Любовь со второго взгляда | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Люси Эллис

Любовь со второго взгляда

Redemption of a Ruthless Billionaire

© 2018 by Lucy Ellis

«Любовь со второго взгляда»

© «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

Глава 1

– Я нашел тебе девушку, – вместо приветствия радостно сообщил Нику Воронову по телефону дед. – Она местная, так что придется тебе с ней познакомиться.

Ник почувствовал укол совести. Когда десять лет назад он основал свою компанию, он не собирался работать семь дней в неделю по двенадцать часов в сутки. Но пришлось. На его плечах держалось все, кроме того, надо было заботиться о дедушке, и совмещать это было ох как непросто.

Подходя к комплексу зданий компании «Воронкор», Ник опустил голову, пряча лицо от порыва ветра. Здесь, на сибирской земле, они занимались разведкой месторождений и добычей кимберлитов. Работы велись круглый год, и сейчас, в январе, кругом было белым-бело, лишь местами чернели участки, где велись раскопки.

Наконец ветер стих, и Ник смог взглянуть на что хотел. Три года упорного труда ушло, чтобы сделать эту часть заповедника собственностью «Воронкора».

– Неужели, дед?

– Ее зовут Сибилла. Она прекрасно готовит, убирает и умеет ладить с детьми.

Да уж, бесспорно, великолепные качества – в понимании мужчины, которому стукнуло семьдесят девять.

Ник хотел было напомнить деду, что у него есть повар и прислуга, а детей нет. Но лишь вздохнул и тактично промолчал. С тех пор как дедушка и Ник потеряли обожаемую жену и бабушку, дед стал активно интересоваться личной жизнью внука.

– Когда и если я встречу женщину, которая мне подходит, ты узнаешь об этом первым, деда.

– Я видел тебя в Интернете с той моделькой, – проворчал дед.

В Интернете? Во время их прошлой беседы старик использовал планшет, который Ник ему подарил, в качестве чайного подноса. Однако о ком толковал дед, понятно.

Партнерская компания «Воронкора» приобрела ритейловую корпорацию, и в результате Ник стал владельцем нескольких люксовых брендов. В их числе был испанский дом моды модели и актрисы Марлы Мендес. Эта леди буквально преследовала Ника по всему миру, убеждая, чтобы он инвестировал ее проект – линию женского нижнего белья. Тема абсолютно не его, но причины вложиться в это дело нашлись. Они несколько раз встречались с мисс Мендес, и, конечно, таблоиды не преминули опубликовать их совместные фото с предположениями об их личных взаимоотношениях. Разумеется, у Ника не было причин рассказывать о Марле дедушке.

– Эта женщина не для тебя, Николка. Она с детишками точно управляться не умеет.

И снова Ник воздержался от того, чтобы напомнить деду, что детей у него нет.

– Сибилла прекрасно ладит с детьми, – напомнил дед.

Кто бы сомневался.

– Думаю, тебе стоит посмотреть, как она работает. Ты будешь впечатлен, мой мальчик.

Ник ничего на это не ответил. Войдя в офис, попросил одного из сотрудников принести кофе.

– Николка, ты меня слышишь?

– Да, деда. Как ты с ней познакомился?

Стягивая перчатки, Ник быстро взглянул на экран ноутбука, который молча открыл перед ним другой сотрудник, куда была выведена вся запрошенная им ранее информация.

– Она снимает жилье в деревне. Платит за аренду тебе, между прочим.

Ник купил особняк Эдбери-Холл год назад. В первый раз прилетел сюда на вертолете и увидел лишь несколько крыш домов в море леса. Внимание его тогда привлекла церковь Елизаветинской эпохи, окруженная множеством хозяйственных построек.

Его адвокат быстро уладил все дела. Это было хорошее вложение. Здесь он поселил деда, после того как тот прошел медицинское обследование в Великобритании. Его донимал диабет. Теперь Ник не особенно интересовался делами деревни и арендаторами, этим занимался его личный помощник.

– С какой стати ты общаешься с арендаторами, деда? Тебе не стоит напрягаться.

– Сибилла приходит ко мне, чтобы составить компанию, и еще помогает мне по мелочам.

– У тебя же есть прислуга.

– А мне нравится Сибилла. Она очень умная.

– Звучит великолепно, – как можно мягче прокомментировал Ник, подумав, что надо расспросить домашнюю обслугу об этой Сибилле. Еще не хватало, чтобы его дедушку – добрейшего человека – использовала какая-то аферистка.

