Людо и звездный конь | Страница 4 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Хватит его дразнить. Раз Стрелец призвал его, значит он чего-то стоит, хоть по виду и не скажешь. Ничего, скоро освоится.

Людо совсем не нравился этот разговор, но, по крайней мере, новый голос звучал добрее.

– Я сожалею, – промолвил он робко, – что пришел не оттуда, откуда следовало, господин…

– Не называй меня «господин», – перебил его второй мальчик. – Меня зовут Язон, а это обращение прибереги для Стрельца. И выведи отсюда своего коня.

– Если эту старую клячу можно назвать конем, – послышался голос из темноты, и юноши у костра захихикали. – Для чего отец дал тебе такое сокровище? Что, на него даже собаки не позарились?

Людо, который любил Ренти и часто повторял, что старый конь понимает его с полуслова, знал, что на самом деле животные не слушают людских разговоров. Прежде всего, потому, что не находят в них ничего увлекательного. Но насмешник бил по больному – Ренти и впрямь в последнее время досталось, и это на нем сказывалось. Конь стоял рядом, поникнув головой и опустив уши, и Людо забыл, что он крестьянский сын, а эти задиры наверняка сынки богатых и знатных родителей, которые охотятся в горах, поэтому вспыхнул до корней волос и выпалил:

– Он замечательный конь, и всем известно, что нет на свете коней лучше баварских гафлингеров! А будь вы такими же старыми, как он, да завали вас семиметровым слоем снега, посмотрел бы я на вас!

Тот, кто назвался Язоном, удивленно посмотрел на Людо сверху вниз и нахмурил брови:

– Снега? Тебе прекрасно известно, что этой зимой снега тут еще не было. Что ты плетешь?

Его товарищи зашумели:

– Да, зачем он врет? Откуда он взялся?

Юноши вскочили и окружили Людо. Вид у них был самый недобрый. Людо заметил, что некоторые вооружены: у одних на поясе висели кинжалы, другие сжимали в руках луки.

– Успокойтесь, дайте ему ответить, – неожиданно произнес дружелюбный голос.

Голос принадлежал юноше лет четырнадцати, широкоплечему, с загорелым лицом. На говорившем было только что-то вроде юбки из золотистого, в черных пятнах меха с позолоченным поясом, на котором висел длинный кинжал. Когда юноша выступил вперед, остальные, даже те, кто выглядел старше, безропотно отступили назад.

Широко расставив ноги и заложив большие пальцы за пояс, юноша стоял перед Людо.

– Начнем сначала. Обычно он рассказывает нам о чужестранцах, которые сюда приходят, но о тебе промолчал. Ты говоришь, что родом из Баварии. Никто из нас не слыхал о такой стране, но это ничего не значит: в этих горах хватает мелких царств. Нет, постой, дай мне договорить. А теперь ты упомянул о снеге, хотя мы знаем, что снега в этом году еще не было. Но я думаю, ты сказал правду – когда ты вошел, я заметил снег на боках твоего коня.

Он замолчал. Костер трещал, как будто рвали бумагу.

– Это правда, я сам видел, – раздался громкий голос.

– Тише, пусть говорит Пелей, – отозвался другой юноша.

– Итак, – промолвил тот, кого называли Пелеем, – где твое царство и как ты сюда проник?

– Поверьте мне, господин, – начал Людо, которого с детства учили прислушиваться к тем, кто говорит рассудительно, пусть даже они немногим старше его, – моя страна там, за Егерсальпом, и она тянется дальше, чем мне случалось заходить, а сюда я вошел через эту дверь. – Он показал туда, где недавно был снежный туннель.

Но туннеля больше не было. Позади, освещенная светом костра, высилась сплошная каменная стена. И никаких признаков двери.

– Но тут была дверь! – вскричал Людо. – На Ренти обрушилась лавина, и я побежал за ним и тоже провалился, а потом мы нашли туннель под снегом и открытую дверь, и…

Людо запнулся. Лицо Пелея окаменело, а Язон медленно потянулся за луком, который прислонил к стене пещеры. Остальные сгрудились вокруг Людо и смотрели угрожающе.

– Лазутчик, вон он кто! Кто из вас слышал о стране с таким варварским названием?

– Да еще такой, которая тянется на мили! Мы все знаем, что на семь дней пути отсюда нет даже долины с таким именем.

– Возможно, он пришел издалека. Вон и конь его охромел.

– Не думаешь ли ты, что он нам ровня? Он не похож на царского сына. И он не мог пройти в эту дверь!

