Ветки. Путеводитель по Санкт-Петербургу | Страница 7 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Как-то с Никоновым мы встретились на «Чернышевской» и пошли в сторону его дома. По пути спустились в полуподвальный продуктовый магазин. Лёха долго стоял там напротив шкафа с различными соусами.

– Вам чем-то помочь, – спросил подошедший продавец.

– Я кетчуп хочу купить.

– А вам для чего?

– Ну… – замялся Алексей Валерьевич, – я его ем!

С Никоновым мы общались довольно тесно, несколько лет я вёл сайт, посвящённый его группе «Последние Танки в Париже», а потом мы рассорились из-за какой-то ерунды. Говорят, он переехал с «Чернышевской», но я не знаю этих подробностей. Просто иногда ставлю компакт с его песнями и с улыбкой вспоминаю те времена:

«Помнишь, как вчера плакали навзрыд,

А теперь надолго разошлись».

Когда я только познакомился с творчеством «ПТВП», юношеский максимализм преобладал над рациональностью, и вместо того, чтоб найти нормальную подработку на лето, я устроился продавцом в рок-магазин «Асса», притаившийся во дворах в трёх минутах быстрым шагом от «Чернышевской». На дворе был 2004-ый, и люди ещё покупали компакт-диски и даже аудиокассеты.

«Ассу» открыл известный в Ленинграде и Петербурге рок-деятель Сергей Фирсов. В своё время он записал и издал и Гребенщикова, и Летова. Его рок-магазин больше походил на склад позабытых вещей – в одном зале продавали пиратские кассеты с распечатанными на чёрно-белом принтере обложками, а в другом – всевозможную атрибутику: от футболок со страшными физиономиями до пустых бланков членских билетов Ленинградского рок-клуба.

В магазине я проработал всего несколько дней, но и этого мне хватило, чтобы прочувствовать всю атмосферу хватающегося всеми своими щупальцами за ускользающее от него время, русского рок-андеграунда.

В первый день работы в магазине засорился туалет, и в коридорчике между залами расползлась неприятного цвета лужа. Во второй – в дрова пьяный фанат «Арии» прямо в помещении саданул себе по руке «розочкой», сделанной из пивной бутылки, залив кровью пол и заляпав стены – потом долго оттирали. Уйдя на выходные, я не вернулся: работать в таком месте даже для меня было чересчур экстремально. Как через десять лет спела одна екатеринбургская группа, это не моё пальто.

К чести «Ассы» стоит сказать, что купить там можно было настоящие раритеты – редкие в наших широтах записи и артефакты, коим место должно быть в музеях или коллекциях настоящих фанатов русского рока. Но, несмотря на это, покупатели заходили туда редко – то ли проблема была в недостатке информации о магазине, то ли аура у места была какая-то нехорошая…

ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ

Верхний вестибюль станции расположен на месте снесённой Знаменской церкви. Если выйти из метро, обогнуть здание и перейти Лиговский проспект, то упираешься в огромный книжный магазин. Здесь можно купить книжку, попить кофе или бесплатно справить нужду – всё для клиента! В магазине есть большой зал, где частенько проходят концерты и встречи с авторами книг, которые обязательно здесь продаются.

В 2007- ом гиперактивный петербургский деятель Захар Заря проводил здесь масштабный поэтический конкурс-фестиваль «Медный век». Участвовало более тридцати молодых поэтов, народу в зале было не протолкнуться. Я был в числе участников.

Мы с друзьями пришли к самому началу мероприятия, послушали несколько первых выступающих и решили двинуться в продуктовый за алкоголем – я должен был выступать двадцать шестым, а слушать стихи нам совсем не хотелось.

Напились мы довольно быстро, вернулись в зал. Протиснувшись к сцене, я спросил у ютившегося сбоку Захара:

– Скажите, а когда Коровин выступает?

– Он следующий. Вы его в зале не видели? – Захар не знал, как я выгляжу.

– Это я, – ответил я и, увидев, что выступавший передо мной человек покидает сцену, выскочил к микрофону.

Захар потом рассказал, что очень испугался в тот момент выпускать меня к зрителям:

– Ну, сам представь, у нас культурное мероприятие, а тут ко мне подходит пьяный неформал и, дыша перегаром, просится на сцену. Я реально опешил. Культурная столица как-никак, а тут такое…

На том фестивале я вышел в финал, хотя по лицам некоторых пришедших было видно, что такой культур-мультур в камуфлированной толстовке и красном шарфе, орущий со сцены про то, что город держит лирического героя «за последнего лоха», им не нужен.

