Надвинувшаяся тьма | Страница 18 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Потом к Шрайку пришел мастер-механик городка и сказал:

– Сталкер, убей для меня одного человека. Шейх, который правит нашим городом, стар и жирен. Он слишком много забирает себе добычи. Убей его – и будешь жить со всеми удобствами на верхнем ярусе, я тебе обеспечу лучшую еду и пуховую постель для твоей… э-э…

Он все еще искал подходящее слово, чтобы обозначить Эстер, когда Шрайк проговорил:

– Я НЕ БУДУ УБИВАТЬ.

– Но ты же Сталкер! Что тебе и делать, как не убивать?

– Я НЕ МОГУ. У МЕНЯ… ПОВРЕЖДЕН МОЗГ.

Мастер-механик нахмурился и подумал, не выбросить ли бесполезного Сталкера за борт, но не смог представить, как это осуществить.

Он покачал головой и собрался уже уйти, но тут женщина со шрамом сказала негромко:

– Я убью его для вас.

– Вы?

– Я – Эстер Шоу. Моим отцом был Таддеус Валентайн, знаменитый убийца и секретный агент. Хотите, чтобы ваш шейх умер? Дайте мне оружие и скажите, где он.

– Вы же всего-навсего женщина! – возразил мастер-механик.

Тогда Эстер Шоу нашла где-то вилы и ломик и поднялась по множеству лестниц на верхний ярус Эль-Хоула. Пинком распахнула дверь дома, где жил шейх. Она убила шейха. Убила его охрану. Убила его собак. Она прошла по наполненным ароматическим дымом комнатам, как чума, не оставляя позади ничего живого. Она была больше похожа на Сталкера, чем ее Сталкер, – он только наблюдал, дожидаясь ее.

На полученные от мастера-механика деньги она купила пескоход и несколько ружей. Они со Сталкером ушли из Эль-Хоула навсегда, к большому облегчению горожан. С тех пор Эстер стала очередной легендой пустыни: охотница за головами и ее спутник, Сталкер, не желающий убивать. Даже Тео Нгони слышал сильно искаженный вариант этой истории, трудясь в машинном отделении Катлерс-Галпа, но рассказчик то и дело сбивался на аравийский, Сталкера называл джинном, а Эстер Шоу – Черным Ангелом. Поэтому Тео страшно удивился, когда, случайно посмотрев вверх, увидел, как эти двое шагают по мостику у него над головой.

Он не сразу и сообразил, где видел их раньше. Казалось, Облако-9 случилось давным-давно. Даже крушение «Нзиму» словно бы произошло в далеком прошлом. Тео смутно помнил, как вытащил через пролом леди Нагу из полыхающей каюты и как они цеплялись за фермы стабилизатора все время, пока горящий дирижабль медленно падал, но все это как будто случилось с кем-то другим, не с Тео, или будто он прочел об этом в книге.

С тех пор он вкалывал по восемнадцать часов подряд, его били, стегали кнутом, почти не давали воды, а еды – еще меньше. Ему мерещились кошмары, даже когда он не спал, и в первый миг он подумал – ему снится, что мама Рен идет вверху по мостику в лучах ослепительного солнца. Он помотал головой, стер пот, заливающий глаза, а она по-прежнему была там, и рядом с ней – кошмарный Сталкер.

– Миссис Нэтсуорти! – заорал Тео.

Он выпустил рукоятки тачки с углем, и тут же на него накинулись Бабулины надсмотрщики с дубинками. Тео рухнул на палубу под градом ударов. Но мама Рен услышала, точно. Она повернула к нему свое жуткое лицо, и, падая, он встретился с ней взглядом.

– ОТОЙДИТЕ ОТ НЕГО, – проскрежетал голос Сталкера, громче рокота городских моторов и такой же нечеловеческий.

Надсмотрщики попятились. В машинном отделении стало очень тихо. Тео слышал частое дыхание своих надзирателей. Он попробовал встать, но от слабости упал на колени на горячую, шершавую от песка палубу.

– Миссис Нэтсуорти, – повторил Тео, глядя в глаза женщине на мостике.

Он не думал, что она ему в самом деле поможет, и понимал, что, как только она отвернется, надсмотрщики забьют его до смерти. Просто пусть она знает, что он здесь. Может быть, когда-нибудь она расскажет Рен, что с ним сталось.

Он сказал:

– Мы с вами встречались. Помните? На Облаке-девять.

– Я ТЕБЯ ЗНАЮ, – проговорил Сталкер Шрайк.

– А я – нет, – сказала Эстер Шоу.

Она растерялась, неожиданно услышав свое прежнее имя. Мальчишка внизу был тощий и черный, словно пучок обгорелых палочек. Зубы у него были оскалены – вероятно, он пытался изобразить улыбку, – а по лицу стекала кровь от удара дубинкой.

– Кто это? – спросила Эстер у Шрайка.

