Конфиденциальный разговор | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Конфиденциальный разговор

Рассказы и повести

Карл Шифнер

© Карл Шифнер, 2019

ISBN 978-5-4493-5736-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Тернистый путь

Жизненный путь Карла Шифнера был непростым, как и у многих российских немцев.

Более двух веков назад его предки покинули историческую родину – Германию и обосновались в России. Трудолюбивый немецкий народ быстро проявил себя. Крепкие хозяйства в деревнях и хуторах были тому примером. Но после революции 1917 года советская власть быстро расправилась с ними, конфисковав у них нажитое имущество и отправив осваивать сибирские земли.

С началом Великой Отечественной войны российских немцев ждало новое, ещё более жестокое испытание. На их головы посыпались карательные указы – о депортации, трудармии, введении комендатуры и вечном поселении в местах ссылки.

Многим семьям российских немцев нужно было собраться в течение двадцати четырёх часов, покинуть свой дом и с детьми шагать в «неизвестность». Других представителей немецкой национальности ждали «телячьи вагоны» и поездка по необъятным просторам Советского Союза вплоть до Казахстана и других отдаленных точек страны. Причём, путешествие сопровождалось охраной, не было элементарных удобств, без воды и еды. Разумеется, не все выдержали такое страшное испытание. Кто выжил – прямой наводкой в Трудовую армию, иными словами – концлагерь, откуда почти никто не вернулся ни живым, ни мёртвым. Отправляли в этот ад не только мужчин, но и женщин, дети которых были старше трёх лет. Куда денутся сироты, оставшиеся без матери, власть не интересовало.

Семью Карла постигла та же страшная участь. Его родителей и пятерых детей выгнали из собственного дома в городе Омске. С маленькими детьми и тяжёлой поклажей должны они были добраться до деревни Смоляновка к сестре матери, у которой тоже было своих восемь детей, а муж находился в трудоармии. Почти восемьдесят километров пришлось преодолеть семье Карла в холодную осеннюю пору пешком. Через пару месяцев отца тоже забрали в трудоармию. Семье повезло – мать оставили детям, так как младшему Карлу не было двух лет. Первое время они жили у тётки, а летом с помощью односельчан построили землянку. Матери пришлось понять пятерых ребятишек, а отец так и пропал без вести.

С малолетства Карлу вместе с братом и сёстрами, приходилось работать. Он помогал матери пасти коров, поэтому приступал к учёбе в школе только поздней осенью, когда выпас коров заканчивался. Пропущенные занятия навёрстывал и учился успешно.

С семью классами образования Карл отправился служить в Армию. Отслужил три года и приехал в Магадан к дяде, чтобы работать и продолжить учёбу. В деревне такого шанса не было, а Карл мечтал о высшем образовании. И он достиг своей цели. Работая на заводе кузнецом, экстерном окончил вечернюю среднюю школу и поступил в Дальневосточный университет на заочное отделение факультета журналистики. Вскоре ему удалось устроиться на работу в редакцию местной газеты, где он успешно совмещал работу журналиста и учёбу в университете. Жизнь была напряжённой, но очень интересной. Он объездил весь Крайний Север, добрался до Чукотки. Он познакомился с людьми разных профессий, брал у них интервью, писал статьи, публиковал рассказы и повести в журналах и сборниках. Своей любимой матери он посвятил повесть «Баллада о матери». Это произведение было опубликовано на немецком языке в газете «Дойче Лебен», которая в ту пору издавалась в Москве. По сценарию этой замечательной повести на сцене немецкого театра в казахском городе Темиртау был поставлен спектакль.

В 1995 году Карл с женой переехал жить в Германию. Здесь он продолжил заниматься литературным творчеством. Приобщил к этому интересному занятию и свою супругу. Вместе они выпустили несколько книг прозы на русском и немецком языках в издательствах Германии и Австрии.

Проживая в Германии, Карл понял, что по духу он русский человек. «В Германии я русский» – интервью с таким названием он дал в июле 2011 года Главному редактору литературного журнала «ПАРУС».

