Бродяги. Отмеченные Зоной (сборник) | Страница 13 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Терема передернуло, когда глаз зафиксировал ее вид: прозрачное, поросшее редкими волосками тело, сквозь покров видна пульсация органов и струящаяся по сосудам кровь. На двух дергающихся суставах чуть покачивался при движении светящийся ком. Сзади тянулись оборванные крылья, видимо, от бездействия атрофировавшиеся.

Но хуже всего оказались огромные сетчатые глаза, в которых переливалось яркими бликами пламя огонька. Бездушный взгляд проникал в глубины разума, пробуждая первобытный страх.

Тварь выбралась на пространство перед воротами. Пока она озиралась, по полу беспрестанно щелкало несколько пар лап.

Вновь всколыхнулось желание покончить с собой – любая смерть, только не такая. Никаких рассуждений – короткий инстинктивный импульс. Терем снял с плеча автомат.

Вспышка, прострекотала очередь, брызнула пенящаяся желтоватая кровь. Палец вновь судорожно надавил на курок, одежду и кожу покрыли зловонные пятна. Терем выстрелов почти не слышал, он смотрел, словно зачарованный, как пули разрывают плоть. И едва успел откатиться, когда создание сшибло прочь грузовик. Вскочив и дав еще одну очередь, сталкер прыгнул за ненадежное укрытие. Бессмысленно таиться – фонарь запылал.

Высунувшись, Терем палил навскидку – промах исключался. А затем затвор щелкнул, объявляя, что магазин пуст. С твари стекали кровавые ручьи, но, похоже, раны ее скорее разъярили.

Терем вырвал пустой магазин и зарядил новый, когда тварь появилась перед ним. В огромных зеркальных глазах мелькнуло отражение: гримаса ужаса, вскинутый автомат, яркий свет фонаря…

Глаз коснулся свет, и с оглушительным свистом существо отшатнулось. Тряхнув бесформенной головой, оно вновь кинулось на Терема, но подслеповато проскочило мимо.

Окрыленный догадкой, сталкер навел луч прямо в огромные глаза. Опять писк, и голова изогнулась в попытке отвернуться. Пользуясь мгновениями, пока смерть в замешательстве, сталкер бросился к массивной двери. Оставалась надежда, что под нее можно протиснуться.

Обрывая одежду и сдирая кожу, игнорируя боль, он полз. Каким-то чудом при нем остались автомат и фонарь.

Сильный удар сотряс дверь; оглянувшись, Терем увидел, как рядом клацают конечности твари. Последовал второй удар, дверь снова зашаталась.

Оказавшись по ту сторону, Терем, даже не разведав обстановку, бросился искать закрывающий дверь тумблер – он оказался рядом с воротами. Дверь пустилась в обратный путь и вдруг осела под мощным ударом. Все затихло на миг, а потом тварь продолжила сокрушать неподатливую сталь.

Фонарь вырвал из темноты очертания подъемника. Терем поспешил взобраться на платформу. Словно почуяв, что добыча ускользает, существо за воротами загрохотало усерднее.

Сколько Терем по кнопкам ни стучал, платформа не сдвинулась ни на пядь. Сталкер поднял голову и высветил высокую вершину шахты лифта. Рядом с подъемником поднималась железная лестница, от которой остался только остов.

Терем толкнул одну из колонн подъемника и, убедившись в прочности, стал медленно карабкаться. Преодолев несколько метров, он посмотрел вниз: обитатель мрака времени не терял – на воротах появились вмятины и трещины. По мере того как сталкер взбирался, грохот внизу усиливался. Терем поднял фонарь и убедился – до верха еще далеко.

Стиснув зубы, он хотел ускориться, но решил не испытывать судьбу – то и дело подводили ослабшие руки. Вдобавок мешала усвоенная с детства неприязнь к высоте.

Дверь внизу все-таки рухнула, так, по крайней мере, казалось. Посмотрев вниз, он увидел, что масштабы разрушений переоценены: в воротах появился достаточный для подземного хищника пролом. Лихорадочно оглядевшись, тварь обнаружила повисшего в высоте Терема. Несколько пар конечностей забарабанило по полу с почти человеческим раздражением. Покружившись около креплений подъемника, существо остановилось у колонны, по которой карабкался Терем. Не желая его упускать, оно принялось сбивать колонну.

Колонна уже шаталась, когда сталкер наконец добрался до вершины и перелез на поперечную балку. Впереди открывался выход в широкий транспортный тоннель.

Терем бросил взгляд вниз. Поняв, что жертва ускользнула, тварь успокоилась и исчезла во мраке.

