Виктор. Зеркало Пророка. Книга вторая | Страница 6 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Ты бы все равно не смог этим воспользоваться. Ладно, желаю удачи.

Едва за Джеймсом закрылась дверь, Виктор скинул с себя одежду и принялся с остервенением натираться средством от вшей. Комната наполнилась резким, неприятным запахом, который начал разъедать глаза. Виктор едва дождался приглашения в ванную.

– Прополощите вот в этом, – попросил он служанку, всучив ей свою одежду и бутылочку с лекарством.

Ночью Виктор не смог сомкнуть глаз из-за вызванного ядом страшного зуда и вони, против которой мыло оказалось бессильным. Утреннюю зарю он встретил как избавление. За дверью послышались долгожданные шаги.

– Вы просили разбудить на рассвете, месье, – сказала хозяйка, заглянув в комнату, и закашлялась от едкого запаха яда.

Она наверняка бы закатила скандал еще вечером, когда Виктор, источая нестерпимую вонь, ринулся в ванную. Но Джеймс…

– Можно вас на пару слов, мадам? – спросил он, беря ее за руку, когда она шла приглашать Виктора в ванную. – Дело в том, что наш друг опасно болен… О нет, не беспокойтесь, эта болезнь не передается, иначе мы бы не путешествовали с ним в одном экипаже, – поспешил он ее заверить, почувствовав, что она напряглась. – Его болезнь не опасна для окружающих и даже не заметна на первый взгляд. Но лекарство… Оно имеет специфический запах… Вы понимаете? – и прежде, чем она успела открыть рот, Джеймс продолжил. – Надеюсь, вы проявите к нему сострадание и такт.

Говоря это, он пожил в карман фартука хозяйки довольно таки крупную купюру, достаточную для того, чтобы превратить ее в ангельски милую женщину.

Сытно позавтракав, путешественники покинули гостиницу. Свежий утренний воздух немного поднял настроение Виктора, но едва он приблизился к карете, в нос ударил тот же едкий запах, заставивший его отскочить от нее, словно там пряталась ядовитая змея.

Это вызвало у его спутников приступ громкого смеха.

– А как ты хотел. Твои друзья наверняка расползлись по карете, – объяснил сквозь смех Джеймс. – Ничего, мы откроем окна. К тому же подобные неприятности только закаляют дух и учат терпению и смирению.

– Ты говоришь, как проповедник, – ответил Виктор, которого практически выворачивало от запаха яда.

– Мое смирение трудно назвать христианским, – ответил на это Джеймс, – я призываю смиряться только с теми обстоятельствами, над которыми мы не властны. Летом мы должны смиряться с жарой, зимой – с холодом. Во время дождя – с сыростью, и так далее. Мое смирение заключается в том, чтобы позволять происходящему быть.

– Хочешь сказать, что если я вот так просто смирюсь со своим зудом и с этой сводящей с ума вонью…

– А ты попробуй.

Дорога заняла несколько дней. Все это время Джеймс ни разу даже не заикнулся о том, куда они едут, и только когда впереди показался Лину, он сообщил, что едут они в Ренн-Ле-Шато. Эта полная тайн деревня находилась на вершине холма, куда вела извилистая дорога. Когда путешественникам открылся вид на снежные вершины Пиренеев, возвышающихся над долиной Од, они остановили карету, чтобы в полной мере насладиться столь захватывающим зрелищем.

– Глядя на эту кучку деревенских домов, трудно себе представить, – сказал Джеймс, – что несколько веков назад на этом месте был большой, сильный город Редэ, такой же могущественный, как Каркассон и Нарбонна. Раньше здесь было царство катаров, религии, которая, в свое время, поставила под угрозу существование христианства. Это был далекий от тирании мир, и если бы не организованный римской церковью крестовый поход, в результате которого были вырезаны практически все жители Лангедока, включая женщин и детей, эпоха ренессанса могла бы начаться уже в XIII веке.

Виктор с удивлением обнаружил, что на многих дверях изображены знаки зодиака.

– Эта земля – родина множества тайн, – сказал Джеймс, заметив удивление Виктора, – и с одной из них, возможно, нам предстоит познакомиться уже в скором времени.

Карета остановилась возле причудливого здания, нависшего над крутым спуском или подъемом. Оно словно бы служило продолжением утеса, и было похоже на небольшую средневековую башню. Крепостная стена соединяла его с оранжереей. За башней начинался прекрасный сад, на другой стороне которого находился дом, построенный с необычайной роскошью.

