Ветки. Путеводитель по Санкт-Петербургу | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Ветки

История Петербурга в 69 станциях

Святослав Коровин

© Святослав Коровин, 2019

ISBN 978-5-4493-8906-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«На зелёной линии есть такое правило,Выходи из вагона, если не вставило»(А. Родионов)

ОЩУЩЕНИЯ

Петербург… Зима… Холод…

За окном ветер шуршит целлофаном. В него запакована летняя резина – на балконах здесь принято хранить летом зимнюю, а зимой летнюю. По ночам шорохи бывают пугающими. Особенно если ты просыпаешься в ужасе от того, что возникает ощущение остановки сердца. Такие ощущения – спутники первой, как говорят, «сухой ночи» – ночи следующей за днём, когда ты не пил… А до этого пил долго.

Это странные ощущения. Засыпаешь, мысли в голове…. Нет, не кружатся, они как-то наслаиваются друг на друга. Не знаю, как другие, но ко мне эти мысли приходят в виде прямоугольных табличек с чёрными надписями – вроде тех, что висят в европейских клубах над входом: «23:00 today. SEX PISTOLS».

В отличие от европейских, мои таблички на русском. Наслаиваясь, они создают невероятную абракадабру: яхлоючбулпюиетёь. Чёрные буквы на светящемся жёлто-белым стекле.

Что-то клокочет в животе, что-то ухает в кишечнике. Это похоже на то, будто бы какие-то внутренние существа поднимают восстание с требованиями вернуть им каждодневное пиво.

В ужасе я вскакиваю, перед этим проснувшись и почувствовав, что парализован. Ощущение паралича длится долю секунды для тела и вечность для мозга. Это ощущение и порождает ужас.

Вскакиваю, хватаю ртом воздух, пытаюсь отдышаться. Сердце колотится.

Потом начинает знобить, и я вновь проваливаюсь в сон, чтоб через несколько минут вскочить.

Ком в горле. От него несложно избавится. Нужно просто дойти до холодильника и впихнуть в себя что-нибудь: шмат колбасы, половину луковицы, что угодно.

Я живу в Петербурге, и эти ощущения я испытывал не раз и не два.

Я живу в Петербурге. От моего дома до метро идти ровно две сигареты, или, если засекать время, восемь минут.

Главное, пережить эту ночь, главное не сойти с ума….

Я снова проваливаюсь в сон. Повезло. С девятой попытки я смог уснуть.

Подъём в десять. Завтра в десять.

Вернее, уже сегодня….

Или вчера…

Или несколько лет назад…

АКАДЕМИЧЕСКАЯ

От моего дома до ближайшей станции метро идти всего восемь минут. За это время можно выкурить две сигареты и замёрзнуть, если идёшь зимой.

Станция «Академическая» находится на пересечении Гражданского проспекта и проспекта Науки – этакий футуристический многогранник с синей «М» над входом.

Недалеко от метро расположено общежитие для иностранных студентов – здесь можно увидеть много китайцев, вьетнамцев и чернокожих. Было время, когда чернокожие студенты собирались у входа в метро, от чего периодически возникало ощущение, что ты не на севере Петербурга, а где-нибудь в Гарлеме – не хватало только брейкденсеров и костров в бочках. Потом внезапно темнокожие исчезли. Их место заняли мрачноватые бритоголовые крепыши в камуфляжных штанах и военных ботинках…

Недалеко от метро на углу Верности и Гражданского проспекта расположен магазин «Старая книга», куда я часто захожу до сих пор, чтобы пополнить библиотеку. «Старая книга» – настоящий Клондайк для библиофила, здесь за смешные деньги можно купить стоящие и даже редкие издания…

Когда мне было лет тринадцать, мы с моими одноклассниками любили гулять на пустыре, располагавшемся за зданием станции. Сейчас пустырь зарастает домами, а тогда в 90-х это было совершенно дикое место. Если честно, местечко было явно не для прогулок: ссохшаяся трава, куски арматуры, старые покрышки и вышки линии электропередачи. Собственно, именно вышки нас и привлекали.

Вышек было несколько – одна п-образная и штуки четыре наподобие парижской Эйфелевой башни. По вышкам было интересно лазать. Особенно по самым высоким. Несколько минут, цепляясь за железные крюки, ты ползёшь вверх, а потом встаёшь на крошечную ничем не огороженную площадку на самом кончике тридцатиметровой «башни». Ветер на такой высоте ощущается гораздо сильнее, чем внизу. Но ты улыбаешься, встаёшь в полный рост и раскидываешь руки, словно бы пытаясь обнять весь мир, и слышишь, как снизу кто-то из друзей кричит:

– Слезай, я тоже хочу туда!

