Viva Америка | Страница 6 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Знакомьтесь: исток и спонсор вашего «злоключения», – объявил Бальтасар, показывая на стронгилодон.

– Что вы имеете в виду? – насторожился я, не сводя глаз со стронгилодона. – Что всё это устроил какой-то бешеный цветок? Или что мне нужна какая-то местная травка, чтобы всё это понять?..

– Обычный стронгилодон не оказывает никаких негативных воздействий на организм – если, конечно, не употреблять его в сыром виде. Но даже тогда вам грозило бы лишь легкое несварение и жжение в причинном месте – не более, – доверительно сообщил Бальтасар. – Этот же экземпляр, – с сожалением произнес он, снова показывая на стронгилодон, – произрос из почвы, отравленной вулканом. Поэтому, когда он цветет, люди, находящиеся с ним рядом, становятся заложниками и не таких дурных видений, мистер Ржа… Ржа…

– …Ржаной, – машинально подсказал я и с недоумением уточнил: – Вы что, хотите сказать, что я был тем самым «заложником видений»? Так сказать, истина – в траве?

– Именно, – подтвердил Бальтасар и отточенным движением снова подвинул мне стакан.

– Но ведь не я один видел всё это выпученными от ужаса глазами! – раздраженно прошипел я, сжимая кулаки. – Там была чертова куча туристов – которые были бы сейчас живы, если бы не те вертолеты!

– Группа номер пять, выехавшая сегодня в девять утра к развалинам Сагзавы, жива, – заверил меня Бальтасар, сверившись со своими какими-то записями. – Правда, среди них есть один пострадавший – тот, кому вы переехали ногу, когда столь стремительно отправились в город за помощью.

Я взволнованно вскочил со стула, и он с грохотом упал. Я взъерошил волосы, хлопнул себя по лбу и нервно прошелся.

– Это был не я! – И я несколько раз убежденно ткнул себя пальцем в грудь. – Это были те твари! Это были те… Блин, как же их назвал Бен?.. Трутни! – внезапно вспомнил я. – Это сделали трутни!

– Мистер Ржаной, вы понимаете, что я буду вынужден задержать вас, если у меня возникнут подозрения, что вы и ваше психическое состояние всё еще представляют угрозу для окружающих? – учтиво осведомился Бальтасар и скромно положил на стол наручники.

Я вскинул руки, чтобы стукнуть по столу, но затем передумал. Вместо этого я взял стакан с пальмовым вином и залпом осушил его. Бальтасар удовлетворенно улыбнулся. Я же поморщился: вино оказалось кислым и терпким, словно было изготовлено из прокисших древесных стружек или таких же прокисших носков.

– Что… что же, по-вашему, там случилось? – спросил я, ежась от кислого послевкусия во рту и желания вдеть Бальтасару его же наручники кольцом в нос.

– Присядьте.

Я послушно поднял стул и сел.

– Ну? – буркнул я, пытаясь совладать с тревогой и набиравшей обороты изжогой.

– Примерно в одиннадцать часов утра вы с вашим дядей прибыли к развалинам Сагзавы, – монотонно начал Бальтасар и еще раз обмахнулся фуражкой. – С разницей в несколько минут следом за вами приехала группа туристов номер пять, состоявшая преимущественно из постояльцев отеля «Ла Розес». Чуть позже вами, мистер Ржа-ной, был найден стронгилодон – цветущий и пропитанный тяжелыми соединениями некогда расплавленных минеральных пород. Как вы понимаете, данный стронгилодон не был своевременно обнаружен и уничтожен – из-за небрежности и халатности работников заповедника.

– Пока совпадает с моей версией, – угрюмо произнес я и налил себе еще вина.

– Аромат такого цветущего стронгилодона почти не имеет ярко выраженного запаха, а воздействие, которое он оказывает на человека, варьируется от сна до правдоподобных галлюцинаций, – размеренно отметил Бальтасар. – Если же такой стронгилодон употребить, как это сделали вы, мистер Ржа-ной, то летальный исход для принявшего его наступит в течение часа. Думаю, ваша дыхательная система и сама почти убедилась в этом.

– Да что за бред, а! – воскликнул я. – Я сам видел, как летучая мышка с восторгом жрала этот стронгилодон! И в ее маленьких глазках и намека не было на то, что она собирается коготки с крючка снять!

– Предсмертный экстаз.

– О… – смутился я и украдкой быстро подышал. – Ладно, это я еще готов понять и закопать где подальше. А в остальном… Получается, все уснули, а у меня крыша поехала, так, что ли?