– Раз в месяц к нам приезжает целый автобус детей, человек по тридцать, и Сибилла при этом не теряет присутствия духа.

Как здорово. Присутствие духа ему бы сейчас тоже не помешало.

– Стоп, деда. Какие автобусы? Какие дети? Куда приезжают?

– Посмотреть дом.

– Но зачем?

– Фонд культурного наследия проводит экскурсии, – радостно пояснил дед.

Фонд культурного наследия. Ну конечно. Местная инициативная группа по сохранению исторических зданий держала Эдбери-Холл открытым для посетителей с семидесятых годов двадцатого века. И когда год назад он купил это место, всю коммерческую деятельность здесь им пришлось свернуть. Тогда они даже пикет организовали в знак протеста. Пришлось ему полицию вызывать.

– Мы так не договаривались, деда.

– Да, но я передумал. К тому же окончательного решения мы не приняли.

– Нет, мы обо всем договорились, когда ты переехал сюда. И мы решили, что всеми делами буду заниматься я.

– А теперь и Сибилла, – с явным удовольствием добавил дед.

Сибилла.

Что ж, его бизнес разрастался и требовал все больше его внимания. Потому Ник слишком долго игнорировал дела, связанные с приобретением земли. Но теперь настало время заняться этими проблемами.

– И чем же занимается в этом фонде Сибилла, когда свободна от готовки, уборки и возни с детьми? – мрачно поинтересовался Ник.

Дед расхохотался и подмигнул:

– Управляет им.

Глава 2

Президент местного отделения Фонда наследия встала, сняла очки и объявила сотрудникам, что утром в лондонский офис поступил юридический документ, который приостанавливал любую деятельность фонда в Эдбери-Холл.

– Значит, мы не сможем использовать пустующую сторожку для приема гостей центра? – поинтересовалась миссис Мерривезер. – А ведь Сибилла сказала, что сможем.

Дюжина седовласых голов повернулась в сторону Сибиллы, которая даже слегка съежилась на своем стуле, потому что в прошлом месяце она действительна бравировала неким письмом, утверждавшим, что право такое у них есть.

Но бежать от ответственности было не в ее стиле.

– Я не могу понять, как такое произошло, – несколько смущенно ответила она, чувствуя себя ужасно виноватой. – Но я во всем разберусь и все улажу. Обещаю.

Сидевший возле нее мистер Уильямс ободряюще похлопал ее по руке.

– Мы не сомневаемся в тебе, Сибилла. Ты нас никогда не подводила.

По комнате прошел гул одобрения, и Сибилла почувствовала себя еще хуже. Она собрала свои записи и, как обычно, раньше всех покинула собрание.

В последний год ей пришлось здорово потрудиться над тем, чтобы Эдбери-Холл стал нормальным жилищем для его нового владельца мистера Воронова и в то же время не перестал приносить доход деревне. Хотя, по ее мнению, в этом доме вполне можно было бы снимать фильмы ужасов, он привлекал немало туристов и позволял получать прибыль местным магазинчикам.

Так что если закрыть Холл для посетителей, плохо будет всем и каждому. А ответственность за это ляжет на нее.

Вытирая ноги о коврик в прихожей своего дома, она выудила телефон из кармана джинсов и позвонила невестке.

Мег жила в Оксфорде в крошечном, на две квартирки, доме, расположенном у оживленной автомобильной трассы. Она преподавала рисование бесталанным людям и вечерами исполняла танец живота в египетском ресторанчике. В общем, порхала, как мотылек. Возможно, Сибиллу вполне устроило бы нечто подобное, если бы ее жизнь не потекла совершенно по иному руслу. Мег она считала лучшей подругой.

– Эти письма. Я должна была знать, – простонала она, вкратце рассказав о собрании. – Теперь никто уже не пишет писем.

– Никто, кроме без году восьмидесятилетнего старикана, который скучает в большом пустом доме и старается заполнить его людьми, – резюмировала Мег.

Сибилла вздохнула. Каждый раз, когда речь заходила о Холле, мистер Воронов давал ей один ответ: «Просто напишите об этом моему внуку. Уверен, проблем не будет».

Как бы не так. И все потому, что нельзя быть такой стеснительной тупицей – ей надо было просто позвонить ему по телефону. А она – уже в который раз – позволила своей природной застенчивости взять над собой верх, и теперь ее ждут большие неприятности.

1