Рейтинг любви | Страница 5 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Ну, тогда я спокоен. – Огуранов расстегнул верхнюю пуговицу несвежей рубашки. – Понимаете, во всей этой жуткой истории прежде всего виновато мое тело.

– Тело? – искренне удивилась радиоведущая. – По-моему, у вас тело как тело, только несколько полное. Но подобное не редкость, вокруг нас живет немало полных людей.

– Вот именно – полное! – закричал отчаянно Огуранов. – Я очень пухлый! Из-за этого моя жизнь идет наперекосяк!

Не успела Лилия Горная вдохнуть и выдохнуть, как из уст Огуранова свободно понесся поток откровений и подробностей:

– Представляете, Лилия, однажды я собрался жениться, уже обручальные кольца купил, а невеста перед самой свадьбой заявила: «Ах, Огуранов, прости, я ухожу! Когда ты прекратишь напоминать сдобную ром-бабу и будешь выглядеть как парень, рекламирующий по телеку бритву „Браун“, я вернусь!»… Потом я хотел устроиться менеджером на одну процветающую фирму. Там всех кандидатов на вакантное место измеряли сантиметром: шею, грудь, бедра, не говоря уже о талии. Меня тоже измерили и отказали. «Вы, – заявили, – слишком крупных размеров, чтобы внушать нашим клиентам доверие. У вас шея одного объема с бедрами». Они, конечно, плоско шутили, но я-то плакал… Затем я купил у приятеля диван. Пару месяцев полежал на нем, и сиденье стало провисать аж до пола. Понимаете, как это неудобно?! Пришли ко мне девять человек родственников, сели все разом на диван, приземлились буквально на паркет, отшибли мягкие места, поссорились со мной насмерть. «Ты, Санек, – обвинили, – таких габаритов, что у тебя даже мебель стала дырявая и непрочная»… Я могу долго рассказывать о своей беде, – внезапно предупредил Огуранов.

– А вы и не рассказывайте, – участливо посоветовала Лилия Горная. – Я уже усвоила: ваша полнота мешает вам жить.

– До чего точно вы выразились! – подтвердил восторженно Огуранов. – Не только мешает жить, но и невозможно работать. Я ведь в конце концов устроился на одну частную радиостудию рекламным агентом, и мне приходится очень много ездить, бегать, ходить. Вес, конечно, мешает неимоверно. Мой друг Женька Катеринич сказал: «Сашка, понимаешь, старик, ты на себе носишь лишние два мешка картошки»…

– Какой картошки? – вытаращилась на Огуранова Лилия Горная.

– Господи, Лилия, вы разве не понимаете, что я говорю о трагических вещах? – нервно заерзал на стуле несчастный толстяк. – Два мешка картошки – это условно. Я мешков отродясь не носил, только портфели, кейсы, папки с бумагами и целлофановые пакеты с пивом… Короче, после стольких мучений, незаслуженных обид, волнений я принял кардинальное решение! – наконец сообщил Огуранов. – Решил похудеть!

– Правильно, – мягко прокомментировала огурановское заявление радиоведущая. – Кардинальные решения иногда меняют нашу жизнь к лучшему.

– До чего же вы хорошо сказали! Как ловко вставили слово «кардинальные»! – закричал толстяк. – Можно я запишу ваш афоризм?

Огуранов начал хлопать себя по бокам, груди, плечам и шее – видимо, в поисках ручки.

– Милый господин Огуранов, не отвлекайтесь, пожалуйста, – ласково посоветовала Лилия. – Сейчас я изрекла вовсе не афоризм, а обычное предложение. Когда созреет афоризм, я вам дам знать. Дальше, пожалуйста. Мне интересно, как вы решили похудеть. Такой человек, как вы, не станет худеть примитивными способами.

– Точно! – в который раз вскричал Огуранов. – Делать зарядку, сидеть на диете месяцами, прыгать и бегать, как спортсмен, – не для меня. Понимаете, я – рекламный агент, поэтому имею доступ в разные фирмы, занимающиеся вопросом похудения довольно основательно, без дураков. Однажды я проник на фирму, которая продает уникальную электронную таблетку. Коротко описываю ее действие: таблетка идет по организму сверху вниз – от миндалин в анальную область, срезает внутри куски жира и сжигает их электронным способом.

– Надо же до чего додумались! – чуть не рассмеялась Лилия Горная. – Срезать изнутри куски жира – это что-то с чем-то.

