Совесть в психологии Маслчет | Страница 7 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Когда бизнесмен и философ собирался помогать «транзитивным обществам» в 1990-е годы, он надеялся помочь получателям грантов в науке с тем, чтобы они научились и смогли после помощи «встать на ноги», начать самостоятельные исследования.

Однако в Китае, как его информировали, менталитет восприятия помощи серьезно отличается от европейского понимания. Если вы оказываете помощь, и у вас её принимают, то вы вступаете в отношения патрона (хозяина) к клиенту (слуге). Клиентом становится получатель. И дарение как «состояние помощи» означает для получателя полное личное подчинение и преданность в обмен на пожизненное обеспечение и содержание. Но вы как патрон берете на себя кормление клиента. В древние времена такое имело смысл кабального рабства. Между прочим, нечто подобное было свойственно отношениям патрон-клиент в Древнем Риме. И это было частью семейного домового хозяйства в режиме пожизненной зависимости одариваемого «прижива’ла». Есть и другие примеры.

Дар городу-полису античного Средиземноморья (спонсирование храмов, игр, зрелищ, праздников) часто превращался в требование даримых к дарителю продолжать «благие деяния». Эти времена соответствовали периодам, когда свободные граждане не платили налогов. В Позднем Риме состав избранных городских советов (декурионов обычно выбирали из рядов средних землевладельцев) принуждался к их уплате. Потому дары богатых граждан в прошлом становились обязанностью вплоть до пожизненного прикрепления всего рода декуриона к передаче по наследству к повинностям управления и общей уплаты налогов. Спасением было лишь разорение или переход на службу в центральный аппарат. Тему стоит исследовать подробней, но пока остановимся на следующем.

Совесть и тонкая рефлексия не могут возникнуть в обществе и в культуре, где большинство населения психически привыкло к силе и давлению, где принуждение и война важны и образуют основу жизни. Ведь уважают силу, а она может изменяться во времени. Тогда всякое уважение есть проблема момента, а не правила и закона. Психика члена жесткого общества есть пружина, сильно сжатая средой. При ослаблении давления она естественно начинает разворачиваться, отвечая еще очень простым собственным сильным давлением на внешний мир. Сегодня ты не можешь его убить – он сильнее. Но завтра он, будет слабей. И ты подвергнешь его грабежу, полону, не говоря об обмане. Вот логика силы и войны.

О каких же равных правах может идти речь? – Есть только одно право – право сильного… сегодня! Позже мы вернемся к такой страшной логике.

Для нашего времени возникает необычный результат. С позиции этики выявляется очень важное различие европейской, а потом западной этики и культуры (по крайней мере, в её идее и за вычетом колониализма) от военной, силовой и централизованной земледельческой периферии. Различные средства реализации потребности уважения означают глубокие отличия морали, культуры и менталитета обществ.

Какова расшифровка этического различия с позиций теории адаптации?

В обществе, построенном на силе и давлении, отсутствуют или очень слабы тонкие механизмы обратной связи и торможения. Личный страх в удобных условиях быстро сменяется жаждой власти и собственным произволом (метапотребности вождей). До тонких взаимосвязей и установления баланса интересов еще жить и развиваться. Не исключено, что грубая психика построена с детства и в семье. И её уже не переделать на уровне взрослой психики. Но возможность изменений – вопрос к специалистам. Воспитать в совести человека означает передать ему противоположное – свое уважение ко всем окружающим, а не только к сильным. Тогда совестный независимо от своих ресурсов способен помогать другим, когда им трудно, например, сам предложит помощь. Он становится полезен и сочувствием, и ресурсом. И такого человека в окружающей трудовой общине станут уважать.

Итак, из совести, сверху вниз, должно следовать предварительное существование или приобретенное уважение к себе в том смысле, что само наличие совести означает исходное состояние уважения индивида ко всем остальным и незнакомым, т. е. его к ним «презумпцию уважения». Как презумпция соотносится с иерархией Маслоу? Принцип означает, что уважающий ВСЕХ остальных изъял свой страх чужих статусных ресурсов – он перестал бояться остальных, кого еще не знает. Такое можно интерпретировать как его «доверие» ко всем остальным (тема модная в современной социологии). Если в обществе, в его большинстве, нет взаимного уважения БЕЗ УЧЕТА СТАТУСНОГО РЕСУРСА, то и самоуважение (или совесть) в массе возникать не должна.

На будущее назовем уважение без учета ресурса «формальным уважением», а старое уважение на основе статусного ресурса – «неформальным уважением».

