показалось бы не иначе как чудом. Едва крышка над отверстием (назначение которого известно всем и я не нахожу нужным уточнять это в приличном обществе) захлопывается, как тут же система противовесов раскрывает дверцы того шкафа, что ближе к выходу, и он превращается в умывальник. Часовой механизм услужливо подогрел воду к моменту моего пробуждения. Как же это приятно умываться поутру горячей водой! Каждое утро я вспоминаю холод ледяной воды, и радуюсь своей нынешней роскоши. Да, эта роскошь обошлась мне в копеечку. И кое-кто сказал бы, что я живу не по средствам. Но право же, этот небольшой комфорт определённо стоил всех моих скромных сбережений за два года безупречной службы.

Умывшись, я по обыкновению взглянул на себя в зеркало. Ещё одно удобство, зеркало прямо над умывальником. Для тех, кто заботится о красоте это особенно кстати. Увы, на своём лице я не замечал никаких признаков даже намёка на самую редкую щетину. Товарищи по студенческому братству подшучивали надо мной, мол потому я избрал стезю делового циркуляра, что безусых не берут в кадеты, а тому у кого не растут бакенбарды нечего делать на флоте. Но вот я давно не студент, а вполне самостоятельный мужчина. И, однако, естественного украшения мужественности на моём лице так и не появилось. Былые товарищи при встрече утешают меня, что зато я экономлю на визитах к брадобрею. Это слабое утешение, когда в компании сверстников я единственный до сих пор выгляжу как мальчишка. Надеюсь, этот недостаток не помешает моему продвижению по службе.

Как обычно, окончив умывание, я откинул раковину умывальника к стене. Те же противовесы потянули скрытые тросы, закрывая дверцы, и теперь то место, где только что был умывальник, снова превратилось в ещё один закрытый шкафчик, на вид точно такой же, как остальные, а уборная разом как будто прибавила в размерах. Очень удобно, скажу я вам, для такого рационального человека как я. Ни к чему отводить под умывальник, которым пользуемся пару раз в день, квадратный аршин драгоценного пространства. Как жаль, что этих аршинов всё равно не хватает, чтобы поставить душ. Хотя бы душ! Увы, в этом доме собственная ванная есть только у домохозяйки. Как говорит она, постояльцы могут помыться и в турецких банях. И, за неимением выбора, я следую этому совету.

Пока я заканчивал своё умывание, в комнате произошли перемены. Ещё один механизм передвинул рычаг, и паровой поршень услужливо распахнул передо мной дверцы стенного шкафа. Вся моя одежда, выстиранная и выглаженная, ожидала меня. Зауженные штаны с множеством пуговок на голени, которые приходится каждый раз застёгивать при одевании и расстёгивать при раздевании, но что поделать, такова мода! Сюртук скромного покроя, как и полагается молодому служащему, но из лучшего сукна, как и подобает королевскому чиновнику. Ослепительно белые манжеты, воротничок и манишка. Это дешевле, чем рубашка, к тому же под сюртуком всё равно не видно. Единственное чего мне не хватает в костюме так это жилетки.

Конечно такой молодой клерк, на самой мелкой должности, какую только можно придумать, вполне может прожить и без жилетки. Опять же экономия на рубашках. С другой стороны начальство обожает спихивать на меня такие поручения, какие не всякому доверят. И, по делам службы, я посещаю приличные дома, навещая важных персон. А порой, сопровождая самого начальника департамента, доводится бывать и в высшем свете. И тут конечно приличествует полный костюм-тройка. Но отчего-то повысить мне оклад никто не спешит. И на чём-то приходится экономить.

1