Подводные пленники | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Валерий Самойлов

Подводные пленники

Глава 1. Пришельцы

Арктика, лето 1985 года

Неспроста, неспростаОт родных тополейНас суровые манят места —Будто там веселей, —Неспроста, неспроста…Владимир Высоцкий

Для экипажа ледокола «Полар Кинг», береговой охраны США, эта история началась неожиданно и небезопасно. В принципе, они ожидали… Ожидали найти обломки межконтинентальной баллистической ракеты «Трайдент 1», стартовавшей с американской субмарины в Гренландском море и сошедшей с заданной траектории уже на первой минуте полета. Нашли же совсем другое – двух полярных доходяг, непонятно откуда появившихся среди льдов Северного ледовитого океана.

Экипаж, как и вся организация БОХР – береговой охраны, подчинялся министру транспорта Соединенных Штатов и эпизодически привлекался для оказания помощи военно-морским силам в арктическом районе. Корабль был оборудован лабораториями для проведения океанографических исследований, имел пост метеорологического наблюдения, центр обработки информации и, пожалуй, главное – мог преодолевать ледовый покров толщиной до шести метров. Два бортовых вертолета позволяли быстро обследовать расчетную площадь падения обломков ракеты, но из-за тумана пока не использовались.

Редкий для восьмидесятых северных широт, туман образовался за счет наложения южного потока воздуха на более холодную ледовую поверхность.

Полет и разрушение ракеты, имевшей стартовую массу тридцать три тонны, наблюдали летчики специального самолета сопровождения, которые подтвердили, что часть обломков при падении не пробила лед и находится на поверхности.

Это были плановые испытания по программе «Трайдент». Американские конструкторы в очередной раз попытались совместить в едином качестве такие понятия, как дальность полета и «максимальный полезный груз», точность наведения и маневрирование боевой части для преодоления ПРО – противоракетной обороны противника. Ракета имела астро-инерциальную систему наведения для коррекции ошибок при стрельбе на этапе разведения боеголовок и привязке их к одной-двум звездам, находящимся в районе планируемой цели. Идея носила глобальный характер, но, как обычно бывает в таких случаях, все решилось проще простого – выйдя из-под воды, ракета пошла с отклонением от траектории полета из-за неполадок в двигательной системе, далее сработал самоликвидатор, и шедевр ракетостроения начал хаотически падать в северо-восточном направлении.

Представители командования Военно-Морских Сил США и фирмы-подрядчика находились рядом с позицией старта на опытовом судне «Айлэнд», оборудованном специальной радиолокационной станцией «Кобра Джуди» с фазовой антенной решеткой для наблюдения за пусками баллистических ракет. Можно только представить всю степень разочарования заказчика и производителя, на глазах у которых вместе с самоликвидировавшейся ракетой рушились все ближайшие планы и надежды на солидное поощрение. Не повезло и «Джужи». Не успела она вытянуть свою длиннющую шею, как ее за ненадобностью упрятали в закрома до следующих испытаний.

Для поиска остатков ракетокрушения одновинтовой «Айлэнд», постройки 1958 года, не годился. Поэтому обратились к коменданту БОХР, в ведении которого значился новейший ледокол «Полар Кинг». Благо, он в это время ошвартовался в норвежском поселке Баренцбург острова Западный Шпицберген. Уладив все вопросы, связанные с неустойкой и оплатой предстоящих работ, – руководство ВМС обычно не скупилось – корабль вышел в море при полной видимости полярного дня. На скорости пятнадцать узлов – золотая середина между максимальным и экономходом – корабль удачно избежав столкновений с дрейфующим в Гренландском море крупно- и мелкобитым паковым льдом, к исходу вторых суток начал преодолевать сплошную кромку льда. Толщина покрова не превышала одного метра, и ледокол, следуя курсом норд, норд-ост, чуть правее гринвического меридиана, медленно, но уверенно продвигался в заданном направлении. На десятые сутки со дня выхода из Баренцбурга и началась эта история…

Впередсмотрящий на баке матрос Питер Барр, как и многие другие в экипаже «Полар Кинг» четко представлял, что такое конкуренция среди моряков за право получить пятьсот долларов тому, кто первым обнаружит останки баллистической ракеты. Лишние деньги еще никому не мешали, поэтому Питер смотрел в четыре глаза – в два собственных и… еще в два, с цейсовскими стеклами, вмонтированными в бинокль времен Второй мировой войны – подарок деда, участника печально известного конвоя «Пэ Кю-17».

