Звёздный час Донована | Страница 3 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Все это интересно, но позвольте задать вам вопрос: какое отношение это может иметь ко мне?

– Вы не считаете, что этому делу должен быть положен конец?

– Ясно, должен, – ответил я. – Вот возьмите и кончайте.

– У меня нет для этого ни денег, ни людей, – сухо заметил Макларен. – Я считаю вас человеком с больной совестью, мистер Донован. Поскольку вы ведете расточительный образ жизни и обязаны этим не самому себе, а вашему батюшке, то у вас возникло чувство вины, от которого вы пытаетесь избавиться тем, что бросаетесь в самые разные авантюры в пользу страдающего человечества.

– Боюсь, что не смогу до конца разделить вашу уверенность в этом, – вежливо сказал я.

– Организация Фишера принесла и будет приносить боль и страдания многим людям, если не положить ей конец.

– Многие люди и без того страдают, – вставил я. – Такова жизнь.

Он небрежно кивнул.

– Могу я дать вам совет, мистер Донован? Держитесь сегодня подальше от Вестминстерского аббатства.

– Почему?

– Потому что там в течение дня будет взорвана бомба. Разумеется, обвинят в этом ирландцев, так как поручители хотят свалить вину на них. И поскольку в Северной Ирландии сейчас имеется огромное количество группировок, я бы даже не знал, на какую лучше свалить. Возможно, что поручитель является просто богатым фанатиком.

– Почему же вы не предотвратите это преступление? – спросил я. Идите и заявите в полицию.

– Это ничего не даст, – возразил он. – Предположим, что полиция вышлет туда усиленный наряд. В этом случае террористы просто изменят место и взорвут бомбу не там, где планировали первоначально, а, скажем, в Национальной галерее. Ведь место действия террористам неважно, им важно совершить акт. Нет, единственная возможность покончить с террористическими актами – это ликвидировать организацию Фишера, и в первую очередь – его самого.

– Вы неплохо информированы о намерениях Фишера, – сказал я.

– Только в данном случае.

– Интересно, в какой мере вы заинтересованы сами в этом деле? – открыто спросил я.

– Да, здесь замешаны мои личные интересы. – Его пальцы побарабанили по крышке стола. – Я хочу вернуть себе жену, пока еще не поздно.

– Жену?

– Да, Джулию. Необыкновенно прекрасную и обладающую всеми добродетелями. Фишер увез ее три месяца назад. Он утверждает, что она ушла с ним по доброй воле, но я ему не верю. Моя жена и я – мы любим друг друга.

– Вы сказали – пока еще не поздно. Как это понимать?

– Фишер быстро пресыщается женщинами. Насколько я знаю, рекордный срок был полгода. И у него очень простой способ избавляться от них. Когда женщина ему надоедает, он спускает ее вниз по иерархической лестнице организации, то есть, кому она понравится, тот и берет ее себе, и так далее. А когда она докатывается до последней ступеньки этой лестницы, ее убивают.

– И что, по-вашему, я должен сделать с Фишером?

– Убить его, – спокойно ответил он. – Бешеную собаку не вылечить, гладя ее по голове. Это самый верный путь самому заразиться бешенством. Вы должны его убить и уничтожить его организацию. Когда голова иерархии слетает с плеч, то разрушается и сама организация.

– А где я могу вообще ее найти?

– Она базируется в Калифорнии, – ответил Макларен. – У Фишера свой дом неподалеку от маленького городка под названием Хиллсайд. Кроме того, ему там принадлежит фабрика, изготавливающая какие-то электронные безделушки, где занята большая часть рабочих этого района. В Соединенных Штатах Фишер считается добропорядочным гражданином, который исправно платит налоги, и он тщательно следит за тем, чтобы его организация не действовала в собственной стране.

– Вы хорошо информированы не только о действиях Фишера, но и о нем самом, – заметил я.

– Не удивительно. – Он едва заметно улыбнулся. – Ведь я работал на него и порвал с ним только три месяца назад, когда он увел мою жену. Возможно, он и до сих пор считает, что я работаю на него. Официально я сейчас путешествую по Европе, чтобы получить заказы для его организации. Мне хочется вернуть себе жену, мистер Донован, а это можно сделать только тогда, когда он будет мертв.

– А страдающее человечество можно послать к черту, – сказал я.

– Я привык размышлять практически.