Тогда в среде неформального уважения – обществе насилия и принуждений – любой совестный человек оказывается в положении страдающей стороны и по факту, даже пытаясь «очеловечить мир», не адекватен окружающему обществу.

Так мы подходим к представлению, что при неформальном уважении человеку просто не добиться устойчивого уважения. Любое изменение социальной среды постоянно вызывает подвижку статусных ресурсов и их регулировку через насилия. Неформальное уважение держит открытым ящик Пандоры, а уважение – вечно переменной величиной.

Но поскольку мы еще не определили место самоуважения относительно творчества, то и сказать о том, возможно ли самоуважение без уважения пока нельзя. Здесь мы только что уяснили, что при неформальном уважении об удовлетворенном уважении в обществе говорить довольно трудно. Сама история отвращает нас от представлений о реальной практике неформального уважения. Мы уже знаем о первобытно-родовом обществе. Наличия табу и родовых отношений уже образует ряд формальных правил для предотвращения конфликтов в группе.

А теперь полезно рассмотреть обратные варианты – представить человека, который пытается изолироваться от общества, не желая страдать от «неформального уважения».

3.12.5. Уважение в смысле «не беспокоить других» уничтожает себя

Если же наш субъект никого не обижает, но и не помогает, не полезен, то как следствие он фактически не общается с другими. Поэтому его потребности общения и уважения не могут быть удовлетворены в принципе – перед нами асоциальная личность, избегающая людей.

Кто на нас может обижаться? Те, кто ожидал нашей помощи, и не получил ее! Отсюда следует, что «человек совести» – тот, кто может помочь окружающим его людям в их ожиданиях, а, следовательно, такой человек уже помогал и пользуется уважением.

А тот, кто не общается и потому не помогает? Такой и обидеть никого не может – ведь он просто не имеет контактов, не влияет на других. И потому он сам не может испытывать влияний. Такой человек обычно независим, но и не имеет общения. Такому совесть не нужна. У него нет практики, на которой совесть можно применить.

И здесь иерархия потребностей работает на сто процентов. Нет общения – нет и уважения, потому нет и самоуважения, которое могло бы возникнуть в развитие уважения от отсутствия конфликтности как рефлексии.

Предположим, у человека существует стремление «не беспокоить остальных своей жизнью». Покажем сразу, что такая цель не возможна, не исполнима. Обычно (некоторые другие) люди сами вторгаются к вам – независимому – за помощью, хотя бы первый и последний раз в своей жизни. И цель «не беспокоить» не укладывается «в совесть», ибо в схеме неучастия такой человек должен отказывать в помощи, и, следовательно, обижать и… становиться не уважаемым. Одновременно так поступающий человек разрушает и свою совесть, если была, остается без нее. Наименование по минимуму – равнодушие.

Но состояние равнодушия испытывает и совестный человек, если он больше не способен помочь миру. Тогда индифферентность – признак усталости от жизни и период прощания с ней.

3.12.6. Выводы: самоуважение – функция от уважения, но не всякого

Поэтому мы приходим к важным выводам:

1) нельзя удовлетворить самоуважение или быть совестным, не будучи уважаемым или не став уважаемым, не даря свой ресурс – не входя в положение оппонентов, не умея учитывать интересы других;

7
Совесть в психологии Маслчет: С. А. Четвертаков 1
Предисловие1 1
Появление темы совести в разработке 1
Отказ от ценностного подхода – ключ к познанию человека 1
Подход к теме самоуважения и ошибка Маслоу 2
Самоуважение как отношение к своему поведению 2
Отсутствие решения в «Реконструкции…» 2
Новое понимание значения совести в текущем глобальном кризисе 2
Культурное происхождение важнейших потребностей, включая совесть 3
Краткое описание приводимого результата и главных его позиций 3
3. Иерархия потребностей МАСЛЧЕТ 3
3.12. Потребность самоуважения или совести 3
3.12.1. Почему самоуважение не является уважением 3
3.12.2. Самоуважение – метанужда как высшая личная тревога 4
3.12.3. Возможно ли самоуважение без уважения? Две культуры уважения 5
3.12.4. Первая культура – неформальное уважение 6
3.12.5. Уважение в смысле «не беспокоить других» уничтожает себя 7
3.12.6. Выводы: самоуважение – функция от уважения, но не всякого 7
3.12.7. Самоуважение. От страха среды к её управлению 8
3.12.8. Объективное и субъективное в страхе среды 8
3.12.9. Страх как жизнь одним днем ведет к аномии 9