Россия и Европа – игра без поддавков | Страница 5 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Да, поспешать стоило, бывшие пленники споро вооружались трофеями, а Яша уже подкатывал тележку к полуоткрытым воротам. Туда, потеснив пленного дедушку Ляо Нинь, уложили Захара и связанного накрепко единственного выжившего бандита.

– Однако, не довезём всех троих, – уверенно оценил перегруз тележки Николай. Ханька, без перевода поняла русский язык и вздрогнула, умоляюще посмотрела на русских. После того, что она увидела в складе, и делового спокойствия трёх парней, словно не замечавших горы трупов в углу, Ляо Нинь не верила, что их оставят живыми после подобной мясорубки.

Сергей, не отвлекаясь на плачущую девушку, скинул её деда на землю, развязал и отвёл в сторону. Там шепнул несколько слов ему на ухо, отчего глаза ханьца вылупились, словно плошки. Он несколько секунд обдумывал услышанное, затем схватил внучку за руку и посеменил к чёрному выходу со склада. Остальная группа беглецов, наоборот открыто выходила из главных ворот, держа направление на окраину городка. Хотя недавняя канонада была слышна за пару кварталов, ни единого человека на улице не было. Наверняка соседи знали, кому принадлежит склад, потому опасались проявлять излишнее любопытство. Возможно, подобные стрельбы не были редкостью. В любом случае, мешать группе бывших пленников никто не собирался. Избитые, полураздетые мужчины, поддерживая друг друга, ковыляли в сторону городской окраины. Идти было недалеко, не прошло и получаса, как показался дымок над трубой скоростного парового катера, одного из последних выпусков, за таким никакой парусник не угонится. Пока беглецы устраивались на борту, Сергей с Яшей срочно вскрывали нарывы на руке Калашникова, обрабатывали рану и кололи обезболивающее с аспирином.

Ни один преследователь так и не рискнул появиться, до самого отплытия. А через три дня Сергей с друзьями благополучно перебрался на подошедшее судно, умудрившись так и не показаться на глаза Калашникову. Собственно, на этом и закончилось первое задание для группы. Дальнейшую работу с пленником взял на себя Невмянов, а наша троица вернулась к учёбе. После подробного разбора всей операции, конечно.

Глава вторая

– Как могли наши шпионы проморгать подобное? Не слишком ли много мы им платим? –Язвительность императрицы сочилась ледяным спокойствием. Все присутствующие на совещании поёжились, понимая опасность такого поведения Екатерины.

– Что молчите? Вся Европа движется на Петербург, сможем ли мы защитить город? – Вопрос повис в воздухе. Наконец, Григорий Александрович Потёмкин, сделал шаг вперёд, выдвигаясь из шеренги молчащих чиновников.

– Разреши, матушка? – И, дождавшись утвердительного кивка, продолжил. – Гвардия и три полка приданных войск полностью вооружены новыми ружьями и миномётами. Все войска уже подняты и ожидают приказа к маршу. Предлагаю отдать их под командование графа Суворова Александра Васильевича. Он обещал, что скоро Стокгольм будет захвачен русскими полками, и, я ему верю.

– Но, сводная эскадра шведов, англичан и голландцев уже движется к Петербургу. Сможет ли их задержать Кронштадт? – Императрицу больше беспокоила личная безопасность, чем победы в сотнях вёрст от русской границы.

– Предлагаю адмиралу Грейгу в ближайшие дни всей эскадрой отбыть навстречу неприятелю. Несмотря на численное превосходство вражеской эскадры, на нашей стороне будут три торговых корабля Русской Дальневосточной кампании. Об их подвигах в океане все наслышаны. Я уже встречался с капитанами, они гарантируют, что неприятель не выдержит огня их дальнобойных орудий. Кроме того, с сегодняшнего утра на восемь фрегатов русского флота устанавливают дальнобойные и скорострельные орудия графа Желкевского. Русские корабли смогут расстреливать корабли противника за пределами досягаемости шведских и английских пушек. С пушками граф Желкевский передал три десятка обученных канониров из своих крепостных мастеров. Уверяет, что обучены не хуже армейских артиллеристов.

– Это всё?

– Нет, если позволишь, государыня, с завтра начнём вооружение Кронштадта и остальных фортов такими же дальнобойными орудиями конструкции графа Желкевского. Ещё две батареи таких орудий установим на трактах, ведущих к столице с запада. Через месяц Желкевский обещал изготовить ещё три батареи, для обороны Петербурга с севера. Уверен, этого вполне достаточно, для защиты столицы.

– Хорошо, идите, господа генералы. Ты, Григорий Александрович, задержись.

