Бродяги. Отмеченные Зоной (сборник) | Страница 4 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Они держались старой дороги; один только раз свернули в заросли – Хмырь предпочел обойти по широкой дуге вызывавший опасения участок. Из тумана возникла старая фабрика, чуть позже по другую сторону на миг показалась железнодорожная станция. Здесь дорога заканчивалась.

Хмырь осторожно вошел в высокую траву, в руке появился болт.

– Держись ровно за мной.

Как Терем и предполагал, Хмырю пришлось опустошить карманы: буйные травы таили «Молнии» и «Аттракционы». По-прежнему удивляло отсутствие живности. Словно они и отряд «Левого пути» – единственные живые существа. Все словно вымерло… Или поспешило убраться – кольнула догадка.

Аномальное поле простиралось до конечной точки. Подземный грот встретил призывно распахнутым жерлом. Вопросы, то ли это место, что они ищут, остались невостребованными – из темноты грота лился яркий свет, туман для него словно не существовал. Подчиняясь инстинкту, сталкер припал до земли.

– Ты уверен, что нам следует туда лезть? – осведомился Терем.

– Я как раз тоже об этом думал… Ты можешь оставаться…

Решив ошибок не повторять, Терем поспешил догнать темное пятно на полотне абсолютного света.

По мере приближения к созданному аномалиями гроту Терем обнаружил еще одну деталь: независимо от силы странного света он абсолютно не резал глаза. Когда они оказались в гроте, Терем отметил две вещи: затрещавший тихо, но настойчиво счетчик Гейгера и источник свечения.

В глубине возвышался кристалл, по форме претендовавший на правильную вытянутую призму. Убедившиеся в отсутствии кого-то враждебного, напарники подошли ближе. Треск счетчика усилился, и Терем начал отсчет тех нескольких минут, после которых следовало убираться независимо от обстоятельств.

Правильный кристалл оказался лишь наибольшим фрагментом прозрачного вещества. Крупное кристаллическое образование и многочисленные осколки объединяло одно: подобно льду они таяли, превращаясь в вязкую жижу – источник дивного свечения.

Хмырь поднес счетчик к кристаллу, повторил то же с вязкой жидкостью.

– Ты смотри-ка, фонят только камни, а жидкость вообще не излучает, экранирует получше свинца.

Хмырь извлек герметичный контейнер и зачерпнул сверкающей жижи.

Тем временем Терем обшаривал каждый угол. Не поленившись оторвать от земляной стены в нескольких местах приличный ком, он убедился: других кристаллов нет; похоже, он тут один. Или другие растаяли и испарились?

– Терем, пойдем отсюда, – позвал Хмырь, пряча контейнер, – обсудим в другом месте.

Терем бросил прощальный взгляд: кристалл почти незаметно для глаза менял агрегатное состояние. За время пребывания лужа у основания чуть увеличилась, а на месте нескольких совсем мелких осколков осталась только сырая земля.

По мере спешного удаления мир прошел в обратном порядке через уже виденные метаморфозы: радиация падала, свет тускнел, очертания предметов теряли четкость.

Когда вокруг раскинулся аномальный луг, Терем вздохнул с облегчением. Хоть они ничего угрожающего не встретили, не позволяла расслабиться особая аура грота. Впрочем, он подумал сейчас, что чем бы ни было это странное явление, оно очень красиво.

Молчащий Хмырь вел на юг по уже привычному прохладному туману Хмурого дола, который в сравнении с увиденным уже не казался столь странным. Множились вопросы и домыслы, но приходилось не отвлекаться – Зона не терпела невнимательности.

В чахлой роще Хмырь сделал привал на одиноком холме, убедившись, что аномальная активность минимальна. Пока Терем сооружал неприметный костер, Хмырь ставил растяжки. К его возвращению Терем уже распаковывал рюкзак у весело трещащего костра, который к тому же почти не дымил.

Хмырь умастился под старым древом и поближе к огню, в поисках компромисса между сушью и теплом. Сейчас его беспокоили не загадки Зоны, а вещи попроще: поесть и отогреться, а заодно вывести радиацию небольшим количеством водки. Последнее и для настроения.

Поздний обед проходил в молчании – разговоры оставались на десерт.

– Так что это у тебя в контейнере, Хмырь? Ты уверен, что оно безопасно? – начал Терем, закутываясь в плащ и подбираясь к огню поближе.