– ОДНАЖДЫРОЖДЕННЫЙ ПО ИМЕНИ ТЕО. ОН БЫЛ С ТВОЕЙ ДОЧЕРЬЮ НА ОБЛАКЕ-ДЕВЯТЬ.

– Да?

Эстер смутно вспомнила, что во время их последней встречи Рен тащила за собой какого-то мальчишку. Возможно, их даже познакомили. Эстер было неприятно, что он ее окликнул. Она старалась забыть прошлое. В Катлерс-Галп она всего лишь заглянула за пресной водой и другими припасами. Она не хотела ни во что ввязываться.

Но когда она отвернулась, чтобы идти дальше, Шрайк схватил ее за руку:

– НЕЛЬЗЯ ОСТАВЛЯТЬ ЕГО ЗДЕСЬ.

– Почему это?

– ОН УМРЕТ.

– Все умирают, – сказала Эстер.

– НЕЛЬЗЯ ОСТАВЛЯТЬ ЕГО ЗДЕСЬ.

– Иди к черту, Шрайк! Что эта ведьма из Зеленой Грозы с тобой сделала? Совсем размяк!

– НЕЛЬЗЯ ОСТАВЛЯТЬ ЕГО ЗДЕСЬ.

– С собой вы его не заберете! – раздался новый голос из машинного отделения.

Даз Башли, старшина кочегаров, выглянул из своего логова в темном углу – посмотреть, из-за чего шум. Сталкеров Даз не боялся – он был любимым внуком Бабули Башли, и на его толстой шее болталось с десяток амулетов, которые она ему надавала для защиты от пуль и от дурного глаза. У него была одна забота – следить, чтобы городские моторы работали исправно. Он схватил Тео за железный рабский ошейник и поволок к позабытой тачке.

– Он наш! Мы его нашли, все по-честному. Выковыряли его из разбитого моховицкого дирижабля. Бабуля говорит, мы можем все, что захотим, с ним сде…

Одним плавным движением Эстер сорвала с плеча ружье, сняла с предохранителя и выстрелила, убив Даза наповал.

Он шмякнулся на палубу, звеня амулетами. Остальных надзирателей Эстер перестреляла так быстро, что выстрелы и их эхо слились в одну барабанную дробь. Сбежав по лесенке, Эстер протянула руку Тео, но он так трясся, что не мог встать. Сталкеру пришлось нести его на руках, как ребенка. Эстер шла за ними, держа ружье наготове. В наступившей после выстрелов тишине слышно было только шарканье и тихое бормотание, когда встречные отодвигались с дороги.

Они подбежали к пескоходу. Шрайк, выдвинув когти-лезвия, оборвал причальные канаты, а Эстер почему-то вспомнила Стейнс – как они с Томом удирали от работорговцев и Анна Фанг их спасла.

Эстер сделала предупредительный выстрел в сторону гаражных дверей и забралась на палубу пескохода, мысленно ругая себя за сентиментальные настроения. Здесь не Стейнс, и Тео – не Том, и вообще – нечего об этом думать.

Напстер Варли, готовя дирижабль к полету, услышал крики и выстрелы и тихонько выругался. Он надеялся, что ему не помешают как можно скорее отчалить. Несколько минут назад Бабулины ребятки забросили ему в трюм леди Нагу. Напстера била дрожь от мыслей о том, какую цену можно будет за нее запросить на передовой. Если слишком долго копаться, Бабуля, того и гляди, еще передумает. Поэтому Напстер не побежал смотреть, как пескоход рванул через пустыню, а велел жене положить пока ребенка и запускать двигатели и подбил ей глаз за то, что недостаточно шустро побежала исполнять приказание.

– Шевелись, кобыла ленивая! – орал он, заглушая вопли младенца. – Пусть эти пескоструйщики сами разбираются со своими дрязгами, а нам надо дело делать!

Глава 11

Вольф Кобольд

Том сомневался, принимать или нет приглашение Вольфа Кобольда; его с детства воспитывали в том духе, что нужно знать свое место, и он точно знал, что это место – не на Оберранге, высившемся над Мурнау, словно затейливая корона. Рен потратила несколько часов на уговоры.

– Ну тебе правда нужно поговорить с этим Вольфом! – убеждала она. – Он так заинтересовался, когда ты рассказывал о Клитии Поттс! Наверняка он что-то знает.

Том покачал головой:

– Да я и сам себе не очень-то верю. Просто мысль мелькнула, а доказательств нет. Пеннироял не поверил, а он – человек, который утверждает, что мусорные свалки Древних на самом деле служили для проведения ритуалов и будто бы у Древних имелись машины под названием «ай-яй-поды», которые могли записать тысячи песен на крохотных граммофонных пластинках. Если уж он считает, что моя теория о Лондоне маловероятна, то, наверное, это и правда одни только праздные выдумки.

Тогда Рен попробовала зайти с другой стороны:

18