Весь оставшийся вечер мы с друзьями откровенно хамски себя вели: не стесняясь в выражениях, обсуждали выступающих и дико ржали над собственными шутками. Впрочем, всё это не помешало мне подружиться с Зарёй и в финале показать себя с лучшей стороны.

На «Восстания» некогда располагался клуб «Цоколь», где моя группа дала первый концерт. До сих пор на там же располагается Fish Fabrique, где я весной 2004-ого впервые вышел на сцену.

Fish Fabrique даже, несмотря на слабенький аппарат и откровенную тесноту место культовое. В клубе пахнет прогорклым маслом, пару раз я видел там тараканов и познакомился с долговязым и очень легендарным Владимиром Рекшаном, до сих пор тянущим на себе свою ещё более легендарную, но сегодня не особо известную группу «Санкт-Петербург».

В детстве моя мать рассказывала про группы «Россияне» и Санкт-Петербург» как про одних из самых авторитетных представителей русского рока. Думала ли она о том, что её семилетний сын через двадцать лет будет читать со сцены стихи, а музыканты «Санкт-Петербурга» во главе с Рекшаном подыгрывать ему на своих инструментах! Это выступление, к слову сказать, тоже произошло «Фишке» – так для краткости называют Fish Fabrique завсегдатаи этого места.

В «Фишке» я брал своё самое первое интервью для журнала FUZZ у парней из весёлой группы «Морэ&Рэльсы», а в новом зале, открытом в пяти метрах от автоматически ставшего старым и, судя по размерам, малым, я давал первое в своей жизни интервью для журнала «Петербургский Музыкант».

Если от «Фишки» углубится во дворы, попадаешь в неделимые владения арт-центра «Пушкинская 10». В арт-центр можно зайти с Лиговского, но Лиговский 53, согласитесь, звучит не так круто, как Пушкинская 10. Впрочем, я никогда не думал о том, почему это место так названо.

Во дворе арт-центра неуютно – заборы, мусорные баки, странного вида люди. Частью арт-центра является так называемая улица Джона Леннона – она как раз-таки и разделяет два зала Fish Fabrique. Под единственной аркой этой улицы расположен офис Храма Любви, который очень хотел построить самый известный битломан России Коля Васин – местный фрик и добряк. Осенью 2018 Васин покончил с собой в здании торгового комплекса «Галерея», находящегося через дорогу.

На территории «Пушкинской 10» куча арт-пространств, офисов каких-то безумных компаний, студия группы «Аквариум» и целый музей, посвящённый канцелярским кнопкам – словом, местечко экзотическое. Здесь я познакомился с Никоновым, когда брал у него интервью в «ГЭЗ-21» – небольшом клубике под самой крышей одного из зданий арт-центра. Здесь же пил красное вино со своим приятелем после того, как девушка, за которой он ухаживал, изменила ему. Со мной.

Старейший питерский рок-магазин Castle Rock расположен в соседних дворах. В него я убежал работать из магазина «Асса», в нём я подружился с Олегом Бондаренко из группы «Декабрь».

Castle Rock местные называют по-простому Кастылём – оно и короче и более по-русски, чем название городка, придуманного когда-то американским писателем Стивеном Кингом. В Кастыле всегда людно, на витринах диски, журналы, книги…. По стенам футболки и балахоны с логотипами групп и фотографиями музыкантов. Сюда стремятся все приезжие рокеры – владелец магазина по фамилии Фридман смог сделать из своего бизнеса ещё одно культовое место неформального Питера.

Сейчас я редко захожу в Castle Rock, а если и захожу, то больше от нечего делать – есть у меня дурацкая привычка назначать встречи на Восстания и приезжать минут на двадцать раньше. Приходится убивать время, глазея на атрибутику и слушая доносящийся из колонок, стоящих в торговом зале, перемешанные с гроулом и скримом визг гитар и уханье басов.

У метро «Площадь Восстания» два выхода – один на улицу Восстания, тянущуюся до самой Кирочной, другой на Московский Вокзал. От второго выхода удобно ходить до целого неформального оазиса, раскинувшегося во дворах за огромным зданием магазина бытовой техники. Чего там только не было: пара-тройка рок-клубов, несколько баров, один из которых, к слову, посвящён моему любимому художнику Уорхолу, заведение для байкеров, какие-то магазинчики и, даже, офисы, непонятно каким образом занесённые в этот неформальный мирок, где вечерами бродят кучки парней и девчонок, орущих песни и даже в лютый мороз пьющих пиво из бутылок.

7