Легкая фантастика | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Легкая фантастика

Анастасия Буркова

© Анастасия Буркова, 2018

ISBN 978-5-4493-5814-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Легкая фантастика

Вы думаете, что фантастика должна быть серьезной? Не всегда, часто она бывает легкой, а иногда даже просто легкомысленной, даже если идёт речь о научно-технических открытиях и свершениях.

Великий ум

– Над чем работаешь? – спросила Вера, входя в кабинет своего мужа, который уже несколько месяцев буквально не покидал стен Лаборатории исследований переработки мусора, где он числился ведущим сотрудником.

Семён вздрогнул и бросил неласковый взгляд на свою красавицу жену.

– Я конечно рад тебя видеть, но ты же помнишь, – хмуро сказал Семен, – что при каждом твоем приходе мои мысли путаются, и моя работа и исследования идут наперекосяк? Неужели нельзя было подождать до вечера?

– Я по тебе соскучилась. Моя смена в больнице закончилась.

Вера работала врачом в известной больнице их города, слава о которой гремела далеко за пределами страны. Врачи больницы смогли поставить на ноги многих больных, страдавших от казалось неизлечимых болезней.

Вера внимательно посмотрела на оборудование, стоящее вокруг.

Семен, глядя на нее, подобрел; он в принципе ни в чем не мог отказать своей любимой супруге, поэтому решил немного приоткрыть Вере завесу тайны над его новой работой:

– Я тут задался вопросом о возможности восстановления испорченных вещей до их первоначального вида.

– Это как?

– Ну, смотри, вот у тебя туфли на ногах все стоптанные.

Вера посмотрела вниз и попыталась спрятать ноги под стул. Туфли были порваны в нескольких местах, каблук стесан, сбоку кожа была ободрана.

– Я хочу, – продолжил Семен, – чтобы люди не выбрасывали старые вещи как испорченные, тем самым увеличивая количество мусора, а могли поместить эти вещи в специальную камеру, которая бы восстановила их до первоначального вида.

Вера заинтересовалась. Она любила эти туфли и ни за что не хотела с ними расставаться.

– Снимай свои туфли, давай попробуем. Мне, кажется, должно получиться. Я вчера завершил все настройки.

Вера сняла и отдала туфли Семену. Семен положил их в стеклянную камеру и нажал на кнопку. Камера начала издавать слабый звук. Вера и Семен замерли.

Камера уже работала 10 минут, однако с туфлями ничего не происходило.

– Что-то не так, – задумчиво потер Семен рукой свой подбородок. – Надо попробовать положить туда наш заржавевший нож, который я принес сегодня.

Он выключил камеру, вытащил туфли и схватил нож. Но, нервничая, порезал себе палец. Из пальца начала капать кровь. Вера было рванулась бинтовать палец, но Семен только раздраженно махнул рукой, и она села обратно.

В это время Семен положил нож в камеру и включил ее опять. Камера заработала, однако опять никакого результата; нож не стал блестеть, и ржавчина не исчезла. Семен возмущенно рванул дверцу камеры на себя и засунул туда руку с кровоточащим пальцем.

– Подожди, – вскричала Вера, – ты же забыл камеру выключить. Она нажала на кнопку остановки, но было уже поздно.

Она обернулась к Семену. Семен не двигался, удивленно смотря на свою руку. Пореза на пальце не было. Он безмолвно протянул палец Вере.

– Смотри, – обреченно сказал он, указывая на свою руку.

Вера оглядела палец со всех сторон; порез действительно исчез. Вера радостно воскликнула и от возбуждения подпрыгнула на месте:

– Семен, ты самый великий ум в этом мире. Твоя камера может быстро генерировать биологические ткани, – она задохнулась от восторга. – Это означает, что теперь все рваные раны можно восстановить буквально за несколько секунд. Я бегу обратно в больницу. Надо все рассказать главному врачу. Он меня давно спрашивал о твоих новых исследованиях.

– Опять, опять, ты все испортила, – Семен почти плакал.

И было чему, ведь за четыре года его работы в Лаборатории исследований переработки мусора он ничего не добился. Зато весь штат больницы, где работала его жена, считал его великим гением, используя его разработки.