– Мы на месте, господа, – сообщил Джеймс, выходя из кареты. Остальные последовали за ним.

Джеймс постучал в дверь. Открыл мужчина 40 – 45 лет, одетый в домашний халат.

– Отец Беранже Соньер? – спросил Джеймс.

– К вашим услугам, месье.

– Мое имя Джеймс. У меня для вас рекомендательное письмо, – он протянул священнику конверт.

Соньер пробежал глазами письмо. На его лице появилось выражение крайней степени удивления.

– Прошу вас, господа, – произнес он, приглашая путешественников в дом.

Внутри башня была забита стеллажами книг.

– Эта башня служит мне библиотекой, – не без гордости пояснил Соньер, – а это мой кабинет, – сказал он, пригласив путешественников в обставленную со вкусом, которому не мешала нехватка денег, комнату.

– Желаете выпить? – спросил он, усадив гостей в удобные кресла.

– О, не стоит так беспокоится, – запротестовал Джеймс, – мы и так оторвали вас от дел.

– Вы оторвали меня разве что от безделья. К тому же…

– У нас к вам будет пара вопросов, – не дал договорить ему Джеймс.

– Я к вашим услугам, господа.

– Нас интересуют события 1891 года.

– Боюсь, господа, я не смогу удовлетворить ваше любопытство, – помрачнел Соньер.

– Я не так выразился, господин Соньер, – поспешил исправить положение Джеймс, чувствуя, что еще минуту назад столь гостеприимный хозяин готов выставить их за дверь, – нас не интересуют те обстоятельства, которые полностью изменили вашу жизнь.

– Что же тогда вас интересует? – в голосе Соньера послышалось удивление.

– В 1891 году, перестраивая свои владения, вы кое-что обнаружили, и мы прекрасно понимаем, что это нас не касается. Одновременно с этим, вы обнаружили тайник, в котором лежал деревянный ларец вот с таким рисунком на крышке, – Джеймс положил на стол лист бумаги с нехитрым орнаментом. К счастью для всех нас, у вас хватило ума не вскрывать ларец.

– Я просто не смог этого сделать, а ломать его не поднялась рука, – вставил Соньер.

– В любом случае ларец остался нетронутым, – продолжил Джеймс. – Чуть позже, встречаясь с друзьями, вы рассказали им о своей находке. Они посоветовали вам отдать ларец тому, кто за ним придет.

– Все верно. И я поступил именно так, как мне рекомендовали.

– За ларцом уже приходили?

– Буквально пару месяцев назад.

– Как звали этого человека?

– Я уже не помню, но вряд ли он назвал мне свое настоящее имя.

– Вы правы. А внешность вы его запомнили?

– Не настолько, чтобы описать по памяти.

– У меня есть один портрет.

– Думаю, я узнаю, если это он.

Джеймс положил на стол написанный маслом небольшой портрет.

– Соньер кивнул головой.

– Благодарю вас, господин Соньер, вы оказали нам неоценимую услугу.

Джеймс поднялся на ноги.

– Позвольте предложить вам ужин и постель, – сказал Соньер, видя, что гости собираются уходить.

– Примите нашу благодарность, но мы не станем стеснять вас своим присутствием.

– Ну что вы, какие стеснения. У меня достаточно просторный дом. И потом, мой долг предоставить вам пищу и кров.

– И, тем не менее, мы вынуждены отказаться. Дорога к вам оказалась слишком легкой и спокойной, а это не к добру. Поэтому позвольте нам удалиться.

– Что ж, не буду настаивать.

– Кстати, если нами будет кто-нибудь интересоваться, говорите правду. Эти люди в любом случае узнают то, что им надо, так что не стоит подвергать себя риску. Тем более в вашем положении. Прощайте.

– Прощайте, господа, и да поможет вам она.

Виктор ничего не понял из этого разговора, но, тем не менее, вопросы задавать не стал. Патрик и Безымянный вообще не были склонны любопытствовать. Так что Ренн-Ле-Шато покидали молча.

– Где будем ночевать? – нарушил молчание Патрик, когда они спустились с холма.

– Решай сам, – ответил Джеймс, который всю дорогу не выходил из состояния задумчивости.

– Тогда заночуем в Коузе. Он ближе всего.

Возражений ни у кого не было, и вскоре карета въехала в маленький городок, расположившийся у дороги. Гостиница в городе была одна: «Млечный путь». На удивление она оказалась вполне приличной.

6