Из развитого в дикий нелепые ШАГИ | Страница 26 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Тут же позвонил Дудееву.

– Ну, нет у нас сейчас никаких возможностей покупать тот завод, – резонно ответил Саша, – Да и купим, что будем с ним делать. Денег нет. Рановато все это, Толечка, – заключил он.

«Извини, Толик, но ты фанатик», – возникли в памяти слова Гарбузова, когда, положив трубку, размышлял, как же все-таки поступить. С одной стороны, Санька прав – мы с ним забуксовали и остались без денег, вложившись в бесполезный пока «Гранит» и сомнительные операции с поставками блоков. С другой стороны, прав Айдаков – только сейчас можно легко стать владельцами Пороховского завода, идеальной базы для создания нашего производства.

«Придется действовать автономно, вопреки здравому смыслу», – решил живущий во мне фанатик. Мне кажется, именно это решение создало в конечном итоге все последующие проблемы. Однако не прими его, скорее всего не было бы ничего и в первую очередь радости созидания, которую испытывал, несмотря ни на что.

«Кто же может помочь?» – мучительно размышлял в первую бессонную ночь, – «Вондрачек! Он же намекал, что может», – вдруг пришла спасительная мысль.

Прямо с утра позвонил Коренкову и рассказал ему о разговоре в «Церех-банке».

– Давай, поговорим с Музырей, – предложил Коренков.

– А это кто такой?

– Мой начальник, президент и владелец нашей конторы. Занятный товарищ, но я других не знаю.

– Чем же он занятный?

– Сам увидишь. Подъезжай, а я его пока подготовлю.

Часа через два оказался в кабинете Коренкова.

– Ну, что, пойдем? – спросил его.

– Сказал, сам вызовет. Так что располагайся.

– Что ты ему рассказал, и как он воспринял?

– Все рассказал. Воспринял положительно, с большим интересом, – ответил Коренков и уткнулся в компьютер. Решил его больше не допекать – работает человек.

Минут через тридцать заметил на столике интересный журнал. Чтобы не беспокоить занятого человека, поднялся за журналом сам. Случайный взгляд на экран дисплея, и чуть не рассмеялся вслух – занятой Вондрачек сосредоточенно раскладывал пасьянс.

– Вондрачек! – невольно воскликнул я, – Я-то думал, ты пашешь, не покладая рук, а ты мозоли картами набиваешь.

– Интересно. Оторваться не могу.

– Чем же интересно?

– Время помогает убить. Можно целый день просидеть и не заметить.

– Это ты так здесь работаешь? – удивился я.

– Да когда как, но в основном именно, – честно ответил Вондрачек и осекся на полуслове.

– Ну, тогда хоть расскажи, что за человек этот Музыря? – спросил его.

– Без фамилий, Вондрачек, – Коренков многозначительно приложил палец к губам и показал куда-то в угол, намекая на прослушку, – Почитай лучше журнал.

«Ну и ну. В нашем КБ, где действительно были секреты, и то подобной галиматьи не было. Хотя, как знать», – подумал я и надолго уткнулся в журнал.

– Может, я пойду? – спросил Коренкова часа через два, когда прочел все от корки до корки.

– Куда ты пойдешь, – неожиданно возмутился он, – Жди. Он всегда так людей проверяет.

– Да кто он такой! Нашелся экспериментатор, – возмутился я.

– Вондрачек, жди. Ты проситель, а не он.

– Я не проситель. Я предлагаю участие в интересном деле. А из меня делают просителя. Все, жду полчаса и ухожу, – твердо заявил Коренкову.

Ровно через полчаса раздался телефонный звонок, и нас пригласили к «самому». «Похоже, действительно слушали», – сообразил я.

В огромном кабинете нас ждал полноватый, невнятной наружности молодой человек лет двадцати пяти.

– Проходите, садитесь, – предложил Музыря, – А вы свободны, – отправил он Коренкова, собравшегося, было, присесть рядом, – Так что вы хотите предложить? – повернулся он ко мне.

– Участие в интересном деле – в создании суперсовременного камнеобрабатывающего предприятия в московском регионе, – кратко ответил ему, полагая, что Коренков наверняка изложил все, что знал.

– Это конечно интересно. Но, у вас нет для этого никаких ресурсов. Думаю, вам просто нужны мои деньги, – с улыбкой превосходства заявил Музыря.

– Деньги нужны не мне, а для дела, в котором всем хватит места. Если оно вас интересует, можем обсудить детали.