Так вместо аппарата по определению степени разложения мусора он создал аппарат по определению степени инфицирования ран, вместо бактерий для переработки пластика, полиэтилена и прочих синтетических материалов он вывел новые бактерии для восстановления микрофлоры в кишечнике, вместо устройства по разрезанию железных конструкций, которые утилизировались, он создал устройство, используемое в хирургии. А сколько было еще всего! Да что там говорить!

И Семен понял: он попросит руководство выделить ему закрытое помещение в подвале, и он будет запирать его на ключ, а Вере строго-настрого запретит приходить к нему на работу.

Иногда жизнь меняется внезапно

Волнуясь, я постучал в дверь старинного здания, расположенного отдельно от других домов и окруженного ветвистыми деревьями.

Вначале за дверью стояла тишина, а потом послышались торопливые шаги. Дверь резко открылась, и передо мной появился профессор Авакин.

– Проходите, проходите, Костик, – радушно пригласил он меня внутрь.

За профессором я прошёл в дом. Однако мы не продолжили путь вглубь дома, а сразу же свернули на лестницу, которая спускалась вниз под землю.

– Там находится моя личная лаборатория, – объяснил мне профессор.

А я горел от нетерпения приступить к работе. Ведь я знал, что профессор Авакин начал новое секретное исследование форм жизни на планете Латерна.

Вдруг путь нам преградила экономка профессора Авакина серьёзная женщина 60 лет.

– Профессор, – звучным голосом обратилась она к нему. – Малыши разыгрались, и я не могу их успокоить. Карекс пытался съесть Оли, Рикс вытащил Дори из аквариума, а Блюм начал издавать удушающий запах.

Профессор внимательно выслушал экономку, и по его лицу мелькнула тень озабоченности.

– Идёмте, Костик, придется ненадолго отложить наше исследование, – торопливым голосом проговорил он.

Сожалея, что что-то отвлекло нас от интересного проекта, я тем не менее не имел другого варианта, как последовать за профессором. Мы вошли в гостиную, и я от изумления замер на месте… В гостиной визжали, кричали, плескались, ползали и бегали пятеро маленьких инопланетных существ.

– Папа, папа, – устремились они к профессору. – Он меня обижает! – кричали они наперебой на языке землян.

Я, само собой, разумеется, видел маленьких инопланетян до этого, но чтобы они так хорошо говорили на человеческом языке, никогда.

В это время профессор проявил выдающийся родительский талант, буквально за несколько минут он успокоил всех малышей, и уже на моих глазах каждый из них занимался своим делом.

– Профессор, почему они называли вас папа? – ошеломленно спросил я профессора Авакина, когда мы спустились вниз в лабораторию для исследований.

– Понимаешь Костик, – объяснил профессор, – по сфере своей деятельности я уже долгое время занимаюсь исследованиями образцов, доставляемых с других планет. И некоторые, как мне показалось вначале, камни или сгустки породы на самом деле оказались яйцами, из которых вылупились эти детки.

– Но вы же могли отдать их куда-то?

– Наверное, мог бы. Но я был первым, кого они увидели в этом мире, и потом пока я думал, что делать с ними, они уже привыкли ко мне и звали папа. Не мог же я обмануть их и отдать куда-то? Они уже никого в жизни не назовут папа или мама, так как для них папа или мама – именно то существо, которое было с ними сразу же после рождения. Я пробовал приводить домой взрослых инопланетян, которые были не против усыновить моих малышей, но малыши их не признавали.

Тут рядом со мной что-то хрустнуло. Я перевёл глаза на сплав породы, который я собирался изучить. Он раскололся, и оттуда неуверенно выглядывало трогательное мокрое инопланетное существо с четырьмя ножками и маленькими крылышками за спиной.

Оно посмотрело на меня своими жёлтыми глазами, немного приоткрыло рот и вдруг сказало «папа».

Что-то в душе моей перевернулось, и я понял, что начался новый этап моей жизни.

Вселенная

– Рассматривается вопрос о нарушении жителями планеты Виртус «Правил о совершенствовании», которые действуют в отношении всех жителей нашей галактики, – раздался звук гонга. – Дело рассматривает судья Леонтий Совершенный.

1