Смысл семьи. Практики семейной логотерапии по Виктору Франклу | Страница 7 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

То, как человек преодолевает страдания, становится потом примером для других людей, идущих по его следу.

О трансцендентном

На нашем первом семинаре в Москве в 2015 году профессор Элизабет Лукас дала такое определение трансцендентного: «Трансцендентное – это широкое понятие Бога». Трансцендентный – это абсолют, превосходящий всякое Бытие, или запредельный по отношению к какой-то определенной сфере, к миру в целом. По Канту, трансцендентный – значит выходящий за пределы возможного опыта и недоступный теоретическому познанию (например, идея Бога, души, бессмертия).

Не раз приходилось мне слышать от людей, провозглашавших себя неверующими, следующее: «Я не верю ни в какого бога, это выдумки. Но, конечно, есть некая сила. Что-то, что сильнее человека. Возможно, это судьба». Иногда складывается впечатление, что дело для подобных людей в формулировке. Главное – не произносить слово «Бог». Хорошо. И это тоже очень древняя тема. Вспоминается св. Дионисий Ареопагит, чье имя записано в Библии (Деяния, 17:37), обратившийся в христианство под влиянием апостола Павла. Его книги – богословские рассуждения, близкие нам и сегодня: «Если мы называем преимущественную Сокровенность – Богом, Жизнью, Сущностью, Светом или Словом, то мы подразумеваем нечто другое, как нисходящие к нам боготворящие, наделяющие сущностями, живительные умудряющие силы. Мы же приходим к Ней, отрешившись от всякого действия ума, не зная ни обожания, ни жизни, ни сущности, которые точно соответствовали бы запредельной все превосходящей Причине».

Дионисий Ареопагит призывал христиан отложить в сторону все наши представления о жизни, о высшей сущности и открыться навстречу Богу, который за пределами всех наших самых смелых представлений. У человека все равно не получится придумать истинного Бога. Есть нечто, что постичь не удастся, есть сферы, в которые для нас доступ закрыт. Не понимаем. И не поймем. И к такому непониманию, непостижению можно относится спокойно и смиренно. Есть вопросы, на которые в рациональной сфере ответа быть не может. Если даже выдающийся ученый, академик Н. Бехтерева, всю жизнь посвятившая исследованию мозга человека, допустила предположение, что мысль существует отдельно от мозга, а он (мозг) «только улавливает ее из пространства и считывает», то нам имеет смысл считаться с «живительными умудряющими силами», которые посылает нам трансцендентное, принимая их как великий дар человеку. Трансцендентное часто дает ответы на насущные вопросы человека. И ответы эти посылаются в виде того, что принято называть знамениями.

Знамение – необыкновенное явление, воспринимаемое как чудо или божественное предзнаменование, предсказание. «Знамение – явление природы или чудо, для знаменованья, доказательства, предвещанья чего-либо» (Даль).

Сколько сохранилось в истории человечества рассказов о чудесных знамениях. Они, как правило, у всех на слуху. Но и в повседневной жизни мы встречаемся с тем, что происходят некоторые события, словно предупреждающие о чем-то. Этому нет объяснений, но каждый из нас хоть раз в жизни, да сталкивался с подобным. Знаки трансцендентного… К ним можно прислушаться.

Читатель моего блога Г. Афендулов прислал мне интересный комментарий на эту тему:

«Долгими зимними вечерами чаевничали с соседями. Соседка была геологом. У нее имелась большая коллекция камней, и она рассказывала о них правду, и легенды, и разные сказы, было очень интересно. Я спросил:

– А как их ищут? Ну, не валяются же они прямо под ногами.

Ответ мне запомнился:

– Каждому минералу, например железному колчедану, предшествует много других, которые характерны только для таких месторождений.

И потом она добавила:

– Как в жизни – любому случаю предшествуют какие-то события, которые мы не замечаем.

Много в жизни чего случалось, но когда начинаешь листать внимательно назад, видишь, что ведь действительно были знаки, которым не придал значения. Бывало, конечно, и внезапно что-то случалось, но это значительно реже».