– Сон – наиболее типичная реакция организма, – уклончиво ответил Бальтасар.

– И что, из пятой группы никто ничего не помнит?.. – неверяще уточнил я. – Да они снимали как сумасшедшие! А еще они орали – как свиньи, которых эти ваши козлососы обсосать готовились!

– Не стоит умалять наш профессионализм, мистер Ржа-ной, – вежливо заявил Бальтасар. – Вся видеозаписывающая техника и все гаджеты группы пять были проверены самым тщательным образом.

Я невольно притих:

– И?

– Все они безнадежно испорчены, – развел руками Бальтасар. – Похоже, в том месте к поверхности поднялась магнетитовая руда. Для местности рядом с вулканом – обычное дело.

– То есть – ничего не зафиксировано, потому что к поверхности поднялся магнитный железняк? – желчно уточнил я.

– Именно.

– Я сам видел, как они снимали! – гаркнул я, снова вскакивая. – Все они просто охренели, когда увидели этих тварей! И их аппаратура была рабочей – вся!

Бальтасар выразительно потряс лежавшими наручниками, и я, сделав несколько глубоких вдохов, уязвленно сел обратно.

– Как же тогда я смог позвонить? – раздраженно полюбопытствовал я. – Как же тогда мой телефон дозвонился, а?

– Ах да, чуть не забыл. Секунду. – Бальтасар достал из кармана брюк мой смартфон. – Вот, пожалуйста.

Я торопливо взял телефон, чтобы найти в исходящих вызовах свой звонок на горячую линию. Однако тот, к моему удивлению, даже не включился. Вынув из смартфона аккумулятор, я, словно каменной таранкой, сердито постучал им по столу.

– Что вы с ним сделали? – подозрительно нахмурился я, вставляя аккумулятор обратно. – Он что, сел? Или у вас в ягодицах тоже магнетитовая руда к поверхности подошла?! Заряд был полный!

– Как я и сказал: всё дело в руде, – заверил меня Бальтасар.

Я с напускным безразличием спрятал смартфон:

– Ладно, подыграю. Какие сюжетные извращения были потом?

Бальтасар сверился со своими бумагами:

– Потом все потеряли сознание, а вы срочно поехали в город. Перед этим вы, правда, не только наехали на ногу гражданину Германии, но и подожгли резервный запас топлива из микроавтобуса группы номер пять.

– Так, а вот это уже полный… – Я мучительно удержал в себе слово, сочетавшее в себе лаконичное женское начало и такой же лаконичный конец всему. – А есть чем закусить? – И я недвусмысленно покосился на вино.

– Конечно, мистер Ржа-ной, – кивнул Бальтасар и неспешно вышел.

Оставшись в кабинете один, я проковырял в запаянном пакете со стронгилодоном дырку и оторвал себе небольшую веточку растения.

– Так я и поверил тебе и твоей лапше! Хрен тебе – по всей твоей вежливости! – прошептал я, бережно пряча веточку в носовой платок.

Через мгновение в кабинет вошел Бальтасар, неся в руке тарелочку с нарезанным апельсином. Под мышкой у Бальтасара была папка.

– Ну вот, другое дело! – беззаботно облизнулся я, когда тарелочка опустилась на стол. – С размахом и хлебосольно – целый апельсин!

Бальтасар уселся, положил папку на стол и выжидательно посмотрел на меня.

– Ваше здоровье, господин офицер, – поднял я стакан с вином и намеренно лениво выпил его.

К апельсину я демонстративно не притронулся, и Бальтасар снова вежливо улыбнулся.

– А как же Адриано? – хмуро осведомился я, понемногу хмелея. – Полноватый такой испанец. Он еще помочь нам пытался. Какие у него козлососы в галлюцинациях были?

– Вероятно, вы говорите об Адриано Гольдони, – невозмутимо произнес Бальтасар, сцепив руки в замок. – Иных мужчин с именем «Адриано» в группе пять всё равно не было. Так вот, Адриано Гольдони не помнит ни вас, ни вашего дядю.

– Да, верно: откуда же ему нас помнить, – язвительно процедил я. – А как же Бен? Как быть с тем, что с ним сделали?.. У него же… у него же вся шея со стороны спины была разворочена! Там словно миниатюрная бомба рванула!

– Ваш дядя умер от сердечной недостаточности. – Бальтасар достал из папки фотографии и пару бумажек. – Вот данные предварительного осмотра и снимки. Как видите, ваш родственник не имеет на теле каких-либо следов насильственной смерти или иных повреждений.

6