Возвращение в страну Фантазию. Книга вторая | Страница 2 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Я напряг память, пытаясь припомнить пару строчек.

– Ветерок ночной, возьми меня с собой… – всплывало на ум.

– Забыл, – грустно произнесла фея. – Взрослые всегда все забывают. Ну, ничего. Я помогу тебе. Закрой глаза и повторяй вслед за мной.

Я послушно закрыл глаза и стал повторять за феей:

– Ветер-ветерок ночной.

Ты возьми меня с собой.

Унеси меня туда,

Куда не ходят поезда,

Где часов неспешный ход

Не ведет минутам счет,

Где не бывал ни разу я,

Неси в страну Фантазия.

Добравшись до последней строчки, я вдруг остановился.

– Подождите, но я не хочу ни в какую страну Фантазия! – заупрямился я, но фея не обратила никакого внимания на мои слова. Она взмахнула рукой, и перед моими глазами замелькали какие-то разноцветные круги. Я почувствовал, что меня словно подхватил кто-то и поднял в воздух. Еще мгновение и я уже летел над черной бездонной пропастью, не раскрывая глаз и совершенно не боясь сорваться и упасть. Еще мгновение и я снова ощутил под ногами твердую почву. Разноцветные круги исчезли, и я открыл глаза. Вокруг меня были все те же стены с выгоревшими на солнце обоями, старая люстра и не застеленная кровать. Я все еще находился в своей комнате, словно ничего и не произошло. Фея стояла рядом со мной.

– Я же говорил, что такой страны нет, – самодовольно произнес я.

– Ты снова торопишься, – ответила фея. – Подойди к окну.

Я подошел к окну, отодвинул штору и не увидел ничего особенного. За окном по-прежнему было темно. Даже фонарь перед домом погас. Только где-то вдалеке тускло светилась маленькая звездочка. Ее свет становился все ярче, все ближе. Я присмотрелся. Это была не звездочка. Это небольшой фонарь, висевший на носу старинного фрегата. Фрегат медленно и плавно плыл к моему окну. Вот он подплыл совсем близко, и остановился. Я недоуменно посмотрел на фею. Та легонько подталкивала меня к распахнутому окну.

– Страна Фантазии ждет тебя. Вот, возьми, – фея протянула мне маленький хрустальный колокольчик. – На всякий случай. Ты знаешь, как им пользоваться.

– Но я же уже вырос, – попытался воспротивиться я, но фея не слушала меня.

– Смелее! – подбадривала фея.

– Ну, хорошо! – согласился я, взбираясь на подоконник. – Если вы этого так хотите. Но, уверяю вас, я вряд ли чем смогу вам помочь.

– Ты сможешь, – фея легонько толкнула меня, и я вылетел за окно. Еще мгновение и я стоял на борту старинного фрегата.

История вторая. Море Надежд

Не успел я ступить на палубу корабля, как сразу попал в крепкие объятия капитана Блюма.

– А, старый друг! – прогремел он, сжимая меня своей твердой хваткой. – Каким ветром тебя снова занесло к нам?

– Да вот, – я попытался высвободиться из крепких рук капитана. – Фея сказала, что у вас тут что-то случилось.

Едва услышав про фею, капитан поспешил выпустить меня из объятий и сник.

– Случилось, – мрачно произнес он, и, достав из кармана потрепанного камзола трубку, закурил. Сизый дым, выписывая в воздухе странные фигуры, таял в сумрачном свете. Воспользовавшись паузой, я осмотрелся по сторонам. Я ожидал снова увидеть боцмана Спарки и лихую команду фрегата, но вокруг никого не было видно.

– Наверное, они в трюме? – подумал я, но не решился об этом спросить у капитана, который, дымя своей трубкой, задумчиво глядел куда-то вдаль.

Фрегат медленно плыл по воздуху. Я подошел к борту и посмотрел вниз. Там было также темно. Я прислушался, чтобы услышать, как плещется море, но ничего не услышал. Море молчало. Даже ветра не было. Вокруг было тихо, темно и пусто. И только тусклый свет фонаря на корме позволял разглядеть давно забытые очертания корабля. Паруса были спущены, по всей палубе были разбросаны веревки и канаты. Доски кое-где прогнили и провалились. Я нигде и никогда не видел такого запустения, как на этом корабле. Казалось, что он простоял в гавани без ремонта лет двести. Я удивлялся, как, находясь в таком состоянии, фрегат еще умудрялся плавно парить в воздухе и не рассыпаться на мелкие кусочки. Я понимал, что со страной Фантазией произошло что-то серьезное, но не решался заговорить об этом.

Капитан Блюм, выпустив последнее кольцо дыма, выбил трубку о борт и повернулся ко мне.