Сверху пустырь кажется каким-то нереальным, очень далёким, игрушечным. Пожухлая трава словно бы образует огромные водовороты, среди которых носятся твои друзья, то и дело поглядывая на тебя, в нетерпении ожидая своей очереди в десятый раз покорить громаду высоковольтной опоры.

Путь вниз всегда сложнее. Ногами пытаешься нащупать крюк-ступеньку, руки дрожат, а в уши лезут крики одноклассников:

– Ну, быстрее, мне домой нужно через полчаса, а я тоже хочу наверх.

Сейчас пустырь постепенно съедается новостройками, но вышки всё ещё стоят. Недавно проходил мимо, оглядел громады, покорённых больше чем полжизни назад, вершин и внутри всё сжалось и закололо миниатюрными иголками. Я не боюсь высоты, но безрассудства стало точно меньше.

Прямо напротив выхода из метро расположен огромный торговый центр с гигантским экраном, показывающим погоду и пробки на дорогах. В торговом центре есть кинотеатр с несколькими залами. Там всегда полно народу, афиши сообщают об очередном блокбастере или глупой комедии. А лет пятнадцать назад в районе «Академической» был только один зал, где можно было посмотреть кино на большом экране – кинотеатр «Современник». Ещё в конце восьмидесятых я был там с мамой – показывали фильм «Авария – дочь мента» с нынешней женой Ивана Охлобыстина в главной роли… Последний раз в «Современник» я ходил на показ четвёртой части фантастического фильма «Чужой». Я очень любил эту киносагу, и не мог пройти мимо, увидев нарисованную гуашью на листе ватмана афишу…

Тогда мы тоже пошли с мамой. Тётенька-билетёрша не стала продавать нам билеты сразу:

– Подождите немного, ещё человека три наберётся, тогда показ состоится.

Показ состоялся. В зале было семь зрителей.

Одно время в здании «Современника» базировалось самое настоящее казино. Вечерами на стоянке перед зданием было много блестящих машин, а на крыше сияла неоном надпись «Goodwin», бросающая блики на монумент, посвящённый находившемуся на месте проспекта Науки аэродрому. Именно отсюда во время Великой Отечественной войны поднимались в воздух советские самолёты.

В 2002-ом у «Гудвина» проходил концерт «Алые паруса». Кажется, это было первое мероприятие в новейшей истории с таким названием. Мы с однокурсниками и друзьями пошли туда ради выступления Сергея Чигракова и его группы «Чиж и Co». Чиж в тот вечер спел все свои главные хиты. Он получал нескрываемое удовольствие от происходящего и постоянно махал рукой жителям дома через дорогу, распахнувшим окна настежь, услышав до боли знакомое «В каморке, что за актовым залом репетировал школьный ансамбль»

Вообще, район метро «Академическая» – классное место. Здесь можно встретить в магазине «Пятёрочка» настоящего Эдмунда Шклярского из группы «Пикник», здесь можно долго плутать по дворам, здесь можно на берегу Муринского ручья обнаружить фундаменты дореволюционных поселений, а на территории недалеко от дворца спорта «Зенит» – старые надгробья бывшего немецкого кладбища.

Я живу в этом районе, я каждый день проделываю восьмиминутный путь от дома до станции и каждый вечер возвращаюсь сюда. Наверное, это не самое лучшее место. Но и не самое худшее тоже. Я вырос здесь, я знаю здесь каждую дорожку в парке и каждый закоулок…

«Академическая» – это уютный мирок. Здесь ничего не происходит. Вообще и в моей жизни в частности. Моя жизнь проходит в других районах, а сюда я просто возвращаюсь поспать. Как верный муж, как блудный сын.

Вечерами я люблю смотреть в окно, за окном слева направо тянется Гражданский проспект, где-то вдалеке возвышаются колоссы бело-красных труб и горит тысячами огней башня «Лахта-центра». Пока здесь в середине нулевых не началось активное строительство, в праздники можно было с балкона увидеть салют, а пока социальные сети и онлайн игры не вошли прочно в жизнь старших школьников – услышать ночью песни под гитару.

1