Культурология. Дайджест №1 / 2018 | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Культурология. Дайджест. № 1 / 2018

Космос культуры

Универсальный закон культуры

В.И. МильдонВсему, что зрим, прообраз есть, основа есть вне нас,Она бессмертна, а умрет лишь то, что видит глаз…Д. Руми

Аннотация. Развитие культуры рассматривается как имеющее направление – от первоначального химизма жизни до появления человека. Будучи порождением природы, он не принадлежит ей целиком и противится ее полной власти. Создание культуры – результат этого сопротивления.

Современное состояние гуманитарных наук – эволюционной биологии, философской антропологии, аналитической психологии, психиатрии – свидетельствует о том, что культура как отличительный признак человека, нового биологического типа, развивается в направлении его индивидуализации, выражающей проективную универсальность каждой личности.

Ключевые слова: органическое; универсальный закон; культура; индивидуализация; Европа; биология; направление; Россия.

Abstract. The author supposes that the development of culture has its own direction – from the original chemism of life to the appearance of man. Being the product of nature he does not belong entirely to her and opposes her full power. The creation of culture is the result of this resistance.

The current state of the humanities (evolutionary biology, philosophical anthropology, analytical psychology, psychiatry) evidences that culture as a distinctive feature of a person, a new biology type, develops in the direction of his individualization that expresses projective universality of every person.

Keywords: organic; universal law; culture; individualization; Europe; biology; direction; Russia.

Феномен культуры рассматривается в статье как вневременный: пластика древнего Египта «синхронна» Микеланджело и Генри Муру, разница лишь стилистическая.

Культура актуальна и будущему, и прошлому. Невозможен эстетический эксперимент, как воспринял бы античный грек, современник Софокла, симфонизм Бетховена. Но можно экспериментировать на себе: уживутся ли в нынешнем эстетическом восприятии античная трагедия V в. до н.э. и симфонизм О. Мессиана. Сошлюсь на собственный опыт: не только уживаются, но для меня они мои не потому, что я хочу защитить эту теорию.

Зависимость обратная: как раз потому, что я воспринимаю названные образцы своими, я пришел к мысли о современности культуры вне исторических, расовых, национальных и государственных (политических) границ. Эта современность – единственное условие универсальности культуры, объясняемое – мой главный довод – непрерывностью движения в некоем направлении без цели.

Именно это с давних пор утверждала биологическая наука. Аристотель писал: «Природа переходит так постепенно от предметов бездушных к животным, что в этой непрерывности остаются незаметными и границы… После рода предметов бездушных первым следует род растений. <…> Переход от них к животным непрерывен…» (1, с. 301–302).

После трудов Ж.Б. Ламарка, Э. Жоффруа Сент-Илера и Ч. Дарвина это представление уже не встречает основательных возражений. В частности, опровергнута гипотеза катастрофизма Ш. Кювье, считавшего: в результате геологических переворотов погибли многие формы живого, обитавшие прежде, и всякий раз прерванная жизнь начиналась снова. Вот почему «исчезнувшие виды не суть разновидность живущих видов» (10, с. 143). (Жирный курсив в цитатах здесь и далее мой. – В. М.)

Жоффруа исходил из противоположного взгляда: «Углубленное изучение показывает, что существует своего рода общий план, который можно проследить на… протяжении всего ряда животных» (6, с. 321).

Подтверждение «общему плану» Жоффруа нашел, по его признанию, в законе всемирного тяготения Ньютона (6, с. 516): «…Я пришел к учению о единстве в физике и межпланетной астрономии. <…> Теория “притяжения своего своим” предлагает более широкую концепцию, нежели теория притяжения. Она включает в себя теорию Ньютона как частный случай ее приложения к астрономии; то же относится к учению о молекулярном притяжении в химии…» (6, c. 522).