Перебравшись на твердую землю, он поскорее отошел от провала шахты – подводили ноги. Он рассуждал, как выбраться из глубины Зоны: сначала до перевалочного пункта, а там дождаться Карася – он проведет через Гиблые холмы и Лихолесье.

Терем вновь извлек из пистолета патроны. Он проверял путь по транспортному тоннелю единственным доступным способом. Вдали начали проступать очертания ворот. Из щелей пробивался тусклый рыжеватый свет, какой бывает только в ясное утро. Терем обрадовался настолько, что чуть не пропустил аномалию. Выругавшись, он попытался отрешиться от нахлынувших мыслей, но не давало покоя чувство облегчения.

Сейчас стало ясно, куда ворота выведут. Пока они бродили по станции, то несколько раз проходили мимо странного фрагмента стены, оказавшегося с этой стороны воротами.

Вспомнив о Лисе, Терем помрачнел. Хотя сейчас было слишком много радости, чтобы горевать о погибшем. Вот окажется в безопасном месте, тогда и воздаст другу должное. А пока он просто радовался, что прошел живым сквозь мрак.

Гиблые холмы

Лихолесье – одно из мест, оставив которые позади, вздыхаешь с облегчением. Но душу щемит мысль, что предстоит обратная дорога. Хотя на сей раз все прошло благополучно.

Моя работа подошла к концу: я вывел сталкеров из мрачной чащи, а идти по открытой равнине не в пример безопаснее и веселее. Вел Терем, то и дело рассыпая болты, если возникала хоть тень сомнения. Я отдыхал посередине: путь через Лихолесье всегда изматывает. Шествие замыкал Хмырь, на его физиономии застыла привычная маска сосредоточенного спокойствия.

Я наслаждался кратким отдыхом, ибо скоро предстояло вновь становиться во главе. Обстановка на первый взгляд к тревоге не располагала: по последним сводкам здесь недавно потрудились чистильщики «Фаланги», и теперь район угрожал разве что аномалиями. Страшил лишь внезапный выброс, который не пережить в чистом поле.

Но в тот момент Зона явно благоволила, хотя не стоит говорить подобное – удача дама капризная.

Цель вылазки была по-сталкерски проста: пошарить в поисках артефактов возле Мирного, за Гиблыми холмами и в непосредственной близости от Излучателя – места нехоженые, и после выбросов настоящее раздолье.

Отряд выбрался на асфальтовую дорогу, которая петляла меж бугров и обрывалась у КПП. Сразу за ним перекинулся через неширокую реку мост. После моста путник попадал в тоннель, ведущий в Мертвый город. Дорога пустовала: самоубийцы находились не часто.

Спустившись, мы прошли узким пляжем вдоль обрыва. Хотя бойцы «Фаланги» поработали на совесть, тут уже требовалась осторожность – оружие снято с предохранителей, а спокойствие забыто. Триста метров, и показалась россыпь артефактов, которую мы приметили еще в прошлый раз.

Хмырь и Терем спрятали оружие, а я занял позицию у валунов: предстояло убедиться, что жатва пройдет без заминок.

На краю поля с артефактами сталкеры вплотную подобрались к аномалиям. Очертив расположение, жнецы с разных концов двинулись друг к другу навстречу. В сталкерскую суму попадал и похожий на огнистое стекло «Пламень», и бесформенная призрачная «Улитка», которая уже стала частью фольклора, хотя анекдоты казались глуповатыми. Мелькала и добыча посерьезней, которая ложится на стол торговца не каждый день: «Черный бархат», «Еж» и даже одна «Аквариумная крыса». Возможно, что-то еще более ценное найдется за Гиблыми холмами. А уж в Мирном точно есть реликвии, которых не видел никто, только вот инстинкт самосохранения не рекомендует лезть туда.

Поле опустело, и напарники занимались одной особо скользкой аномалией, которая была нестабильна. А вожделенная добыча – «Полная луна» – поблескивала в искушающей близости. Я за жатвой не наблюдал – этим двоим выпадало разбираться с задачами и посложнее.

Хмырь, который уже пришел в Зону безукоризненным профессионалом, похоже, научился принимать любые дары судьбы. Именно поэтому он столько лет жив и цел. Работа есть работа – его принцип. А еще воистину дьявольская практичность. Странно, что он не подался в наемники. Что отличало Хмыря от них да и от большинства сталкеров – негласный кодекс чести. В этом кодексе почти не было места жалости к ближнему, но принципы подходили для него и его мира идеально. А что еще ждать от типа с подобной биографией?

13