Дерзкое предложение дебютантки | Страница 3 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Разве нет? – Он вздернул бровь, точно сомневаясь в сказанном ею, но все же любезно предоставил ей шанс высказаться.

– Конечно нет. Я отлично понимаю, что меньше кого бы то ни было гожусь на эту роль.

По крайней мере, именно так сказала бы его мать. И ее собственная мачеха постоянно твердит то же самое. Что бесполезно пытаться поймать его в свои сети – даже будь она из тех девушек, кто может позволить себе подобное поведение, – поскольку следующая графиня Эшенден будет иметь вес не только в графстве, но и во всей стране, а Джорджиана ничему подобному не обучена. Не говоря уже о неподходящем характере.

– Вообще-то, было бы куда лучше, будь ты не графом, а просто… моим соседом. – К несчастью, он именно граф. А вот соседом уже несколько лет как не был, поскольку приезжал в Бартлшэм очень и очень редко, проводя время в Лондоне со своими новыми образованными друзьями. Настоящие соседи Джорджианы гадали, не будет ли новый граф, подобно его отцу, появляться в своем родовом гнезде для того лишь, чтобы воротить от него нос. – Эх, что толку сожалеть? Мне следовало бы догадаться, что я попусту потрачу время.

– Следовало бы, – согласился Эдмунд.

– Ну, не все же такие умные, как ты, – парировала она. – Некоторые по-прежнему совершают глупости, надеясь, что их не оставят в беде. Можешь также добавить, что некоторых жизнь ничему не учит.

– Некоторые, – проговорил он, медленно приближаясь к Джорджиане, – с куда большей охотой помогли бы… попавшему в затруднительное положение соседу, если бы тот соблаговолил четко объяснить ситуацию, не разбрасываясь эмоциональными обвинениями направо и налево. Если, например, ты не заинтересована сделаться графиней, почему попросила меня жениться на тебе?

Так близко он не стоял к ней с тех пор, как они были детьми, и Джорджиана отчетливо различала синие крапинки на его радужках, отчего глаза уже не казались выточенными из кусочков льда. Она могла поклясться, что видит в них скрытый интерес, а не холодное равнодушие, даже ощущает исходящее от его тела тепло.

У нее возникло совершенно неуместное желание протянуть руку и, хлопнув его по плечу, как при игре в салки, броситься бежать под укрытие деревьев. Вот только, разумеется, он не станет ее догонять, а лишь озадаченно нахмурится или наморщит свой аристократический нос в ответ на такую нелепую выходку и укоризненно покачает головой. Так обычно отец поступал всякий раз, как Джорджиана совершала неподобающий леди поступок – по мнению мачехи.

Тут Лев зевнул, заставив ее обратить на себя внимание. Она опустила глаза, отгоняя навязчивое желание вернуться в те беззаботные деньки, когда они с Эдмундом были товарищами по играм. На мгновение ей даже показалось, что он посмотрел на нее так, как раньше, когда она была ему небезразлична.

Но болезненная правда заключалась в том, что ему никогда не было до нее дела. Никому никогда не было до нее дела.

Похоже, однако, что ей все же удалось разжечь его любопытство.

Она украдкой бросила на него взгляд из-под полуопущенных ресниц. Он внимательно рассматривал ее, склонив голову набок, как обычно поступал, столкнувшись с некой трудностью. Сердце ее забилось быстрее. Она задумалась, стоит ли подробно объяснить Эдмунду, зачем сделала свое вопиющее предложение.

– Послушай, тебе, конечно, известно, что мой отец умер прошлым летом… – начала она.

Он поморщился.

– Да. Я собирался принести соболезнования, но… Джорджиана качнула головой, прерывая его. С соболезнованиями он сильно припозднился, да и ей невыносимо говорить об этом печальном событии. Плохо уже то, что она стала сплошным разочарованием для грубовато-добродушного человека, которого обожала. Что его последними обращенными к ней словами была настоятельная просьба уподобиться Сьюки, ее сводной сестре.

– Незачем ворошить прошлое, – сказала она, гордая тем, что лишь едва заметная заминка в голосе выдала, как многократно усилило ее горе отсутствие Эдмунда и его молчание. Глупо с ее стороны, учитывая, что они уже несколько лет не разговаривают.

– Дело в том, – продолжила она, – что теперь, когда наш траур закончился, мачеха объявила о своем решении везти нас со Сьюки в Лондон искать мужей.