– Вот такие у нас дела, Мишка, – протянул он, пряча трубку в карман.

Было немного странным, что капитан обращается ко мне столь фамильярно. Я ведь был уже давно не маленьким мальчиком, а взрослым мужчиной. Я хотел сказать об этом капитану, но мой взгляд упал на мои ноги. Ничего необычного я не заметил. Ноги, как ноги. Но мне показалось, что они стали немного короче. Да и я сам ощущал себя меньше ростом. Мачты фрегата устремлялись в небо и терялись где-то в темноте. Чтобы увидеть их макушку, мне приходилось задирать голову. Ступеньки, ведущие на мостик, были слишком высокими, а перила слишком толстыми, так, что я не мог их обхватить их рукой. Я не понимал, что произошло с кораблем. Не мог же он вырасти. Не мог. Значит, это со мной что-то произошло. Но что? Я внимательно оглядел себя с ног до головы и осознал – это не корабль вырос, это я вновь стал маленьким. Маленьким мальчишкой, которого в школе дразнили Сократиком. Который был помешан на чтении научных книг и который совершенно не верил в сказки. Не верил до тех пор, пока не попал в страну Фантазия. И вот я снова здесь. И тот же фрегат несет меня над морем Надежд, тот же капитан Блюм управляет этим кораблем. Все, как и раньше. Но все-таки, что-то изменилось. Капитан был не таким веселым и беззаботным, как прежде. Он постоянно тоскливо смотрел куда-то вдаль, частенько доставая свою трубку и дымя, как паровоз, о чем-то думал. Да и море было не таким, как прежде. Оно было черным и неподвижным, словно скованное льдом. И над этим морем уже давно не всходило солнце.

Подождав, когда капитан выкурит очередную трубку, я отважился обратиться к нему с расспросами.

– Скажите, капитан Блюм, а куда подевались боцман Спарки и вся команды?

– В никуда, – ответил капитан и безрадостно вздохнул. – Когда о ком-то забывают, они отправляются в никуда.

– И их нельзя вернуть обратно?

– Отчего же нельзя? – капитан пожал плечами. – Можно, только это слишком сложно. Нужно позабыть о себе, о своих привычках и привязанностях, нужно полностью отдаться другому человеку. Подарить ему всю свою ласку, свое добро, тепло своего сердца. Ты вот, к примеру, сможешь подарить другому человеку всего себя без остатка?

– Наверное, нет, – задумчиво протянул я.

– Вот видишь, – хмыкнул капитан. – Я же говорил, что это сложно. Никто не хочет помнить и заботиться о тех, до кого им нет никакого дела. Те, кого мы называем друзьями, просто знакомые. Мы обращаемся к ним, когда нам плохо, когда нам нужна помощь, когда нам что-то от них нужно.

– Но ведь это не так! – возразил я.

– Не так? – Блюм криво усмехнулся. – Позволь мне задать тебе один вопрос.

– Задавайте.

– Ты часто звонишь своим друзьям?

– Своим друзьям? – я не знал что ответить. Вопрос капитана поставил меня в тупик. – Честно признаться, не так часто, как хотелось бы. Ведь я работаю, а работа отнимает у меня очень много времени.

– Не на столько, чтобы ты не смог уделить минутку для общения со своими друзьями, – голос капитана прозвучал как упрек.

– Но я не забываю их, – оправдывался я. – Я всегда поздравляю их с праздниками и днем рождения. Я даже звоню им по выходным.

– И после слов «Как живешь», ты не забываешь упомянуть про дела? – съязвил Блюм.

Я не знал, что ответит. Старый капитан был полностью прав.

– Ладно! – Блюм решил прекратить этот разговор. – Не будем больше об этом.

– Не будем, – согласился я.

Мы замолчали. Блюм задумчиво пускал сизые клубы дыма, а я смотрел на темное застывшее море.

– Скажите, капитан, – я решился нарушить молчание. – А что произошло с морем?

– Море Надежд замерзло, – Блюм тяжело вздохнул. – Люди утратили надежды. Они уже не надеются на то, что завтра будет лучше. Они не верят в то, что все обиды и печали когда-нибудь пройдут. Люди стали черствы, жестоки, бездушны. Они замкнулись в себе. Чужие радости и горести их уже не трогают. Вокруг тебя тысячи людей, миллионы, но никому из них нет дела до того, что творится у тебя на душе. Они, конечно, посочувствуют тебе, повздыхают вместе с тобой, поплачут, и тут же забудут о твоих проблемах. Люди разучились мечтать, фантазировать. Мечты, надежды, грезы воспринимаются, как что-то нереальное, неестественное. Вот оттого страна Фантазия и гибнет.

2