Этнические конфликты | Страница 12 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Центральная гипотеза исследования, выведенная из теории этнического фаворитизма, может быть протестирована на эмпирических данных путем замены гипотетических концептов переменными операционной среды. Мы должны иметь возможность измерять уровень этнического фаворитизма и относительную значимость этнических конфликтов. В своем предыдущем исследовании (Vanhanen, 1999a) я сформировал индекс этнической неоднородности для оценки силы этнического фаворитизма и шкалы оценок институализированных и насильственных этнических конфликтов для оценки масштаба и интенсивности таких конфликтов. Последние две переменные были объединены в индекс этнического конфликта. Анализ эмпирических данных в группе из 148 стран в период 1990-1996 годов показал, что индекс этнической неоднородности коррелирует в высокой степени (0,857) с оценкой по шкале институализированных этнических конфликтов, в умеренной степени (0,467) с оценкой по шкале насильственных этнических конфликтов и в высокой степени (0,726) с объединенным индексом этнического конфликта (Vanhanen, 1999a, стр. 55; Vanhanen, 1999b, 2012). Для целей настоящего исследования я реструктуризировал как меру этнической неоднородности (ЭН), которая будет использоваться в качестве основной объясняющей переменной, так и меру этнического конфликта для улучшения этих показателей. Были собраны новые данные о величинах зависимой и объясняющей переменных.

Центральная гипотеза исследования базируется на предположении о неизменности других имеющих отношение к вопросу обстоятельств. Но в реальном мире это не обязательно так. Существуют значительные вариации местных условий, способные уменьшить корреляцию между мерами этнической неоднородности и этнического конфликта. Несомненно, на возникновение этнического конфликта влияют разнообразные факторы. Вопрос в том, что эта за факторы. Я не имею определенного представления о природе и значимости таких факторов, но собираюсь учесть влияние некоторых из них, использовав их в качестве альтернативных объясняющих переменных. Ранние исследования этнического конфликта содержат указания на различные факторы, которые могут быть причинно связаны с этническим конфликтом. К сожалению, многие из них невозможно операционализировать. Я сосредоточиваю внимание на некоторых факторах, которые возможно измерить посредством эмпирических переменных.

Во-первых, резонно предположить, что этнические конфликты легче перерастают в насилие в менее развитых в социально-экономическом отношении странах, где может оказаться сложнее удовлетворить потребности различных социальных групп. Следовательно, можно предположить, что уровень социально-экономического развития отрицательно коррелирует с масштабом этнического конфликта. Для измерения вариации социально-экономического развития могут быть использованы показатели наподобие дохода на душу населения и индекса развития человеческого потенциала (см. Thomay, 2011, pр. 23-24).