На Чёрном море без участия Потёмкина, которого государыня не рискнула отпустить на юг в виду явной угрозы столице, граф Румянцев-Задунайский, главнокомандующий русскими войсками, развернулся всем своим талантом полководца. Если в прошлой войне с турками, при равном вооружении, Пётр Александрович одерживал блистательные победы над десятикратно превосходящими армиями турок, чего следовало ждать сейчас?

Правильно, хотя русские полки не успели полностью перейти на новое оружие, но добрая половина его была получена. Офицеры с опытом боевых действий в Юго-Восточной Азии сыграли свою роль, в спешном порядке обучали расчёты стрельбе из миномётов. Два месяца южная армия переходила на новые уставы, проводя еженедельные стрельбы из новеньких ружей и регулярные учения. Солдаты ворчали, еженедельно выкапывая вёрсты окопов, которые затем приходилось исправлять, после замечаний ветеранов Дальнего Востока. Ещё больше недоумения вызывали повышенные требования к гигиене, поголовное мытьё рук перед приёмом пищи, уборка территории, оправка строго в отведённых местах и прочие придирки. В некоторых частях недовольство рядовых пытались поддержать офицеры, но, с началом военных действий, все недовольные заткнулись, получив недвусмысленное предупреждение главнокомандующего армией об отправке ворчунов на восток, в тыловые гарнизоны.

В результате, к боевым действиям южная армия приступила в некотором ожидании и надежде на возвращение старой вольности, ярких побед и наград. Сухопутные войска южной армии форсировали Южный Буг, двинулись на юго-запад, навстречу турецким войскам. Румянцев спешил, опасаясь возвращения на юг князя Потёмкина, и, своего отстранения от командования войсками. Неприязнь Григория Александровича к талантливому тактику Петру Александровичу, зависть к его победам, была общеизвестна. Поэтому, основные русские силы упрямо спешили на юг, вглубь Османской империи, не отвлекаясь на осаду крепостей. Для их захвата оставались конноартиллерийские группы, вооружённые новыми скорострельными гаубицами и миномётами. Расход снарядов у таких штурмовых групп оказался непредвиденно высоким, обозные запасы таяли на глазах.

Зато результаты вышли неожиданные, даже для самого главнокомандующего. Узнав о достигнутых результатах и русских потерях в конноартиллерийских отрядах, он начал верить в рассказы офицеров о войнах на Дальнем Востоке. Крепости Очаков и Хотин были разрушены скорострельной артиллерией с недосягаемого для турецких пушек расстояния за два дня. Отчаянные попытки осаждённых войск контратаковать, нарвались на мощный заградительный огонь миномётов. После этого штурмовать крепости не было необходимости, руины легко зачистили казаки, практически без потерь. Слухи о подробностях захвата крепостей опередили русскую армию, из-за чего комендант Измаила предпочёл сдаться после часовой артподготовки русской артиллерии. Захват основных турецких крепостей, на что русские генералы планировали затратить три месяца, удался за три недели, и, практически без потерь. Небывалый успех наступления окрылял, русская армия рвалась на юг, к Царьграду, стремительно продвигаясь вдоль западного черноморского побережья.

На Чёрном море адмиралу Ушакову приходилось сложнее, на его корабли новые орудия не поступили. Что не помешало русскому флоту дважды разгромить турецкие эскадры. При таком стремительном действии русских, у турок даже не возникло мысли, как в нашей истории, высадить десант на Кинбурнскую косу. Все силы турки бросали в Болгарию, в надежде остановить продвижение русской армии. Там, Румянцев продолжал с основными русскими войсками неумолимо двигаться вперёд, безжалостно перемалывая все попавшие под русский каток, турецкие полки и дивизии. Массированное применение миномётного огня, стрельба из ружей, на невиданную дистанцию сто пятьдесят-двести метров, разгоняла большую часть турецких войск ещё до прямого столкновения с русскими солдатами. В этой войне, впервые почти не было кровопролитных штыковых атак и рукопашных схваток. Потери в русской армии оказались неприлично малы, особенно не боевые, Румянцев при составлении докладов в Петербург стал опасаться незаслуженной славы хвастуна. Однако, уже на третий месяц наступления, русская армия столкнулась с типично русской проблемой всех будущих и прошлых войн. Нехватка боеприпасов и амуниции, с продуктами ещё кое-как решали проблему сами, обездвижила боевые отряды. Патронов для ружей осталось полтора-два десятка на руках, артиллерийские обозы опустели полностью. Русское наступление захлебнулось в ожидании подкреплений, на побережье Чёрного моря в сотне вёрст от Варны.

5