Да, именно он Питер Барр, внук славного пулеметчика «Эрликона», первым обнаружил на правом траверзе жирную оранжевую точку, неожиданно появившуюся на белом фоне ледовой пустыни. Временами точка раздваивалась, затем снова сливалась в единое целое. Становилось ясно, что это живое существо. Вскоре все убедились в этом, когда оно осыпало правый борт судна градом пуль калибра 7,62 миллиметра.

– Всем укрыться за металлические поверхности! – резко прозвучал на верхней палубе голос капитана ледокола Дика Брайта. – Не высовываться!

Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Существо не подавало признаков жизни.

В экипаже бурно обсуждали случившееся. Все, у кого были какие-либо кино – или фотопринадлежности, средства наблюдения, вытащили их из загашников и, проигнорировав предупреждение капитана, устремили их на лед. На ходовом мостике прозвучала очередная команда:

– Рулевой! Право на борт!

– Есть, сэр! Руль право на борту!

– Циркулируй прямо на них.

– Есть, сэр.

Ледокол, описав циркуляцию, замер в пятистах футах от места стрельбы. С ходового мостика отчетливо различались два человека лежащие неподвижно и прижавшиеся друг к другу.

Капитан обратился к старпому:

– Сдается мне, что этими пулями они сказали последнее «прости» и отдали Богу души. Готовь людей, бери доктора и вперед! Соблюдайте осторожность!

– Да, сэр!

Они лежали обнявшись. Это были мужчина и женщина, лет тридцати – тридцати пяти. Их лица обветрились, но сохраняли первоначальную красоту. Поверх прорезиненной одежды были одеты синие, задеревеневшие на морозе, брюки и куртка с надписью «РБ» на славянском языке. Оранжевые спасательные жилеты имели четко различимое клеймо «ВМФ СССР». Никаких документов у пришельцев не оказалось. Мужчина сжимал в правой руке известный во всем мире автомат Калашникова советского производства. Рожок для патронов был почти пуст.

Следовало делать все быстро, но прежде, чем уложить их на носилки, решительно потребовал у старпома, чтобы ему дали возможность сфотографировать эту пару так, как они сейчас лежали – вместе и обнявшись. Это была идиллия верности и любви.

Моряки с ледокола «Полар Кинг» слишком хорошо знали друг друга и не раз обменивались тумаками в потасовках. Они были мужественны и суровы, но здесь расчувствовались и не стеснялись смахивать набежавшие на глаза слезы.

– Я стану молиться за них, хоть они и безбожники эти русские, – в сердцах произнес Питер Барр, – по-человечески будет жаль, если они не выживут.

– Да, Пит, ты прав, – выразил общее мнение старпом. – А теперь за работу, парни!

На одиннадцатые сутки со дня выхода из Баренцбурга вездесущий впередсмотрящий, он же Питер Барр, получил-таки свои пятьсот долларов. Цейсовский бинокль деда оправдал возлагаемые на него надежды.

Ледовый покров в районе падения баллистической ракеты не составлял сплошного массива, и корабль, преодолевая одно ледовое поле за другим, как бы переползал из полыньи в полынью. По команде капитана застопорили ход и начали операцию по подъему всего того, что еще недавно называлось межконтинентальной баллистической ракетой.

С помощью вертолета и двух корабельных кранов, грузоподъемностью по пятнадцать тонн каждый, на борт подняли оставшуюся на поверхности часть двигателя, ошметки бортовой аппаратуры и кучу всяких железняк, годных разве что для сдачи в утиль. Все это время та часть экипажа, которая не участвовала в сборе металлолома, не сидела без дела: боцкоманда суричила палубу на баке, в лабораториях проводили исследования рельефа дна и сейсмоактивности земной коры, метеорологи развернули пост наблюдения для составления карты синоптического прогноза, попутно наносили направление дрейфа льдов. Казалось, что все при деле и больше не о чем думать. Но стоило кому-нибудь заглянуть в курилку или в кают-компанию, как все разговоры сводились к одному, волнующему каждого, вопросу: как незнакомцы?

1