– Но если Стрелец призвал его…

– Посмотри на его лицо, – сказал Язон. – Он никогда не слыхал о Стрельце. Он чужак, лазутчик, и, по-моему, мы должны разделаться с ним, не дожидаясь Стрельца!

Людо сделал шаг назад, потом еще один. Юноши стояли перед ним плотной стеной, на лицах играли недобрые ухмылки, сверкали кинжалы. Он попятился еще чуть-чуть, потом сообразил, что отступать некуда, и остановился.

– Послушайте, я никогда не говорил, что я царский сын! – проговорил Людо с отчаянием, обращаясь к Пелею, который, очевидно, был здешним предводителем. – Я не лазутчик! И я не вру! Я пошел за своим конем, и мы бы сгинули в снегу, если бы вход в пещеру не оказался открыт. Я не знаю, кто вы, кто такой Стрелец и где я нахожусь! Я только хочу выбраться отсюда и вернуться домой!

Слова его произвели самое поразительное действие. Когда Людо закончил, в пещере повисла гробовая тишина. Внезапно Людо понял, что никто больше на него не смотрит. Все глаза были устремлены туда, где некто выступил на свет костра из глубокой тени в дальнем углу пещеры.

Глава 6. Стрелец

Некто или нечто, подумалось Людо, когда неизвестный вступил в круг света. Сначала он увидел невероятно высокого бородатого мужчину с широченными плечами, выпирающими мышцами и пронзительными темными глазами. Мужчина держал в руках громадный двояковыгнутый лук, натянуть который было под силу только такому великану. Пламя костра играло на золотых наконечниках, которыми заканчивался лук, и на мощной груди незнакомца. До пояса тот был обнажен, если не считать ремня, на котором висел колчан со стрелами. Ниже пояса великан был облачен в шкуру, хотя в этом Людо не был уверен – обзор заслоняли юноши. Но тут юноши расступились…

Бородатый мужчина казался таким высоким, потому что там, где у человека начинались бы ноги, были грудь и передние ноги лошади. По правде сказать, лошадиного в нем было больше, чем человеческого, но на месте лошадиной шеи и головы начинался человеческий торс – на той же высоте, что у всадника на коне. Ты, конечно, знаешь, что это был кентавр, но Людо, книжек не читавший, никогда о кентаврах не слышал. Он понимал лишь, что перед ним существо спокойное, сильное и очень опасное, наделенное всей мощью и всеми противоречиями своей двойной натуры.

– Кто это? – спросил кентавр. Его голос мало походил на человеческий, слишком низкий и высокий одновременно, словно лошадиное ржание. Тем не менее слова звучали отчетливо.

Людо от изумления и страха не мог выговорить ни слова, так что только коснулся ладонью лба. Ответил кентавру Пелей:

– Мы расспросили его, Стрелец. Он утверждает, что в стене за его спиной открылась дверь, а сам он из неведомой варварской земли, именуемой Баварией. Говорит, что там зима, что его коня засыпало снегом, а он провалился в сугроб вслед за конем и нашел под снегом вход в этот Дом.

Стрелец нависал над Людо и Ренти, буравя их огромными нечеловеческими глазами. Хвост хлестал по бокам – красно-бурым, цвета горного щавеля.

– Это правда, мальчик? – пробасил кентавр.

Поначалу Людо только кивнул, затем сглотнул и выдавил:

– Да, господин.

– Так ты попал сюда случайно? И твой венценосный отец не посылал тебя ко мне в ученики?

– Мой отец не король, ваше благородие. Король живет в замке в соседней долине. Я его видел, ваша честь, но он бы меня и не заметил. А мой отец, плотник Фриц Шпигель, живет в домике на полпути к летнему пастбищу.

– Тогда как ты сюда проник? И благодаря каким чарам нашел дорогу в мой Дом?

– Милостивый государь, ваша честь, Ренти, мой конь, сорвался с привязи, когда дверь хлева распахнулась от ветра, и убежал, а ветер дул северный, опасный ветер в наших краях… – В голове у Людо все так перемешалось, что он и впрямь решил, будто проделал многомильный путь от дома, а не просто вошел в пещеру через снежный туннель под Егерсальпом, и кто скажет, что он был неправ?

– Я понимал, ваша милость, что Ренти сгинет в снегу, и взобрался на холм, и звал его, и Ренти меня услышал, но не повернул назад. Думаю, от холода в голове у него помутилось. Я знал, я надеялся, что если пойду за ним, то спасу его и приведу домой. Это ведь я его привязывал, я слежу за конской сбруей. И если бы он погиб, это была бы моя вина. И потом, ваше превосходительство, мы с Ренти… а я знаю его всю жизнь… и я должен был попытаться спасти его…

4