– Даже если интересует, обсуждать мне с вами нечего. У вас есть бизнес-план и доля в каком-то карьере. И все. Я готов купить ваш бизнес-план, если он действительно того стоит. Но, не готов рассматривать вас, как партнера. Вы не партнер. У вас нет денег.

– У нас есть идея, и мы знаем, как ее осуществить. Мы уже поставляли каменные блоки, есть и опыт торговли облицовочной плиткой. А главное, изучили рынок камня и камнеобрабатывающего оборудования.

– Понятно-понятно. Все это вы, конечно, изложили в бизнес-плане, – перебил президент, – А дальше что? Почему вы думаете, что именно вы должны осуществлять ваш бизнес-план? Вы разве специалист в этой отрасли?

– А вы в вашей? – огрызнулся, сообразив, что, похоже, никакого партнерства с этим типом не получится. Он мгновенно почувствовал перелом в разговоре. Не ответив на вопрос, погасил противную улыбочку и выдал, наконец, свои предложения:

– Я готов купить ваш бизнес-план. На первых порах возьму вас на работу в качестве консультанта. Это все, что могу предложить, – завершил встречу Музыря.

Я встал и вышел. «Меня в рабство к этому упырю с деньгами, чтобы потом годами безропотно пахать на него. Хорошенькое предложение», – кипел меж тем «мой разум возмущенный».

То была моя первая встреча с частным инвестором, располагавшим реальными средствами. Как всякий нувориш, тот считал, что его деньги давали ему право разговаривать с позиции силы. Возможно, он был по-своему прав. Возможно. Но, продавать идею не хотелось. Даже за большие деньги. А потому сразу решил, что продолжения диалога не будет.

– Ну, что? – встретил в коридоре Коренков.

– Ничего, – ответил ему, все еще находясь под впечатлением от разговора с его «шефом».

– Как так? – удивился приятель, – Он же так заинтересовался проектом. При мне начал консультироваться со специалистами.

– Он и мне предложил работать консультантом.

– Это же здорово! Будем работать вместе, – неожиданно обрадовался Коренков.

– С кем? С этим упырем? – возмущенно ответил ему.

– А что ты хотел, Вондрачек! Капитализм есть капитализм. У тебя есть идея, он готов ее купить. Все по правилам рынка. Хорошо, предложил купить, а мог бы и просто украсть.

– Слушай, Вондрачек, а не ты ли ему эту идейку подбросил? Я же тебе еще не рассказал, что он действительно предложил мне продать ему бизнес-план, – вдруг осенило меня, – Такой ты, значит, друг, Вондрачек.

– Извини, Вондрачек, это профессиональное. Мне за это деньги платят, чтобы давал правильные советы. Иначе, зачем я здесь нужен, – с невинным видом попытался оправдаться Коренков.

– Ну и консультируй, а я в консультантах у сопляков ходить не намерен. Скажи вот, где он деньги взял? Неужели такой гениальный?

– Да какой там, – искренне расстроился приятель, – Деньгами его бабка снабдила. Она пирожками торговала. Такой бизнес организовала, несколько точек держала на самых бойких местах. А он все это время учился на экономическом факультете. Окончил, она тут как тут – осчастливила внука. Он тоже не дурак. Организовал бригады по сбору топляка на лесосплавных реках. Там уже никто ничего не сплавляет, и людям не платят. А тут он с деньгами. Бизнес оказался очень прибыльным. Еще бы – лес дармовой, сплав дармовой, рабочая сила дешевая. А древесина в цене, даже такая. Кто знает, что это топляк. Платят, как за полноценный лес.

– Ловко. И много денег намыл этот проходимец?

– Трудно сказать, но в последнее время приценивался к лесным участкам на границе с Финляндией. А это, Вондрачек, немалые деньги.

– Да-а-а. Хватка у него есть. Такому действительно партнеры не нужны.

– Да как сказать. Хватка хваткой, а недавно так пролетел.

– Да ты что?

– Точно. Польстился не дешевку. Купил сотню микроавтобусов «РАФ». Все, как один, некомплект, да еще с дефектами. Отремонтирую, говорит, и пущу параллельно маршрутному транспорту. Только ремонт оказался таким дорогим, что проще было купить новые. Вот тебе и экономист, – рассмеялся Коренков, снимая напряженность, возникшую, было, между нами после его признания в предательстве моих интересов.

«Бог с ним. Может, у них, чекистов, так принято», – с горечью подумал я, и мы снова надолго расстались с Коренковым.

26