Зорро в снегу | Страница 3 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Мари тяжелой походкой идет в сторону офиса. После того как девушка хлопнула дверью, тут же залаяла собака. С каждым шагом лай и поскуливание усиливаются, голоса собак сливаются в общем хоре. Разумеется, солистка в этом хоре – Молли. Она по шуму двигателя определяет, что приехала Мари. Хотя для того чтобы узнать это ведро, может, и не нужно обладать чутьем ищейки. И все же каждый раз Мари немного волнуется: неужели Молли чувствует ее и лает, чтобы поздороваться? Но кто такая Молли? Собака в возрасте десяти лет, не очень молодая и активная. Она одна из немногих обитателей приюта и живет здесь уже давно. Молли, помесь бигля и таксы, никому не нравилась. Она так и не нашла новый дом. Когда Мари стала волонтером приюта, она сразу же выделила Молли из всех. Молли была старушкой, в ее грустных глазах всегда читалась надежда. Она верила, что человек станет ее другом и заберет к себе домой. Но Мари пришла в приют не для того, чтобы забрать собаку. Она хотела помочь всем этим брошенным животным, которые нуждались в заботе и – самое главное – в ласке, любви и внимании. Она мечтала об этом с детства и ради этого поступила на ветеринарный факультет.

– По-моему, это будет полезным опытом, – сообщила она родителям.

– Только если ты не вернешься домой с одним из этих чудовищ, – отрезал ее отец. Он всегда называл собак чудовищами, словно они были страшными дикими зверями. Как объяснить ему, что Мари с рождения обожает собак? Всех собак в мире – и особенно брошенных, одиноких, никому не нужных. Вроде Молли, которая выглядит не очень-то привлекательно. Редкая коричневая шерсть, огромная голова, коротенькие толстые лапы. Когда Мари была ребенком, она пыталась уговорить родителей подарить ей щенка, но те были непреклонны. Они так и не сдались. Папа – из-за своего отвращения к «чудовищам», мама – из-за того, что любила путешествовать и боялась потерять свободу. Она не хотела отказываться от любимых дорогих гостиниц – туда запрещено привозить животных. В общем, родители были уверены, что любая собака, даже микроскопического размера, станет неподъемной обузой.

– Заведешь собаку, когда вырастешь, – хором повторяли они.

Мари выросла и задумалась: зачем отдавать всю любовь и заботу одной собаке, когда в мире так много одиноких животных? К тому же теперь Мари жила в отдельной квартире. Правда, по размерам она скорее напоминала комнату. Хотя нет, на самом деле новая квартира была даже меньше, чем комната Мари в родительском доме. Но Мари никогда не жаловалась. Она считала, что ей повезло: поступить в университет и жить отдельно от родителей в квартире – пусть и маленькой, – когда многие из ее друзей теснятся по два-три человека в одной комнате. Их общежития скорее похожи на казармы.

В любом случае, Мари не может завести собаку в такой крошечной квартирке. К тому же она живет в доме, в котором запрещено все: сушить белье за окном, ставить горшки с базиликом на подоконник, оставлять велосипеды во дворе и так далее. Список запретов был таким длинным, что Мари даже не дочитала его до конца. В этом списке почти наверняка был пункт и про собак. Более того, в своей норе Мари хранит только необходимый минимум вещей. Кухня, которой очень гордится хозяин квартиры, больше напоминает часть игрушечного домика, у Мари с трудом получается там что-то приготовить. Она даже боится включать газ: вдруг целый дом взлетит в воздух?

Мари проводит почти все время в университете или в библиотеке. А свободные от учебы часы она решила посвятить волонтерству в приюте. Родители до сих пор спрашивают, почему Мари выбрала именно этот университет в далеком, никому не известном городке, притаившемся возле гор. Ведь у нее было так много отличных вариантов! Например, университет в ее родном городе – огромном и перспективном. Но Мари до смерти надоел мегаполис с шумом, вездесущей рекламой, театрами и кино, магазинами и бутиками, кафе и музеями. Никаких парков, никаких деревьев, никакого запаха леса, никаких животных, разве что крикливые домашние коты и собаки, которых хозяева одевают в куртки и ботиночки от дождя. Мари хотелось, чтобы вокруг была природа, чтобы можно было спокойно учиться, наблюдать за животными. Поэтому она выбрала этот маленький университет и вскоре узнала о городском приюте. Он словно ждал ее. Приют построили десять лет назад, он должен был стать домом для самых разных животных. Но довольно скоро финансирование урезали, и приют начал приходить в запустение. К счастью, ему все еще помогали люди вроде Мари, способные в нужный момент починить крышу и лестницу, позвать друга-электрика, чтобы он помог с проводами, которые погрызли мыши, убедить директора торгового центра продавать им корм с огромной скидкой или даже отдавать бесплатно, в качестве спонсорской помощи. Животные в приюте никого не интересовали: ни собачников, которые обычно заводили породистых животных и участвовали в выставках и соревнованиях, ни зоозащитников, которые выбирали более интересных подопечных – арктических китов или средиземноморских тюленей. Некрасивые дворняги вроде Молли оставались в тени. Когда-то приют поддерживала мэрия. А теперь он находился в шаге от закрытия.

Когда Мари стала помогать приюту, плачевная ситуация начала меняться. Например, группа волонтеров разработала логотип и распечатала плакаты. Они также завели страницу в «Фейсбуке», с помощью которой привлекали внимание людей и получали небольшую помощь от спонсоров. Некоторые щедрые и зачастую анонимные посетители странички даже оплачивали месячный запас корма для собаки. И все благодаря акции «Приюти щенка, если ты издалека».

Когда волонтеры решили разработать логотип и распечатать плакаты, в качестве талисмана приюта они единогласно выбрали Молли. Она была одной из первых его обитателей. И хотя красивой ее не назовешь, она, по мнению фотографа, «своим жалобным взглядом могла растопить любое сердце».

– Да, жалобный, – говорила Мари, когда гуляла с Молли. – Я бы даже сказала, заискивающий. Кто устоит перед такими печальными глазищами?

Перед ними и правда никто не мог устоять. Свою грусть собака успокаивала едой. Она росла словно на дрожжах. Молли стала похожей на бочонок, и Мари приходилось следить за ее весом, защищать от ежемесячных нападок ветеринара, который хотел посадить собаку на диету, и не позволять ей выпрашивать у волонтеров еду.

Ах, Молли, Молли! Вот она, виляет хвостом за забором и без конца лает, словно здоровается: «Привет, Мари! Привет, Мари!»

– Привет, Молли! Я сейчас. Только забегу в офис.

Мари заходит и хлопает дверью. Она чувствует, как внутри нее кипит злость.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

3