Скрепа-фраза в языке | Страница 5 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

В качестве рабочей единицы исследования в книге наиболее часто будет использоваться синтаксическое образование, определенное выше как сверхфразовое единство (СФЕ). Это объясняется тем, что понятие СФЕ, на наш взгляд, наиболее полно отражает двуединую природу языкового знака, план содержания и план выражения, системный характер и функциональную природу исследуемого феномена, имеет четко очерченные синтаксические границы.

Таким образом, одним из важнейших параметров связности текста, заключенного в СФЕ, являются синтаксические связи и отношения, регулирующие формальные параметры связности, которые будут описаны в следующем параграфе.

1.2. Синтаксические средства юнкционного характера, служащие для оформления целостности и связности текста

1.2.1. Структура текста и ее параметры в аспекте описания средств синтаксической связи

Понятие «структура» является в настоящее время одним из центральных в языкознании. Основными признаками структуры являются целостность и связность. Понятие связности как основного признака структуры заимствовано из математики. Этот признак является неотъемлемым показателем структуры, однако ее описание через один этот признак не является исчерпывающим. Понятие структуры применительно к тексту предполагает, наряду со связностью, еще один параметр – целостность объекта1. Это понятие заимствовано из естественных наук: свойство всего объекта не выводимо только из свойств отдельных элементов, из системы отношений между ними и не равняется простой арифметической сумме их свойств.

Для уровня текста наиболее приемлемым представляется следующее понимание структуры СТ: структура – это глобальный для всего объекта способ его организации как некоторой целостной данности. Таким образом, при анализе СТ необходимо учитывать три аспекта: компоненты, составляющие структуру, система связей и отношений между ними, целостность объекта. Как мы уже отмечали, отношения между текстемами в СТ носят свободный смысловой характер и определяются коммуникативной перспективой и ее развертыванием – раскрытием сообщения на определенную тему (микротему – для ССЦ).

Проявление текстуальных связей обусловлено рядом моментов. Это, во-первых, соблюдение синтаксических норм построения отдельных текстем цепи СТ, с модально-временной перспективой, анафоризацией и т. д. Во-вторых, это их включение в единое коммуникативное пространство, с его тема-рематическим комплексом, порядком слов, интонацией и повторами. Далее, это соблюдение закономерностей стилистической и экспрессивно-эстетической организации СТ, с возможными вариантами типа парцелляций и сегментаций, употребления дефиниций и их развертывания и т. д.

В выражении отношений между текстемами, составляющими СТ (ССЦ), участвуют средства, многие из которых довольно подробно охарактеризованы в лингвистической литературе (А. М. Пешковский, И. А. Фигуровский, Т. И. Сильман, Л. М. Лосева, М. Г. Свотина, И. М. Гриценко и др.). Это такие средства, как повторы, союзы, эллиптические предложения, придаточные части, отторгнутые от главного (Гриценко), сцепляющие слова, причастные обороты, союзы, вводные слова, вопросительные предложения, инверсии (Свотина). Однако этот перечень не отражает всего многообразия средств связи [Недбаева 1974: 123] (Заметим, что уже сам этот «перечень» характеризует хаотичность и неопределенность во взглядах на межфразовые отношения и средства их выражения, характерные для периода 60-70-х гг.).

Так, З. Я. Тураева, например, выделяя глубинную и поверхностную структуры СТ, рассматривает такие глубинные моменты связности, как жанровые особенности текста, столкновение различных стилевых «начал», отчуждение или присутствие автора, художественное пространство и время, маркеры начала и конца текста (зачин-концовка), образная система (ассоциации), различные аллюзии и др. [Тураева 1986: 72–75]. Другие исследователи (Н. С. Поспелов, Л. М. Лосева, Т. М. Николаева, Ю. М. Скребнев) обращают внимание на такие «линейные зависимости», как актуальное членение, анафоризация, повторы различных типов, коннекторы типа синонимических рядов, ключевых слов, текстовая позиция начальной фразы, различного рода субституты и др. [Тураева 1986, 59–60]. Кроме того, можно включить сюда различные синтаксические средства построения фразы. Одним из них может быть эллипс как синтаксическая организация контактирующих текстем. Ср.:

По одну сторону этой границы – турки, по другую – наши. (Из газет).

Интересную классификацию средств межфразовой связи предлагают авторы нового учебного пособия по современному русскому языку для вузов, выделяющие три вида: 1) собственно лексические связи (тематические группы, лексико-семантические поля и др.), включающие определенный семантический компонент и «повторную номинацию»; 2) лексико-грамматические связи типа анафоры (отсылки к предшествующему компоненту текста); 3) грамматические средства связи (порядок слов, союзы и союзные слова, формы грамматического времени и др.2

Если рассматривать глобальную структуру СТ как целостного объекта, то необходимо обратить внимание на несколько пластов, ее составляющих. Это, в первую очередь, глубинная и поверхностная структура текста. Понятия глубинной и поверхностной структур вызывают неоднозначное отношение у разных исследователей. Наиболее общее их понимание сводится к следующему: поверхностная структура доступна непосредственному наблюдению, глубинная – выводится на основании косвенных данных.

Под глубинной структурой чаще всего понимается некоторое семантическое или понятийное образование, являющееся опорной точкой при порождении поверхностных структур. Однако не все исследователи поддерживают эту точку зрения. Так, Л. С. Бархударов понимает глубинную структуру как функционально значимую абстрактную модель, реальным порождением которой является структура поверхностная. Основные возражения противников этой концепции сводятся к следующему: глубинная структура есть некоторое мыслительное образование дозвукового, дословесного плана. В этом случае поверхностная структура, очевидно представляет собой сочетание односторонних единиц, что противоречит самому принципу грамматики, которая имеет дело с двусторонними единицами.

Второе возражение затрагивает спорность положения, согласно которому сочетания типа «строительство дома» и «дом строится» имеют одну и ту же глубинную, т. е. смысловую, понятийную структуру. Если первое сочетание представляет атрибутивную характеристику объекта, то второе репрезентирует событие. Все это свидетельствует о том, что эти понятия требуют дополнительного изучения, однако их использование для исследования СТ не наталкивается на возражения.

Возвращаясь к первому замечанию, поясним, что оно затрагивает раздвоение процесса речи на два этапа. По мнению В. М. Солнцева, «глубинные отношения не могут возникать до поверхностных структур и существовать без них»3. Глубинная структура СТ не является достоянием только языка. Это мыслительное образование воплощено в языковую материю и оформлено с помощью двусторонних языковых единиц, тогда как поверхностная структура представляет собой содержание, облеченное в форму. Поверхностный уровень представления текста лишь относительно поверхностный; он строится из языковых знаков, которые сами по себе двусторонни. Специфика языкового оформления СТ состоит не просто в подчинении отдельных языковых единиц этому тексту как целому, но и в сочетании такой подчиненности с самостоятельной семантической наполненности этих единиц. Поверхностная структура определяется глубинной структурой. Глубинную структур можно сравнить с программой, которая диктует выбор языковых средств, и отношения между ней и поверхностной структурой не исчерпываются отношениями подчинения. Поверхностная структура может, в свою очередь, воздействовать на глубинную структуру, актуализировать ее.

Целостность текста, органическое сцепление его частей свойственны как СФЕ, так и более объемным макротекстам. Однако на уровне СФЕ целостность текста проявляется особенно наглядно4.

Целостность текста не есть явление исключительно смысловое. Она проявляется одновременно в виде структурной, смысловой и коммуникативной целостности, которые соотносятся между собой как форма, содержание и функция.

5