– Я набрался смелости и проглотил фирменную таблетку, – продолжал яростно Огуранов, – и всю ночь не спал! Дорогая Лилия, меня всю ночь колотило, крутило, колдобило, будто внутри оказалась сенокосилка или ручной трактор марки «Крот». Ужас! Наутро я вскочил голодный, словно стая волков, и съел все, что было в холодильнике, – искренне признался Огуранов. – Таблетка не помогла. Я остался в том же весе – сто семь килограммов.

Свой вес Огуранов почему-то сообщил шепотом, вытер пот со лба и оглянулся.

– Жаль до слез, – посочувствовала толстяку радиоведущая. – А еще какие меры вы принимали?

– Мой друг Женька Катеринич посоветовал есть ананасы. Он сказал: «Старик, в ананасах есть хитрый фермент – бромелайн, сжигающий жир». Вы не слышали, госпожа Горная, говорят, все голливудские звезды питаются с утра до ночи одними ананасами и поэтому худые, как палки?

Радиоведущая откинулась на спинку стула, покачав головой, а также правой ногой, положенной на левую ногу. Красная туфелька призывно рассекла воздух три раза – туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда.

– Должна огорчить вас, милый Саша Огуранов, я слышала другое. Мои источники сообщают: Голливуд держит форму, поглощая кресс-салат. Каждый артист или режиссер съедает в день по три килограмма салатных листьев.

– Что вы говорите? – заинтересовался Огуранов. – Я запомню ваш рецепт, обязательно опробую его на досуге. Но вернемся к ананасам. На них я почти разорился. Мы же не на юге живем, ананасы у нас в северном городе дороги. И потом на седьмой день ананасовой диеты я покрылся жуткой сыпью, язвами, струпьями. У меня началась аллергия на ананасы.

– Бедный вы, бедный, – сочувственно произнесла Лилия Горная. – Какие же муки вы приняли!

– Слава богу, вы меня понимаете, – грустно констатировал гость. – Затем одна знакомая, к которой я прекрасно относился, даже что-то в душе к ней наклевывалось, посоветовала испробовать действие «испанского плаща».

Лилия Горная молча уставилась на рассказчика. Естественно, он прочитал в ее пронзительно-серых глазах немой вопрос: что такое «испанский плащ»?

– Сейчас объясню, – засуетился Огуранов, – но умоляю, не повторяйте моих ошибок! В общем, знакомая сказала, чтобы я взял уксусную эссенцию, развел водой до состояния уксуса, погрузил в раствор простынь, затем слегка ее отжал, потом завернулся в эту простынь и лег в постель, укутавшись ватным одеялом или дубленкой… Я сделал все так, как она советовала, только забыл, что надо развести уксусную эссенцию водой. Наоборот, купил несколько бутылочек этой гадости, вымочил в ней простынь, завернулся, накрылся новой дубленкой, а через пару часов, когда мне стало невмоготу, скинул с себя и дубленку и простынь с проклятиями.

– После «испанского плаща» вы, наверное, попали в больницу? – участливо поинтересовалась Лилия Горная сыщица.

– Как вы догадались?! У вас бешеная интуиция! Вы – русская Ванга! – закричал Огуранов. – Да, я попал в больницу с ожогами, простынь и дубленка оказались в дырках. А с той знакомой не встречаюсь уже целый год, потому что обиделся. Нельзя так откровенно кидать человека на гвозди!

– В уксусную эссенцию, – мягко поправила Огуранова Лилия Горная.

– Это одно и то же! – горестно вздохнул рекламный агент.

Тут Огуранов сделал паузу: он столько за последние сорок три минуты кричал дурным голосом, что ему надо было отдышаться.

Радиоведущая, покачивая красной туфелькой, рассматривала гостя. Неужели Огуранов – жуткий кровавый убийца, виновник гибели ста пятнадцати человек? Скорее страдалец, безнадежно борящийся со своей полнотой и претерпевающий на пути этой борьбы одни терзания и муки.

После длинной томительной паузы Огуранов изрек:

– Учтите, я не из таких людей, которые бросают начатое на самотек. Выйдя из больницы, я продолжил поиск других способов помочь самому себе. И тут подвернулся артист Валентин Пёсик.

– Пёсик? Неужели тот самый Пёсик? – обрадовалась Лилия Горная. – Пёсик, который очаровательно пел в фильме «Кульбиты» нашумевший романс «Люблю тебя, как ты меня. А ты меня не любишь, нет?..».

– Вот именно, тот самый Валентин Пёсик. У него даже звание есть, то ли народный артист, то ли всенародный, – согласился с радиоведущей бедняга. – Валентин Пёсик пришел в нашу радиостудию озвучивать рекламный ролик, посвященный обоям из собачьего подшерстка.

5