Приведу некоторые выдержки, раскрывающие личность Карла:

– Когда я переехал в Германию, то ожидал нечто большее от встречи с Родиной моих предков, – заявил он и продолжил. – К сожалению, я не почувствовал никакого родства ни со страной, ни с её жителями, ни с её культурой. Но попытался стать её полноценным гражданином. Записывал и старался запомнить новые для меня слова, смотрел немецкие телевизионные передачи, тем более что на первых порах русского телевидения у нас не было.

– Чаще всего переключаемся на русские программы. Хотелось бы отметить, что и русское, и немецкое телевидение рассчитаны на зрителя с низкими запросами. Все эти многочисленные уродливо разыгранные шоу да сериалы, как на немецких, так и на российских телеканалах лишены всяческой культуры, до абсурда примитивны, я бы сказал, они унижают достоинство нормального человека. Зато мы с женой охотно смотрим документальные фильмы по немецким программам – они исполнены всегда на высоком техническом и познавательном уровне.

Философски ответил Карл на вопрос журналистки об отношении его к природе.

– Вы, наверное, прочитали мою шутливую миниатюру «Не рубите сплеча»? При написании своей зарисовки я никакие натурфилософские представления не использовал. В этой маленькой вещице я имел в виду не только наш любимый цветок, а вообще всё живое (и прежде всего человека), которое в бедственном положении достойны тепла и заботы. Ведь зарисовка заканчивается словами: «всякому живому существу надо дать шанс начать всё сначала». Я не исключаю, что и растения, и животные чувствуют, как и вся окружающая нас Природа. Поэтические строки замечательного русского поэта Фёдора Тютчева созвучны моим взглядам:

Не то, что мните вы, природа:

Не слепок, не бездушный лик —

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык.

– Продолжаете ли Вы поддерживать связь с друзьями, оставшимися в России? – прозвучал очередной вопрос

– Безусловно. В России остались и некоторые наши родственники, и друзья, и всё то, что называется Родиной. Не проходит и дня, чтобы мы с женой не вспоминали о ней. В Германии проживает моя многочисленная родня: дочь, внук, сёстры, племянники, с полсотни двоюродных братьев и сестёр, а всего, наверное, не меньше пары сотен родственников. Кроме того, в разных концах Германии проживают мои односельчане – наши деревенские люди, из той самой сибирской деревни, в которой я вырос. И с каждым из них у нас очень близкие отношения. Иные из них мне даже ближе, чем некоторые дальние родственники, которых я до Германии и не знал. Тем не менее, Россия – наша вечная радость и печаль.

– Смогли ли Вы найти свою «нишу» и друзей, переехав в Германию? Не жалеете ли о том, что покинули Россию? – спросила журналистка.

– Приехав в Германию, нам пришлось вживаться в новую среду, искать себе какое-то применение, не хотелось быть материально зависимым. Не желал я тогда свыкнуться с положением безработного. Не понимал я тогда, что в возрасте 56-ти лет проявить себя в чужой стране в какой-либо сфере почти невозможно. В пенсионном возрасте, без собственных средств и связей, увы, ты и здесь не востребован. Карабкались мы с женой, как могли, и, в общем-то, сумели обустроиться. Но душа была не на месте. Жизнь наша в Германии идёт иным чередом, чем в России. Нас, российских немцев, здесь очень хорошо приняли. Грех было бы жаловаться. Мы обеспечены всем необходимым для нормальной жизни. Всё вроде бы хорошо. И всё же… и всё же. Постоянно тянет на родимую сторонушку. Не хочется громких слов. Но, мне кажется, всякий нормальный человек, проживший до зрелого возраста на своей Родине, никогда не сможет спокойно жить, и уж тем более – быть счастливым на чужбине.

– Ваши внуки полнокровно принадлежат к немецкой культуре? – прозвучал очередной вопрос.

– Надеюсь. Старшее поколение и прибывшие с ними взрослые дети, конечно же, не станут «настоящими» немцами. Как бы мы ни освоили местный язык, традиции и обычаи, всё равно мы каким-то неуловимым образом выделяемся среди коренных немцев. Даже по лицам мы безошибочно узнаём друг друга прежде, чем заговорим. Другие мы, и всё тут!

1