Лекции об искусстве | Страница 9 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

38. Произведем теперь вместе с Клодом некоторые «идеальные» изменения в этом пейзаже. Во-первых, превратим многочисленный Апеннинские стремнины в четыре сахарные головы. Во-вторых, уничтожим Албанскую гору и вместо нее поместим огромную мусорную кучу. Далее сотрем с лица земли большую часть водопроводов и оставим только одну или две арки с целью уничтожить неприятный вид однообразия, который получается благодаря их бесконечной длине. Вместо пурпурного тумана и заходящего солнца создадим светло-голубое небо с круглыми белыми облаками. Наконец, избавимся от неприятных развалин на переднем плане, посадим здесь несколько красивых деревьев; пошлем за скрипачами, устроим танцы и пикник.

Нетрудно видеть, что такого именно рода улучшение произвел Клод в том материале, который находился в его распоряжении. Откосы города Рима, спускающиеся к пирамиде Кая Цестия, дают разнообразнейшие и красивейшие линии; кроме того, каждая частица его построек представляет богатый материал для созерцания и размышления. Это место было идеализировано Клодом в виде одинаковых круглых башен; они не могут дать никакой идеи, разве только идею о своей непригодности для жилья; они не могут возбудить никакого интереса, разве только трудно разрешимый вопрос, зачем вообще они были построены. Развалины храма не производят впечатления благодаря близости водяной мельницы и необъяснимы благодаря введению римских солдат. Движение мутных струй меланхолического Тибра и Анио производит само по себе впечатление, но это впечатление тотчас же исчезнет, если мы нарушим тишину течения, устроив плотины, если мы украсим их заброшенные воды красивым мостом, поместим на их пустынной поверхности лодки, сети и рыболовов.

Подобные пейзажи, я думаю, могут производить лишь одно действие на человеческое сердце: оно становится черствым и низким; такие пейзажи уничтожают в нем любовь ко всему простому, серьезному и чистому и приучают его к поддельному, к тому, что извращено в своем целом, неправильно и несовершенно в своих деталях. Пока подобные произведения будут выставляться как образцы для подражания, пейзажная живопись будет фабрикацией, ее творения – пустяками, а ее покровители – детьми.

39. Цель предлагаемого труда – показать крайнюю ложность тех фактов и принципов, несовершенство того материала, ошибочность той системы, которые лежат в основании подобных произведений; далее, доказать необходимость и благородное значение серьезного, правильного, любовного изучения природы, такой, как она есть, внушить отвращение ко всем изменениям и поправкам, которые внесли в нее люди. И похвала, которую я воздаю в первой части труда некоторым английским художникам, находит свое оправдание только в этих основаниях. Они, часто правда с недостаточными способностями, с нескладными усилиями, но всегда честно и хорошо воспринимали слово Божие и в облаках, и в листьях, и в волнах, удержали его и смиренно старались передать миру ту чистоту впечатления, которая одна способна сделать искусство орудием добра, а художественные творения предметом благодарности.

40. Необходимо беззаветно любить то, чему учит природа, необходимо безусловно покоряться ее урокам. Но если мне часто придется настаивать на этом положении, то не менее насущная обязанность моя заключается в том, чтобы высказывать осуждение небрежной передаче случайных впечатлений, механическому копированию незначительных предметов, которые так часто можно заметить в нашей новой школе. Легкий и случайный характер их замысла, бесцельное умножение неотделанных произведений, недостаточная определенность и возвышенность цели накладывают пятно на всю систему и поддерживают в критике печальное предубеждение, будто поля и холмы менее пригодны для изучения, чем галереи и частные студии. Не всякая случайная мысль, которая приходит в голову при виде дождя или при свете солнца, не всякий луч палящего солнца, не всякая мечта, которую навеет прохлада молодого леса, должны быть переданы миру в том виде, как они явились: непродуманные, незаконченные и забытые художником тотчас же после того, как он покинул свой мольберт. Только то может считаться картиной, в чем душа, – не сырой материал, а одушевляющее чувство, навеянное многими такими впечатлениями, сконцентрировано и передано с помощью хорошо постигнутых, тщательно выбранных форм. Этот материал следует идеализировать в истинном смысле этого слова; при этом не следует предоставлять беспредельного простора той способности унижать дела Бога, которую человек называет «воображением»; необходимо обнаружить тщательное знакомство с каждой частью, с каждой чертой и функцией предмета. Детали должны быть отделаны до последней линии сообразно с величием и простотой целого; разработаны с тем благородным усердием, которое концентрирует чрезмерное, дает стройность беспорядочной груде. Это усердие не следует тратить на всякий сюжет, который только на вид возбуждает доброе чувство, но лишь на избранные сюжеты, в которых природа дает рукам художника самые чистые источники. Они могут занимать скромное место, но должны быть совершенными в своем роде. Есть совершенство кустарника и хижины, как есть совершенство леса и дворца. Выбрав и передав нам придорожную траву или береговые камешки, великий художник будет ближе к идеалу, чем незначительный талант, загромождающий передний план картины грандиозными колоннами и воздвигающий невозможные горы до небес. Наконец, эти избранные сюжеты не должны служить один повторением другого; каждый должен основываться на новой идее и развивать совершенно особый ход мыслей. Таким образом творения, созданные художником в течение всей его жизни, должны составить как бы целую последовательную серию опытов, восходящих постепенно по лестнице творения от самых скромных видов до самых возвышенных; каждая картина является необходимым звеном в общей цепи, звеном, которое держится на предшествующем и ведет к следующему, a целое в своей привлекательной стройности делает более тесными узы, связующие природу с человеческим сердцем.

