Волшебная птица Петутукан. Сказки | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Волшебная птица Петутукан

Сказки

Эдит Несбит

Переводчик Лилит Базян

Иллюстратор Анна Базян

© Эдит Несбит, 2018

© Лилит Базян, перевод, 2018

© Анна Базян, иллюстрации, 2018

ISBN 978-5-4493-9575-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Жизнь Эдит Несбит

Эдит Несбит

Жила-была девочка. Звали ее Эдит Несбит. Жила она давным-давно, в XIX веке, когда комнаты освещали свечами и ездили в экипажах, запряженных лошадьми. Когда девочка родилась, отец и мать, конечно же, созвали множество фей на крестины дочери, чтобы их добрые предсказания принесли ей счастье. Одна фея сказал, что она будет очень красивой, другая добавила, что еще и умной, но тут, откуда ни возьмись, появилась коварная Малевола – вечно обиженная и сердитая фея, которую почему-то всегда забывали пригласить на крестины.

– Ой-ой-ой, – заволновалась мама, – позвольте налить вам вкусного вина и предложить угощения.

Но Малевола была непреклонна, она, во что бы то ни стало, хотела произнести пожелание.

– Девочка будет писательницей, – сказала она с трагическим выражением и исчезла.

Никто не понял, что хотела сказать этим злая фея, и поэтому ее реплику оставили без внимания. Однако, несчастье все же случилось в доме малышки. Умер отец Эдит, когда девочке было не больше шести лет. Безутешная мама вместе с шестью детьми (ведь их всего было шестеро и Эдит – самая младшая) пустилась в дальние странствия. Франция, Англия, Испания, школы-интернаты, чужие дома. Позже Эдит напишет в своих воспоминаниях:

«Помню в детстве я часто и страстно молилась, о том, чтобы никогда не забыть, даже когда стану взрослой, того, что чувствую и думаю и переживаю сейчас, о том, как страдаю».

Что ж, несмотря на все невзгоды, юная принцесса выросла весьма очаровательной. Предсказания добрых фей сбылись: она была красива и умна, а про странное пророчество Малеволы не вспоминала вовсе. Ей было девятнадцать, самое время для появления прекрасного принца. И он не заставил себя ждать.

Его звали Хьюберт Бланд, и он был начинающим писателем с оригинальными политическими взглядами. Вместе они создали не только семью (весьма необычную, но об этом позже), но и Фабианское общество, в честь которого назвали одного из своих сыновей. В него входили, в основном, социалисты, к нему же в августе 1884 года примкнул сам Джордж Бернард Шоу. Вот что Эдит написала о нем и об обществе:

«Фабианское общество становится все больше, в него теперь входит много приятных людей. Например, мистер Стэплтон – очень приятный джентльмен и Джордж Бернард Шоу – самый необычный из всех. Д.Б.Ш. блещет суховатым ирландским юмором, перед которым просто невозможно устоять. Он – умный писатель и оратор, и, вдобавок, фантастический льстец… У него белое лицо, рыжеватые гладкие волосы и противная всклокоченная бородка. И все же, это один из самых обаятельных мужчин, из тех, что мне довелось встретить».

Знаменитый писатель и драматург так же находил даму весьма интересной. Он встречался с ней в кафе два-три раза в неделю. Однако, в мае 1887 года Шоу записал в своем дневнике:

«Она ушла после довольно неприятной сцены, когда я сказал, что наши частые встречи могут скомпрометировать ее».

Но разве так ведут себя благовоспитанные принцессы? В чем же дело? А как же принц?

Принц? Ах! Принц оказался с изъяном. Может быть Малевола побывала и на его крестинах и заколдовала его, лишив способности хранить верность. Да, принц не был верен Эдит. Элис Хоатсон, секретарь Фабианского общества и подруга нашей принцессы, родила от него двоих детей: Розамунду и Джона. И обоих Эдит записала на себя и позволила Элис остаться в доме. Может быть, она сама была феей, и никакие проклятья Малеволы не могли сломить ее доброты?