Голос его прозвучал спокойно.

– Вы помешанный идеалист, мистер Донован. Поэтому я к вам и обратился.

– А чья была идея похитить меня?

– Моя, – сознался он. – Если бы этим людям повезло, то они прокатили бы вас один квартал, а потом отпустили. Я ждал в своей машине. Если бы вы вышли под конвоем, я тут же бы уехал. Человек, который так просто дает себя пленить, бессилен против Фишера. Я был доволен, когда убедился в обратном, и поэтому пришел сюда, мистер Донован, чтобы переговорить с вами.

– А что мне делать с этими тремя гангстерами? – спросил я.

– Что хотите. – Он равнодушно пожал плечами. – Они меня не интересуют. И пусть довольствуются задатком, который я дал за совершение этого дела.

– А что вы, собственно, слышали обо мне?

– Несколько дней назад в Париже я беседовал с Бочбром. Он упомянул ваше имя и рассказал, что в его организации имелось слабое место, – а этого нельзя допускать при нелегальной торговле оружием, – и вы блестяще справились с этим делом. Он очень хорошо отзывался о вас, мистер Донован. Самое интересное, что он рассказал мне о вас, это то, что вы любитель, а не профессионал. Очень одаренный любитель, и причины, по которым вы беретесь за то или иное дело, абсолютно непонятны. Такой человек, как Бочбр, ценит и понимает только одно – деньги, которые у него лежат в швейцарском банке и увеличиваются изо дня в день.

Я взглянул на коренастого бармена и кивнул. Тот наклонился и вытащил из-под стойки двуствольное ружье. Я, конечно, знал, что оно не заряжено, но когда на тебя направлены сразу оба ствола, тут и самый храбрый человек может струсить. Макларен производил впечатление мужественного человека, но его мужество тоже имело границы.

– Ваш бумажник, пожалуйста, – вежливо приказал я Макларену.

– Такой реакции я от вас не ожидал, мистер Донован, – сказал он глухо.

– Возможно, потому, то вы считаете меня шутником-идеалистом. Но кто вам сказал, что я – джентльмен?

Он вытащил бумажник и нерешительно протянул мне. Его содержимое было не так уж интересно: около двухсот фунтов наличными, пачечка кредитных карточек и международные водительские права. Во всяком случае, я хоть выяснил, что имя у него подлинное – Арчибальд Макларен. Я сунул все обратно в бумажник и вернул его хозяину.

– Я рад, что вас зовут действительно Макларен, а не Чарли Шварц, – сказал я. – Да это имя и не подходило бы вам.

– Благодарю.

– Относительно Фишера стоит подумать. Но тогда, если я приду к заключению, что дело стоит свет, мне понадобится от вас дополнительная информация, и довольно подробная. Где вас можно будет найти?

– Сколько времени вам понадобится, чтобы принять решение?

– Приблизительно двадцать четыре часа, – ответил я.

– Бульшую часть этого времени я буду на ногах, – сказал он. – Может быть, вы разрешите мне позвонить вам завтра вечером?

– Хорошо.

Макларен хотел подняться, но я покачал головой. Он снова опустился на стул и вопросительно посмотрел на меня.

– Что еще?

– Мне нужно отлучиться, подождите меня, – сказал я, – это ненадолго.

– А для чего?

– Я всегда считал, что сюрпризы доставляют удовольствие. Не беспокойтесь, Арчи, ничего страшного.

Я оставил гостя под опекой бармена, ружье которого все еще было направлено в его грудь. Поднявшись наверх в апартаменты, я вспомнил, что надо предупредить Хикса, что это я, а не кто-то другой, и предварительно постучал в дверь.

Три гангстера сидели на кушетке и, судя по их виду, чувствовали себя прескверно. Главарь сидел в середине и тихо скулил.

– Банда грязных шалопаев! – презрительно прошипел Хикс. – Я удивляюсь, как это мамаши отпускают их гулять одних. – Он показал на главаря. – Вот этот сначала не хотел говорить.

– Каким же образом вы вызвали его на откровенность?

– Я испробовал пистолетом прочность его коленной чашечки.

Хикс благочестиво ухмыльнулся.

– Готов биться об заклад, что боль при этом бывает адская, почти такая же, как у женщин при родах.

– Видимо, он сказал вам, что их сюда прислал Макларен? – спросил я невинным тоном.

3