41. Отсутствие старания у новых художников должно встретить с моей стороны такое же осуждение, как и ложное направление старых. Ввиду этого моя задача распадается, естественно, на три части. Во-первых, я постараюсь с научной точностью исследовать и привести в систему факты природы, указывая, как в некоторых идеальных своих произведениях старые мастера пренебрегали самыми первыми основами своего искусства. Установив раз и навсегда эти основы, я во второй части своего труда объясню и проанализирую природу двух чувств: прекрасного и возвышенного, исследую особенности каждого рода пейзажа и, насколько сумею, раскрою ту истину, вечную, неизъяснимую и неистощимую, прелестью которой Всевышний отметил все предметы, если только воспринимать их такими, какими Он дает их нам. Наконец, я постараюсь проследить действие всего этого на сердце и ум человека, указать на нравственные функции и цели искусства, определить ту роль, которую оно играет в наших мыслях, то влияние, которое оно оказывает на нашу жизнь, постараюсь навязать художнику ответственность проповедника и привить общественному сознанию то уважение к этому званию, которое ему по справедливости принадлежит.

Несомненно, что первая часть этой задачи, которая в сущности и есть все, что я способен предложить читателю, представляется наименее интересной и наиболее трудной, особенно вследствие того, что ее необходимо выполнить, не ссылаясь на какие бы то ни было принципы красоты или влияния чувства. Она есть сухая, правильная классификация материальных вещей, а не изучение мыслей и страстей. Не обвиняйте меня поэтому в недостатке чувств, которые я умышленно подавил в себе. Рассмотрение высших свойств не должно прерывать работой молотка и эндиометра.

42. Далее я попросил бы не считать мои частые ссылки на мастеров итальянской школы просто традиционной манерой. В дальнейших страницах, я думаю, найдется немало доказательств того, что блеск имени не легко может увлечь меня; ввиду этого беззаветная любовь, которую я питаю к творениям великих представителей исторической и религиозной живописи, искрение и зиждется на хороших основаниях. И действительно каждый защищаемый мною принцип искусства я могу иллюстрировать произведениями людей, которые считаются мастерами из мастеров. И пока мое учение развивает в публике высшее понимание и любовь к творениям Буонарроти, Леонардо, Рафаэля, Тирана и Кальяри, публика может без всякого страха предоставить мне право наносить удары (которые покажутся мне необходимыми для доказательства моих принципов) таким художникам, как Гаспар Пуссен и Вендевельде.