Своих детей с Хьюбертом у них было трое, плюс еще двое, получается пятеро. Наверное, именно поэтому в самых знаменитых ее книжках фигурирует именно пятеро детей: «Пятеро детей и Оно» (1902), «Феникс и ковер» (1904) и «История Амулета» (1906). Да, да, принцесса уже давно стала писательницей, и именно она кормила все семейство. Она написала множество детских приключенческих романов, необычных сказок, не пренебрегала и произведениями для взрослых. Пожелание Малеволы оказалось не проклятьем, а спасительным даром. Необыкновенная фантазия Эдит Несбит превратила все ее книги в веселое, немного абсурдное, приключение. И главная мечта английской писательницы всегда сбывается в них. Папа возвращается домой. Похищенный злыми разбойниками, да хоть самой смертью, летчик-истребитель или обычный учитель, он всегда возвращается. То, что не сбылось в скучной жизни, случается в сказке.

На закате дней нашей принцессе удалось пережить взаимную любовь. Через два года после смерти первого мужа, она встретила Томаса Терри Такера, морского инженера, ничего не понимавшего в книгах, но сумевшего окружить Эдит той заботой, которой ей так недоставало. «Как будто кто-то пришел и накинул мне на плечи меховое пальто», – сказала она сестре.

И жили они долго и счастливо!

Лилит Базян

Волшебная птица Петутукан

У Матильды горели уши. Они были очень красными. Такими же красными были ее щеки и руки, а все потому, что Придмор мыла ее изо всех сил. Нет, не купала, что обычно бывает приятно и не больно, а «терла мочалкой дочиста», так что бедная девочка пожалела, что не родилась маленькой дикаркой. Как заманчива жизнь дикарей! Они ни о чем не заботятся, бегают голышом весь день на солнце и заходят в воду только, когда им становится слишком жарко. Матильда была бы не прочь родится в каком-нибудь дикарском племени, а не в Брикстоне, районе Лондона.

– А вот дикари, – сказала она, – не моют тщательно уши и не носят новые платья, которые колются изнутри: в рукавах и вокруг шеи. Так ведь, Придмор?

Но Придмор ответила только:

– Какая чушь!

А потом добавила:

– Не вертись так, дитя, ради всего святого!

Придмор была няней Матильды. Матильда считала ее очень скучной. Девочка была права. Маленькие дикари не носят неудобных платьев. Их никогда не трут мочалкой, не чешут гребнем, не натягивают на них перчатки и сапоги, не напяливают на голову шляпу и не засовывают в омнибус, который идет до Стретема, и все ради того, чтобы навестить двоюродную тетушку Уиллоуби. Мама договорилась о визите, и вот Придмор наряжала ее теперь, как куклу. Матильда знала, что сопротивляться бесполезно и даже не пыталась противостоять грядущему. Однако, у судьбы были насчет девочки другие планы. Судьбу не проведешь!

Когда последняя пуговица на сапогах, наконец, застегнулась (крючок для пуговиц частенько капризничал, особенно, когда надо было одеться побыстрей, но сегодня немного вредничала нога самой Матильды) несчастного ребенка повели вниз и усадили в прихожей ждать пока Придмор облачится во все свои наряды.

– Управлюсь за минуту, – сказала няня, но Матильда не питала иллюзий на этот счет. Она уселась ждать и печально болтала ногами на стуле.

Матильда уже как-то ездила к двоюродной тетушке Уиллоуби и прекрасно знала, что ее ждет. Тетушка спросит ее об учебе, какие отметки она получала в последнее время, и как себя вела. Странно почему взрослые не чувствуют насколько неуместны подобные вопросы. Ты, например, могла бы ответить:

– Все хорошо, тетушка, я лучшая в классе. А теперь, давайте поговорим о вас. Тетя, дорогая, сколько у вас сейчас денег? Вы снова устроили выволочку слугам или постарались быть терпеливой, как и подобает приличной воспитанной тетушке?

Попробуй поговорить так с тетей, когда она в следующий раз начнет задавать вопросы, а потом расскажи мне, что она ответила.

Матильда прекрасно знала, какими будут вопросы тети Уиллоуби, и еще она знала, что после того, как ответит на них, тетушка даст ей крошечное печенье, а после велит пойти с Придмор и вымыть еще раз хорошенько руки и лицо.

Потом ее отправят гулять в сад, где можно ходить только по песчаным дорожкам, и где на клумбах растут герань, кальцеолярии и лобелии, которые нельзя рвать. На обед подадут рубленую телятину с треугольными гренками по краям тарелки. И бесконечный день ей придется коротать за чтением «Субботнего вечера гончара», толстенной книги, напечатанной противным мелким шрифтом и полной историй о детях слишком хороших для этого мира и потому покинувших его.

1