Рейтинг любви | Страница 7 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Что случилось? – проявила интерес радиоведущая. – Не молчите, прочитайте сообщение вслух, мне как автору программы «Ужастик для взрослых» важна любая информация.

Бледный Огуранов тихо пролепетал:

– «Триста долларов за молчание мало. Гони еще пятьсот. Иначе о твоем преступлении завтра узнает весь город. Доброжелатели».

– Похоже на шантаж, – авторитетно заявила радиоведущая. – Не теряйте присутствие духа!

Но Огуранов уже ничего не понимал и не слышал. Он вскочил со своего места, набросил на плечи черный плащ, причем подкладкой наружу, и бросился вон из квартиры. На пороге он остановился, сунул в руки Лилии Горной клочек бумаги, пробормотал:

– Извините за беспокойство, мне пора, забудьте обо мне, я – жертва трагических обстоятельств, я должен спасаться, – и, открыв дверь, исчез.

Лилия рассмотрела бумажку, которую сунул ей напоследок толстяк. Это была визитная карточка. «Радиостудия „Бим-бом“, Александр Огуранов, главный старший менеджер». Далее адрес, телефон и девиз радиостудии «Работайте с нами, как мы с вами»…

Радиоведущая задумчиво прошла в прихожую, сняла с вешалки свою модную сумочку из шкурок летучих мышей – подарок русскоговорящего австралийского поклонника – открыла ее, опустила визитку Огуранова внутрь, заодно, порывшись в содержимом сумочки, вынула изящную пудреницу, машинально попудрила нос, посмотрела на себя в зеркало.

– А все-таки я не поняла, убил этот парень кучу народа или нет, – сказала Лилия Горная своему отражению. – Что ж, будем работать…

Тут она взглянула на часы – 13.45! – подпрыгнула, распахнула дверь и, как взбесившаяся лошадь, поскакала через две ступеньки по лестнице вниз.

Через пятнадцать минут ее будет ждать у себя в кабинете шеф Алесь Валерьевич, но он еще не знал, что в 14.00 она у него не появится, даже если полетит на крыльях.

– Лилия! Остановитесь! Я должна вам сказать!.. – прокричала ей вслед соседка Лена, поднимавшаяся пешком на пятый этаж, чтобы ее целлюлит рассасывался, а фигура медленно и верно приобретала стройность балерины. Об этом приеме похудения Лена долго рассказывала Лилии Горной еще зимой, стоя у лифта на первом этаже.

Лилия знала, что если сейчас остановиться, соседка «прилипнет» к ней часа на полтора. Успеет рассказать про мелкие события в их дворе, про скандал в магазине «24 часа», про трамвай, сошедший с рельсов в пятницу, про собак общего знакомого Тихомирова – Лопуха и Дашку… Про все на свете. И тогда здравствуй увольнение с работы!

– Что сказать? – на ходу проговорила Лилия.

– У вас кто-то без вас в квартире бывает! Это ваши родственники?!

– Их много?

– Вчера я видела одного мужчину со спины. Он нес здоровенные сумки! – успела сообщить соседка.

– Леночка, я позвоню с работы! – пообещала радиоведущая и, выскочив на улицу, грохнула входной дверью.

3

Когда по летней улице несется в пурпурном платье молодая женщина, чьи ноги в ярко-красных туфельках едва касаются тротуара, рыжие волосы летят следом предгрозовым клубящимся облаком, а глаза полны ужаса, как у испуганной девочки, встречным мужчинам скачок адреналина в крови обеспечен. Между прочим, некоторым из них даже грозит предынфарктное состояние. Почему? Потому что, увидев красивую бегущую особь противоположного пола, мужчина, повинуясь зову природы, непроизвольно бросается за ней. Спасать, похищать, настигать – это как получится. Но броситься за трепещущим на ветру подолом стильного платья – это святое. Инстинкт.

О, инстинкт! Странное слово, которое надо выговаривать на выдохе.

О, инстинкт! Ты уверенно руководишь многими действиями людей, а также животных. Что ты такое, с чем тебя едят? Как хочется тебя потрогать, пощупать, ощутить. Но, увы. Ты, инстинкт, тайный мотор природы. Как включишься, как заработаешь, как отчебучишь!

Через две минуты, как только Лилия Горная пробежала по родной улице Хавской, за ней уже неслась толпа мужиков. Старых и не очень, толстых и тощих, менеджеров и бомжей, водопроводчиков и военных. В тяжело дышащей толпе мелькал даже один негр – студент Университета дружбы народов, вышедший на жаркую летнюю улицу, чтобы купить холодного пивка.

Негр должен был победить своих соперников и первым схватить Лилию Горную за руку – на его стороне была природа, то есть длинные ноги, растущие прямо из-под мышек.