– Главное, чтобы контейнер не прожгла.

– Что там вообще было? Ты видел такое раньше?

– Понятия не имею, что это. Кристалл какой-то странный… Впервые вижу. И тем более не знаю, как это связать с делом, что мы распутываем. Но что бы это ни было, оно берет корни в самых глубинах Зоны…

– Кстати, я пытался выйти на связь с группой Батька Хведь, пока ты заграждения ставил. Тишина. Да и вообще – весь эфир вымер. Но со связью никаких проблем – работает как часы.

– Они либо ушли, либо с ними что-то сталось… Как бы там ни было, мне все-таки крепко кажется, что чем бы ни был этот кристалл, он как-то связан с происходящим. Ничего, узнаем.

– Откуда?

– Сходим к одному человеку. Живет тут недалеко.

– Он что-то знает об этом?

– Надеюсь.

– Тихо как-то, – сменил Терем тему.

– Да. Что бы тут ни было, нечисть старается держаться подальше. Да и нам бы, пожалуй, следует взять с них пример. Отдохнем еще часа полтора и тронемся – нет желания оставаться тут после сумерек.

IV

Поредевшая стая псов внезапно вспомнила об инстинкте самосохранения и как по команде бросилась из зоны поражения. Мстительно настроенный Терем пустил вслед несколько очередей, но лишь потратил свинец. Одиночный выстрел Хмыря для замыкавшего колону хищника оказался фатальным.

– Ждем, – объявил Хмырь.

– Десять туш, – заметил Терем гордо, перезаряжаясь.

– Ладно, отбой.

Терем проворно соскользнул с замшелого валуна, на который они забрались при приближении стаи.

К удивлению, после ночевки на блокпосте «Фаланги» Хмырь взял направление не к бару «Полураспад» или Рубежу, а на самый край земель отчуждения. Терем думал, что путь лежит к Михалычу, Кузьме либо в лагерь Клемента, но и тут прогадал. Они брели в другую сторону – в глухомань на востоке Рубежа, где неровные открытые пространства постепенно сменяются густым мшистым лесом – естественной границей болотистой местности.

Маршрут закончился на неприметной опушке у высокого частокола, внутрь которого вели обитые железом ворота. Частокол указывал всем видом, что возвели его не слишком давно.

– Не советую делать резких движений, иди след в след за мной, – проговорил Хмырь тихо, – и, кроме всего прочего, этого места не существует. Не стоит о нем болтать. И не задавай лишних вопросов – говорить буду я.

Наставления заинтриговали еще больше. В оплетавших ноги растениях он пытался заметить аномалии или рукотворные ловушки, но первые отсутствовали, а вторые были замаскированы слишком хорошо. В их существовании сомневаться не приходилось – Хмырь вел слишком уж извилисто. И возникло ощущение слежки.

Изобразив двумя парами сапог замысловатый изгиб, сталкеры оказались у ворот.

– Это я, Хмырь, – назвался сталкер, постучав. – Хочу повидаться с хозяином.

– Кто это с тобой? – поинтересовались из-за ворот.

– Ему можно доверять.

Ворота скрипнули. Хмырь нетерпеливо поманил оробевшего напарника.

За высоким частоколом укрылся хутор. Поселение ничем не отличалось от сотен подобных обиталищ, разбросанных по славянским землям. Лишь отсутствовали линии электропередач да дежурили у ворот часовые.

Немногочисленные одноэтажные дома срубили позже частокола – свидетельствовал характерный смолистый аромат. Единственная улица показалась слишком тенистой. Подняв голову, странник в чужом краю обнаружил маскировочную сеть – поселенцы дорожили незаметностью.

Последним ударом по представлениям о Зоне стало присутствие женщин и детей. Их было совсем мало, но выбивал из колеи сам факт. Терем изумленно взглянул на Хмыря, тот лишь ухмыльнулся.

На чужаков, на ум не приходило другое слово, глазели лишь дети. Терем тоже удостоил их пристальным взглядом – дети как дети, взирающие на пришлых с любопытством.

Сталкеры исчезли в полумраке одного из домов. С лежака поднялся необычайно худой и бледный тип, одетый в поношенный сталкерский комбинезон. Определить возраст сперва не позволяла темнота, потом – черты лица. Терему не понравились глаза – в таких нельзя угадать намерения.

– Груббер – это Терем, Терем – это Груббер, – сказал Хмырь после рукопожатия.

4