9
Джон Рёскин: Лекции об искусстве 1
К первому изданию 1
Предисловие ко второму изданию 1
Часть I. Общие принципы 10
Отдел I. Природа идей, передаваемых искусством 10
Глава I. Введение 10
§ 1. Мнение публики может служить критерием не раньше, как по истечении большого периода времени 10
§ 2. И потому оно упорно, раз образовалось 10
§ 3. Причины, побудившие автора в отдельных случаях восставать против него 11
§ 4. Но только в тех пунктах, которые можно доказать 11
§ 5. Пристрастие автора к новым творениям извинительно 11
Глава II. Определение величия в искусстве 11
§ 1. Различия между интеллектуальными силами художника и техническими знаниями 11
§ 2. Живопись как таковая есть не что иное, как язык 11
§ 3. «Живописец», термин, соответствующий слову «стихотворец» 12
§ 4. Пример – картинка Ландсира 12
§ 5.Трудность провести точную границу между языком и мыслью 12
§ 6. Различие между декоративным и выразительным языком 12
§ 7. Примеры голландской и ранней итальянской школы 12
§ 8. Но существуют некоторые идеи, принадлежащие самому языку 12
§ 9. Определение 12
Глава III. Идеи силы 13
§ 1. Какие классы идей могут передаваться искусством 13
§ 2. Идеи силы весьма различны по своему достоинству 13
§ 3. Но получаются от всего, что является объектом силы. Значение слова «превосходство» 13
§ 4. Что требуется для того, чтобы отличить превосходство 13
§ 5. Удовольствие, соединенное с преодолением трудностей, законно 13
Глава IV. Идеи подражания 14
§ 1. Неправильное употребление термина «подражание» некоторыми писателями 14
§ 2. Истинное значение этого слова 14
§ 3. Что требуется для чувства подражания 14
§ 4. Удовольствие, получаемое от подражания, принадлежит к числу самых низких, какие только может доставить искусство 14
§ 5. Подражание возможно только по отношению к ничтожным предметам 14
§ 6. Подражание – ничтожное искусство, потому что оно легко 14
§ 7. Повторение 15
Глава V. Идеи правды 15
§ 1. Значение слова «правда» в применении к искусству 15
§ 2. Первое различие между правдой и подражанием 15
§ 4. Третье различие 15
§ 5. Точная верность не представляет необходимости для подражания 15
§ 6. Идеи правды несовместимы с идеями подражания 15
Глава VI. Идеи красоты 16
§ 2. Определение термина «вкус» 16
§ 3. Различие между вкусом и суждением 16
§ 4. В каких пределах красота может быть интеллектуальной 16
§ 5. Высокий ранг и назначение идей красоты 16
§ 6. Значение термина «идеальная красота» 16
Глава VII. Идеи отношения 16
§ 1. Общий смысл термина 16
§ 2. Какие идеи следует понимать под ним 16
§ 3. Высшее благородство этих идей 17
§ 4. Почему нет надобности в более подробном подразделении столь обширного класса 17
Отдел II. Силы 17
Глава I. Общие принципы, относящиеся к идеям сил 17
§ 1. Нет необходимости в детальном изучении идей подражания 17
§ 2. А также в особом изучении идей силы 17
§ 3. Исключение составляет одна особая форма 17
§ 4. Существуют два способа получения идей силы, обыкновенно несовместимые 17
§ 5. Первая причина этой несовместимости 17
§ 6. Вторая причина несовместимости 17
§ 7. Непосредственного впечатления силы не следует искать в несовершенном художественном произведении 17
§ 8. Примеры из произведений современных художников 18
§ 9. Связь между идеями силы и способами выполнения 18
Глава II. Идеи силы в зависимости от выполнения 18
§ 1. Значение термина «выполнение» 18
§ 2. Первое качество выполнения – правдивость 18
§ 3. Второе – простота 18
§ 4. Третье – таинственность 18
§ 5. Четвертое – несоответствие, и пятое – решительность 18
§ 6. Шестое – быстрота 18
§ 7. Странность – незаконный источник удовольствия в выполнении 18
§ 8. Но и законные источники удовольствия часто несовместимы один с другим 19
§ 9. Пристрастие к идеям силы приводит к усвоению низших качеств 19
§ 10. И потому оно гибельно 19
§ 11. Повторение 19
Глава III. Возвышенное 19
§ 1. Возвышенное есть действие, которое производит на ум все, стоящее выше его 19
§ 2. Теория Берка о природе возвышенного неверна и почему 19
§ 3.Возвышенна опасность, но не боязнь ее 19
§ 4. Высшая красота возвышенна 19
§ 5. И вообще, все, что возвышает ум 19
§ 6. Прежнего подразделения моей темы этого достаточно 19
Часть II. Правда 20
Отдел I. Общие приинципы идей правды 20
Глава I. Идеи правды в связи с идеями красоты и отношения 20