Но в тот момент, когда шоколадные пальцы уже простерлись в пространстве, стремясь к белоснежной ладони с черными лаковыми ногтями, Лилия вскрикнула: «Ешкин кот!» – и прыгнула на заднее сиденье голубого «Лексуса», проезжавшего мимо и на секунду притормозившего рядом с ней, гостеприимно распахнув заднюю дверцу.

Это было кино, Голливуд, ну, может быть, Одесская киностудия в ее лучшие годы.

Лилия Горная оказалась в прохладе полутемного салона, который наполняли ароматный сосновый воздух и тихая музыка, сочившаяся из динамиков.

За рулем сидел человек в темных очках. Шея и затылок хозяина «Лексуса» имели мужественный очерк, а правое ухо… Ухо оказалось фантастическое – четкого рисунка, маленькое, твердое, с притягательной мочкой, такие уши были у офицеров русской армии до переворота 1917 года.

Лилия Горная, сдерживая тяжелое дыхание – все-таки пробежать половину Хавской улицы за три минуты может не каждая аборигенка, начала созерцать породистое мужское ухо. Молодая женщина постепенно успокаивалась – разглядывать ухо ей отчего-то нравилось, и внезапно для себя она произнесла:

– Здравствуйте.

Человек не обернулся, не кивнул пассажирке, не засмеялся мелко, как обычно смеялись мужчины, знакомясь с ней, но радиоведущая уловила: он бросил короткий мгновенный взгляд в узкое переднее зеркало, чтобы ее увидеть. Точнее, ее пунцовое от бега лицо.

– Здравствуйте, Лилия Горная, – сказал в следующую секунду мужчина и плавно выполнил левый поворот.

– Откуда вы меня знаете? – кокетливо поинтересовалась она, нащупывая под попой австралийскую сумочку. Как всегда, когда Лилия в спешке куда-нибудь плюхалась, сумочка оказывалась под ней.

– Голос. Вы – радиоведущая. Моя любимая передача «Ужастик для взрослых», – телеграфно пояснил он, поворачивая «Лексус» направо.

– Куда мы едем? – вдруг забеспокоилась Лилия. – Конечно, спасибо, что вы решили подвезти меня…

– Я – не такси, – сообщил хозяин «Лексуса», – и никого не подвожу. Вы так неслись по улице, прямо искры летели из-под каблучков. Я решил: почему бы не подарить женщине шанс спастись от стаи маньяков?

«Нахал», – подумала Лилия.

– Так куда же мы едем? – строго переспросила она.

– Вперед, – невозмутимо ответил хозяин «Лексуса».

«Два раза нахал», – подумала Лилия.

Дальше они ехали в полном молчании.

Мягко звучала музыка.

Прохладный воздух кондиционера остудил лицо госпожи Горной, вернув красным щекам нежно-лососевый оттенок.

Сумочку радиоведущая положила на колени и хотела было вытащить пудреницу, как снова уставилась на ухо мужчины. Черт подери, не ухо, а штучка из секс-шопа.

Ровно в 14.10 «Лексус» припарковался у подъезда радиостудии «Утренний брысь». Как в детстве, Лилии Горной захотелось присвистнуть: надо же, этот человек прочитал ее мысли, он волшебник, что ли?

Ей даже захотелось познакомиться с ним, проворковать: «Как вас зовут? Представьтесь, пожалуйста. А вдруг я приглашу вас на эфир?» Но вовремя одернула себя: глупости, она – радиозвезда, из возраста, когда виляют хвостом и преданно смотрят в мужские глаза, давно вышла.

Лилия Горная открыла дверцу, поставила на горячий асфальт ногу в алой туфельке, с достоинством проговорила:

– Спасибо. Вы очень любезны.

И выпорхнув в жаркий день – подол платья мотнулся справа налево роскошной волной, сексуально захлестнув колени, услышала спокойное:

– Пожалуйста.

…Когда Лилия Горная стояла в вестибюле радиостудии, ожидая лифта, мысленно она хотела еще раз яростно назвать хозяина «Лексуса» нахалом, уродом и наглецом, но странно, у нее ничего не получалось. Перед глазами вновь возникло ухо, замечательное, неотразимое, мужественное, красивое, породистое. Недосягаемое ухо, в которое она, Лилия Горная, влюбилась, как мартовская кошка в усы соседского кота.

4

Алесь Валерьевич – квадратных объемов человек, в дорогом английском костюме темно-синего цвета – страстно жрал сардельки с тушеной капустой. Чавканье и сопение в кабинете стояло такое, что вполне могло соперничать с чавканьем и сопением обедающего слона.

7