– И?

Нетерпение, граничащее с раздражением, которое ему удалось вложить в столь короткое слово, ранило Джорджиану куда больнее укола рапирой.

– Я не хочу ехать! Не желаю фланировать перед толпой мужчин, которые будут окидывать меня оценивающими взглядами, точно призовую телку на рынке.

Она болезненно осознавала, что именно скажут о ней все эти лондонские щеголи. Поднимут на смех, без сомнения, и станут воротить от нее нос. Джорджиана не верила, что может настолько понравиться мужчине, чтобы он предложил ей соединить судьбы.

– Не хочу принимать предложение какого-нибудь ужасного мужчины, – продолжила она, – который, скорее всего, будет не в своем уме. Потому что как, кроме умственного помешательства, можно объяснить желание жениться на женщине, отчаянно сопротивляющейся превращению в леди… Вероятно, этот мужлан увезет меня одному богу известно куда.

На Гебридские острова, ни больше ни меньше. Где не с кем будет словом перемолвиться. Потому что там никто не живет, на этих далеких островах. И женщин там тоже нет. Именно по этой причине дикие, заросшие волосами шотландцы и отправляются на поиски невесты в Лондон. Таким и Джорджиана покажется подходящей – поскольку они никогда не знали лучшего.

– Тебе может повстречаться мужчина, который совсем не будет ужасным, – ответил Эдмунд бесцветным тоном, разрушившим ее сокровенные безумные мечтания. – Возможно, ты отыщешь родственную душу.

Джорджиана глубоко вздохнула и мысленно сосчитала до пяти.

– Кем бы он ни был, он увезет меня куда-нибудь… – В отдаленное место, где некому будет порицать его странный выбор. Или населенное людьми настолько странными и дикими, что за своими недостатками не будут замечать ее собственных.

– Есть и другой выход. В таком случае тебе всего-то и нужно сделать, что отклонить все предложения, – снисходительно объявил Эдмунд, – вернуться в Бартлшэм и доживать дни старой девой.

Старой девой! Как ненавистно ей это слово! Девственница звучит куда лучше. Девственница чиста и неиспорченна, в то время как старая дева являет собой… высохшую оболочку, в которой некогда теплилась жизнь.

– Если бы ты провел здесь хоть какое-то время после того, как умер мой отец, не делал бы таких глупых заявлений. Наше поместье унаследовал зануда кузен, он позволил нам прожить дома только один год – до окончания траура. Уехав в Лондон, мы не сможем вернуться. Остается или выйти замуж за незнакомца, или…

О нет. У нее на глаза навернулись слезы, а ведь она дала себе слово, что не будет плакать. Только не перед Эдмундом. Она отвернулась и несколько раз полоснула по камышам кнутиком для верховой езды, чтобы успокоиться. Потом выпрямила спину и снова повернулась к Эдмунду.

– Послушай, я, конечно, не ценный приз на ярмарке невест, – продолжила она голосом, который почти не дрожал, – я не наследница, и титула у меня нет, но я не буду вмешиваться в твою жизнь, как обычно поступают жены. Можешь оставить меня здесь сразу после свадьбы и вернуться в Лондон. Я не стала бы даже отнимать у твоей матери права ведения домашнего хозяйства и не расстраивала бы ее, пытаясь перещеголять на местных праздниках. – Джорджиана при всем желании не смогла бы этого сделать, поскольку просто не знает как. Но и позорить Эдмунда, шатаясь по землям графства, точно сорванец, как поступала в прошлом, она бы тоже не стала, ведь с тех пор набралась ума-разума. – Я буду держаться от всех подальше, клянусь!

Он смотрел на нее, кажется, целую вечность, но она так и не смогла понять, о чем он думает. Должно быть, ни о чем хорошем, поскольку выражение его лица снова сделалось жестким.

– Незачем глядеть на меня своими большими карими глазами, – наконец проговорил он, – как обычно делает Лев, выпрашивая лакомство. Я не смягчусь.

– Верно. Никто не знает этого лучше меня, – с горечью добавила она.

– Что лишь подтверждает твою непригодность на роль моей жены. В Лондон ты со мной не поедешь, тут хозяйство вести не сможешь, оставь я тебя одну. Что же в таком случае ты предлагаешь? Что я буду иметь от этого нелепого брака, который ты хочешь со мной заключить?

3