И как итог. Человек не всесилен. Есть нечто запредельное и превосходящее его. Но при этом человеку даровано очень многое: свобода воли, воля к смыслу и смысл жизни, благодаря чему жизнь наша одухотворена; человеку даны свобода, совесть, ответственность, достоинство и сила духа принять неизбежное, не разлюбив при этом жизнь и не потеряв стремление ответить на все ее вопросы и вызовы.

Духовность

На одной из лекций проф. А. Суворов обратился к аудитории: «Вот мы повторяем: духовность, духовное. А что это такое?» Этот закономерный вопрос заставил всех задуматься. Я для себя ответила на него так: «Духовное – это то, чем мы любим». Достаточно наивный ответ. Но наивность дает простор для размышлений. Потому что если пойти в размышлениях дальше, можно вспомнить главное определение Бога: «Бог есть любовь». Духовное – наш, человеческий орган любви, который соединяет человека с непостижимым, трансцендентным, возвышает его, заставляя ощущать некий свет, дарит силу – даже самому слабому, немощному физически.

По Франклу, духовность – основная антропологическая характеристика человека.

«В. Франкл рассматривает Д. как один из базовых «экзистенциалов» человеческого бытия, как высшее антропологическое измерение человека – смысловое измерение, – надстраивающееся над телесным и душевным (психическим) измерениями. Франкл уделяет особое внимание духовному бессознательному, концентрированным проявлением которого является совесть – орган, посредством которого человек улавливает истинные смыслы. Совесть открыта не столько сущему, сколько должному и возможному; это духовное предвосхищение того, что еще предстоит, которое Франкл называет интуицией. (…)

Общим для подавляющего большинства подходов к Д. является признание ее трансцендентной природы, связи с надындивидуальными смыслами и ценностями, божественными или космическими силами. Д. является не структурой, а, наряду со свободой и ответственностью, способом существования человека, достигшего личностной зрелости. На уровне Д. на смену иерархии узколичных потребностей, жизненных отношений и личностных ценностей, определяющих жизнь большинства людей, приходит ориентация на широкий спектр общечеловеческих и трансцендентных духовных ценностей. Человек перестает быть изолированным индивидом, решающим эгоцентрические задачи эффективной адаптации к среде, и подключается к созидательной энергии надындивидуальных общностей или высших сил, выходя за свои собственные пределы и открываясь взаимодействию с миром на новом уровне. Духовные ценности содержательно мотивируют «свободу для», а их неиерархические взаимоотношения создают непредопределенность свободного выбора между ними. Таким образом, Д. выступает предпосылкой личностной свободы и автономии».

Одно из важнейших положений логотерапии: «Духовное не болеет». Человек может страдать физически, у него могут отсутствовать важные органы, он может претерпевать болезни психики, но духовное – то, что связывает человека с высшим, трансцендентным, – не болеет! Часто человек, лишенный очень многого в физическом и психическом плане, становится примером силы духа, упрямства духа для здоровых людей. Об одном из таких примеров я расскажу сейчас.

Передо мной книга Ольги Мариничевой «Исповедь нормальной сумасшедшей. Документальный роман» (Москва, Время, 2011). Это творение известного журналиста, которая долгие годы работала в «Комсомольской правде», вела известную всей стране страницу «Алый парус». Книга повествует о ее долгой и тяжелой психической болезни. Маниакально-депрессивный психоз.

Эта книга, написанная очень одаренным человеком, – свидетельство того, как духовное возвышается и возвышает человека над хаосом, в который погружает автора ее болезнь. И книга эта – настоящий подвиг. Ее важно прочитать каждому, чтобы понять «нормальных сумасшедших», чтобы научиться уважению к личности – тому, чего так катастрофически не хватает в нашем обществе. «Дело в том, что основная трагедия русской политической и общественной жизни заключается в колоссальном неуважении человека к человеку; если угодно – в презрении. Это обосновано до известной степени теми десятилетиями, если не столетиями, всеобщего унижения, когда на другого человека смотришь как на вполне заменимую и случайную вещь. То есть он может быть тебе дорог, но в конце концов у тебя внутри глубоко запрятанное ощущение: «Да кто он такой?»

7