«Астрономия» и «химия» в суждении Жоффруа появились не случайно, хотя, как это бывает, автор не предвидел последствий своей мысли. Один из современных космологов, исходя из наблюдений над веществом в мировых просторах, заметил:«Вся история науки была постепенным осознанием того, что события не происходят произвольным образом, а отражают определенный скрытый порядок…» (27, с. 172).

Идея «порядка» неоднократно подтверждалась.

В 1820 г. ее высказал Ж.Б. Ламарк в «Аналитической системе положительных знаний человека»:

«…Природа могла создать все существующие тела лишь постепенно и поэтому вынуждена была следовать постоянному порядку…» (11, с. 407). А в «Естественной истории беспозвоночных животных» (1815), рассуждая о плане «действий природы при создании животных», определил этот план как «непрерывное усложнение организации у различных известных нам животных» (11, с. 113).

«…В 1864 г. А.М. Бутлеров открыл реакцию синтеза углеводов из формальдегида. Вскоре химики научились получать и многие другие органические вещества из неорганических. Стало ясно, что между живой и неживой материей на химическом уровне нет непреодолимых граней<…> что жизнь могла появиться постепенно в результате долгой химической эволюции <…> что жизнь действительно возникла естественным путем из неживой материи» (13, с. 49, 494. Курсив автора).

За 600 лет до Ламарка и Бутлерова похожую догадку высказал персидский поэт Д. Руми:

А как же мы и наша суть? Едва лишь в мир придем,

По лестнице метаморфоз свершаем наш подъем .Ты из эфира камнем стал, ты стал травой потом,Потом животным – тайна тайн в чередованье том!И вот теперь ты человек… (8, с. 182).

Поэт, говоря метафорически, догадался о постоянном порядке и непрерывном усложнении материала природы и о возможности получения органических веществ из неорганических, хотя выяснилось это лишь после открытий Ламарка и Бутлерова.

Ну а наблюдение Юнга?

«…Есть ли… смысл в поисках определенного исторического первоначала в определенном месте и в определенное время, если это начало обнаружило себя как безусловное первоначало?» (30, с. 27).

Эту часть книги «Душа и миф» – «Введение в сущность мифологии» – Юнг написал вместе с венгерским мифологом К. Кереньи, цитирую его слова:

«Он [Юнг. – В. М.] находит в четверице свойство того “центра” целостности человека, который он рассматривает как результат индивидуации и называет “самостью “. <…> Из-за возможных вариаций чисел он отвергает идею четырех небесных четвертей, но с необходимыми оговорками допускает существование космического происхождения совсем иного рода: по его словам, он видит странный lusus naturae в том, что основным химическим составляющим физического организма является углерод, который обладает валентностью четыре. Более того, продолжает он, алмаз – в восточных текстах символ законченной индивидуации…– представляет собой, как мы знаем, кристаллизированный углерод. Если это нечто большее, чем просто “шутка природы”, то, как подчеркивал Юнг, поскольку феномен четверицы является не просто изобретением сознательного разума, но “спонтанным продуктом объективной души”, фундаментальная тема мифологии может быть понята только в соотнесении с неорганическим в человеке» (30, с. 29–30).

Мало поводов предполагать, что Юнг и Кереньи были знакомы с открытием Бутлерова. Подобное совпадение вместе с поэтическими интуициями свидетельствует о «скрытом порядке» С. Хокинга, «общем плане» Жоффруа, «лестнице метаморфоз» Руми и, конечно, «лестнице» Ламарка, открытие которой современный ученый сравнил с революцией, «произведенной Коперником в астрономии» (2, с. 392).

Если так, то «порядок», «план», «лестница» подтверждают наличие направления: от неорганического к органическому и к человеку. По этой единственной (отбросив незначительные оговорки) причине непрерывно и развитие культуры, тоже имеющее направление и тоже не зависящее – по своему содержанию – ни от времени, ни от географического места, ни от расы, коль скоро вписывается в представление о едином плане и порядке.

1