Во-вторых, исходя из теории демократического мира (см. Rus-sett, 1997; Gleditsch, Hegre, 1997; Gleditsch, 1999), разумно предположить, что уровень этнического конфликта в демократических странах должен быть ниже, чем в недемократических. Нильс Петер Гледич (Gleditsch, 1999) отмечает: «Поскольку гражданские войны и другие формы внутренних беспорядков являются в настоящее время преобладающей формой вооруженных конфликтов, мы должны задаться вопросом, существует ли демократический мир на внутригосударственном уровне» (р. 644). Он приводит два противоположных друг другу довода. С одной стороны, идея демократии как «метода ненасилия» заставляет нас ожидать, что чем демократичнее страна, тем ниже в ней уровень внутреннего насилия. С другой стороны, теория мобилизации ресурсов гласит, что чем демократичнее режим, тем большего числа конфликтов следует ожидать вследствие того, что открытость политической системы поощряет политическую активность самых разных видов. Согласно этой теории, «определенный уровень конфликтов может являться платой демократии за дозволяемый ею уровень политической свободы» (р. 650). Следовательно, это заставляет нас ожидать по мере возрастания демократии большего внутреннего насилия, включая этническое. Гледич расценивает эти две тенденции скорее как комплементарные, чем как конкурирующие. Он цитирует Эдварда Мюллера и Эриха Вееде (Muller, Weede, 1990), пришедших к выводу, что «внутреннее насилие, вероятно, будет низким при жестком авторитарном правлении, но также и в высоко демократичных странах (р. 650). Согласно их инверсной U-гипотезе, мы можем ожидать криволинейной зависимости между демократией и гражданской войной. Хевард Хегре и соавторы (Hegre et al., 2001) протестировали инверсную U-гипотезу и обнаружили, что инверсная U-образная кривая наилучшим образом описывает отношение демократии и гражданской войны. При режимах с промежуточными оценками по шкале «демократия – автократия» вероятность возникновения гражданской войны намного выше, чем при демократиях или автократиях. Авторы приходят к выводу: «Самым надежным путем к стабильному внутреннему миру в долгосрочной перспективе является демократизация, насколько это возможно» (р. 44; см. также Henderson, 1999b, pр. 282-283; Ellingsen, 2000; Mousseau, 2003; Rosato, 2003; Davenport, 2004; Walter, 2004; Rasler, Thompson, 2005; Beissinger, 2008). Исследование Хегре и соавторов (Hegre et al., 2001) посвящено гражданской войне, а не насильственному этническому конфликту, но ввиду вовлеченности этнических групп в большинство гражданских войн оправданно расширить их гипотезу также и на насильственный этнический конфликт. Следовательно, уровень демократизации предположительно имеет отрицательную корреляцию с уровнем этнического насилия. Эта гипотеза не предполагает криволинейной зависимости между демократией и этническим миром, но по корреляционной кривой было бы несложно определить, является ли зависимость криволинейной или нет. Иными словами, подкрепляют ли эмпирические данные настоящего исследования инверсную U-гипотезу или противоречат ей.

Все сформулированные выше гипотезы являются тестируемыми и фальсифицируемыми. Они могут быть проверены на основании эмпирических данных путем замены гипотетических концептов эмпирическими переменными. В рамках этих гипотез меры этнического конфликта являются зависимыми переменными, предположительно казуально связанными с объясняющими переменными: с уровнем этнической неоднородности (ЭН), а также с альтернативными и дополнительными объясняющими переменными. Проблема состоит в том, как определить переменные и как получить требующиеся для анализа эмпирические данные. В этой главе я определяю переменные, которые будут использованы при статистическом анализе.

1. Шкала оценок уровня этнических конфликтов (УЭК)

В моем предыдущем исследовании этнического конфликта и этнического фаворитизма (Vanhanen, 1999a, 1999b) я использовал шкалу насильственного этнического конфликта, где оценки масштаба и значимости насильственного этнического конфликта варьировали от нуля до 100. Для оценки значимости институализированного этнического конфликта использовалась другая шкала. Эти две шкалы объединяли в индекс этнического конфликта посредством сложения оценок по двум базовым шкалам. Данные об этнических конфликтах получали из различных источников и на основе полученной информации формировали оценки по указанным шкалам. Полученные данные относились в основном к периоду 1990-1996 годов. В более свежем исследовании (Vanhanen, 2012) шкалы оценок институализированного этнического конфликта интересов и этнического насилия основывались на данных за период 2003-2008 годов.

В настоящем исследовании я буду использовать только одну шкалу оценок значимости этнического конфликта. Как отмечалось в главе 1, этнические конфликты, от мирных конфликтов интересов до насильственной борьбы, представляют собой континуум без четкой границы между мирными и насильственными конфликтами. В действительности в этнических конфликтах мирные и насильственные стратегии зачастую используются в сочетании. В одной и той же стране одни конфликты являются институализированными и мирными, а некоторые другие в большей или меньшей степени насильственными, но относительная значимость мирных и насильственных конфликтов может сильно варьировать от случая к случаю и с течением времени. Вследствие этого я решил сформировать единую шкалу оценок этнического конфликта, где оценки сочетают в себе мирные и насильственные аспекты.

12