§ 1. Две великие цели пейзажной живописи заключаются в воспроизведении фактов и мыслей 20
§ 2. Они ведут к различным системам при выборе материальных сюжетов 20
§ 3. Первый способ выбора может породить однообразие и повторение 20
§ 4. Второй делает необходимым разнообразие 20
§ 5. Тем не менее первый доставляет удовольствие всем 20
6. Второй – только немногим 20
§ 7. Первый необходим для второго 20
§ 8. Особенно важное значение правды 21
§ 9. Холодность или отсутствие красоты не служат признаками права 21
§ 10. Как правду можно считать настоящим критерием искусства 21
Глава II. Невоспитанное чувство не может распознать правды природы 21
§ 1. Общераспространенный среди людей самообман относительно их способностей распознавать правду 21
§ 2. Люди обыкновенно видят немногое из того, что находится перед их глазами 21
§ 3. Но более или менее в соответствии с их природной чуткостью к прекрасному 22
§ 4. В связи с совершенным состоянием их нравственного чувства 22
§ 5. И умственных потребностей 22
§ 6. Как зрение зависит от предварительных знаний 22
§ 7. Затруднение увеличивается благодаря разнообразию истин в природе 22
§ 8. Мы узнаем предметы по самым незначительным признакам их. Ч. 1, от. I, гл. IV 23
Глава III. Сравнительное значение истин. Первое: частные истины важнее общих 23
§ 1. Необходимость определения сравнительной важности истин 23
§ 2. Ложное применение афоризма: «Общие истины важнее частных» 23
§ 4. Общее важно в подлежащем, частное – в сказуемом 23
§ 5. Важность видовых истин не зависит от того, насколько они общи 24
§ 6. Все истины ценны, поскольку они характеризуют что бы то ни было 24
§ 7. Кроме того истины видовые ценны, потому они прекрасны 24
§ 8. Некоторые истины, ценные в отдельности, могут оказаться неуместными в соединении с другими 24
§ 9. Повторение 24
Глава IV. Сравнительное значение истин. Второе: редко встречающиеся истины важнее тех, которые встречаются часто 24
§ 1. Не следует изображать случайного нарушения принципов природы 24
§ 2. Но те случаи, когда эти принципы проявились особым поразительным способом 25
§ 3. Что бывает сравнительно редко 25
§ 4. Всякое повторение достойно порицания 25
§ 5. Обязанность художника та же, что и проведника 25
Глава V. Сравнительное значение истин. Третье: истины цвета наименее важны среди всех истин 25
§ 1. Различие между первостепенными и второстепенными свойствами тел 25
§ 2. Первые вполне характеризуют предмет, вторые не вполне 25
§ 3. Цвет – второстепенное свойство, а потому имеет меньшее значение, чем форма 25
§ 4. Цвет не служит различием между предметами одного вида 25
§ 5. Он в сочетании с другими цветами отличается от себя самого, когда его берут отдельно 26
§ 6. Неизвестно, видят ли два человека один и тот же цвет в предмете 26
§ 7. Форма, рассматриваемая как элемент пейзажа, включает в себе свет и тень 26
§ 8. Важное значение света и тени для выражения характера тел и маловажное значение цветов 26
§ 9. Повторение 26
Глава VI. Повторение 26
§ 1. Важное значение исторических истин 26
§ 2. Форма, выражаемая светом и тенью, занимает первое место среди всех истин. Тон, свет и цвет второстепенное 26
3. Обманчивая светотень – последнее 26
Глава VII. Общее применение предыдущих принципов 27
§ 1. Различие в выборе фактов вытекает из различия целей, именно из того, имеется ли в виду подражание или правда 27
§ 2. Старинные мастера в целом стремятся только к подражанию 27
§ 3. Какие истины передавали они? 27
§ 4. Принципы, принятые современными художниками при выборе фактов 27
§ 5. Обыкновенно чувства Клода, Сальватора и Г. Пуссена при сопоставлении их с вольностью и простором природы 27
§ 6. Неудовлетворительность пейзажа Тициана и Тинторето 28
§ 7. Она обуславливает отсутствие его влияния на последующие школы 28
§ 8. Как судить о ценности второстепенных произведений искусства 28
§ 9. Религиозные пейзажи в Италии. Их удивительное совершенство 29
§ 10. При каких условиях законченность и отсутствие ее бывают законны и при каких ложны 29
§ 11. Насколько ценно открытое небо религиозных школ. Изображение гор у Маскаччио. Пейзаж братьев Беллини и Джорджоне 29
§ 12. Пейзаж Тициана и Тинторето 30
§ 13. Школы: флорентийская, миланская и болонская 30
§ 14. Клод, Сальватор и Пуссен 31