Механический фиговый листок | Страница 1 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Янг Роберт

Механический фиговый листок

Роберт Янг

Механический фиговый листок

Автоплатье стояло на постаменте в витрине салона с продукцией фирмы "Большой Джим". Надпись под ним гласила:

"Эта прелестная новая модель "шевроле" - ваша всего за каких-то 6499 долларов 99 центов! Щедрая скидка, если вы оставите у нас свое нынешнее платье-автомобиль! В придачу получаете даром шляпку-шлем!"

Арабелла не думала нажимать на тормоза, но уж так получилось. Потрясающее автоплатье! В жизни она такого не видела! И всего за каких-то 6499 долларов 99 центов!

Произошло это в понедельник к вечеру, когда весенние улицы заполнили спешившие домой служащие, а в апрельском воздухе стоял неумолчный рев автомобильных сирен. Салон "Большого Джима" находился неподалеку от угла и примыкал к большой площадке магазина подержанных автоплатьев, обнесенной забором, стилизованным под старину. Здание салона было построено в американском колониальном стиле, несколько нарушенном громадной неоновой вывеской, подыхавшей на фасаде:

"Берни, представитель "Большого Джима".

Услышав все нарастающий рев сирен, Арабелла наконец сообразила, что мешает движению, и, прошмыгнув перед капотом старика, одетого в пунцовый "кадиллак", съехала на бетонную обочину перед витриной салона.

Вблизи платье-автомобиль уже не казалось столь ослепительным, но тем не менее глаз оторвать от него было нельзя. Его элегантные бирюзовые бока и блестящая решетка радиатора горели в косых лучах заходящего солнца. Раздвоенный турнюр далеко выдавался назад, как две кормы катамарана. Это была прелестная модель, отвечавшая даже тем требованиям, которые предъявлялись к новейшим изделиям промышленности, и о покупке ее стоило подумать. И все же Арабелла не рискнула бы ее приобрести, если бы не шляпка-шлем.

Продавец (наверное, сам Берни) в безукоризненном двухцветном "бьюике" тронулся с места, когда она вкатила в дверь.

- К вашим услугам, мадам! - произнес он вежливо, но во взгляде его, устремленном на ее наряд из-за идеально чистого ветрового стекла, сквозило явное презрение.

Щеки Арабеллы залила краска стыда. Может быть, платье и вправду давно пора сменить. Может быть, мама права, говоря, что она совсем не следит за своими нарядами...

- Платье в витрине... - сказала Арабелла. - А... а это верно, что шляпка-шлем дается бесплатно?

- Совершенно верно. Хотите примерить?

- Да.

Продавец развернулся лицом к двустворчатой двери в другом конце комнаты.

- Говард! - позвал он. Тотчас створки двери раздвинулись, и в комнату въехал молодой человек в голубом комбинезоне фасона "пикап".

- Да, сэр.

- Отбуксируйте платье с витрины в примерочную и подберите к нему на складе шляпку-шлем.

Продавец повернулся к Арабелле.

- Он проводит вас, мадам!

Примерочная комната находилась сразу за двустворчатой дверью, направо. Молодой человек пригнал платье, потом отправился за шляпкой. Он нерешительно протянул ее Арабелле и как-то странно на нее посмотрел. Кажется, он хотел что-то сказать, но раздумал и выехал из примерочной.

Арабелла заперла дверь и торопливо переоделась. Обивка-подкладка приятно холодила тело. Она надела шляпку-шлем и посмотрелась в большое трехстворчатое трюмо. У нее перехватило дыхание.

Поначалу ее немного смущал раздвоенный турнюр (в платьях, которые она носила, задняя часть так не выдавалась), но блестящая хромированная решетка радиатора и полные крылья сделали ее фигуру неузнаваемой. Ну а что касается шляпки-шлема, то, если бы не зеркало, она бы не поверила, что простая шляпка, пусть даже шлем, может так изменить внешность. Это была уже не усталая девушка, заехавшая в магазин после службы, теперь это была Клеопатра... Вирсавия... Прекрасная Елена!

Робко выехала она из примерочной. Что-то похожее на благоговейный страх промелькнуло в глазах продавца.

- Вы совсем не та девушка, с которой я только что разговаривал, сказал он.

- Та самая, - подтвердила Арабелла.

- С тех пор как у нас появилось это платье, - продолжал продавец, - я мечтал о девушке, которая будет достойна его элегантности, его красоты, его... его индивидуальности.

Он почтительно закатил глаза.

- Благодарю тебя. Большой Джим, - сказал он, - за то, что ты послал эту девушку к нашим дверям.

Он опустил глаза и посмотрел на притихшую Арабеллу.

- Хотите проехаться?

- О да!

- Хорошо. Но только вокруг нашего квартала. А я тем временем подготовлю бумаги. Нет, - добавил он поспешно, - это вас ни к чему не обязывает, но если вы решите его купить, все будет готово.

- А... а сколько вы дадите за мое старое платье?

- Сейчас посмотрим. Вы его носили года два, не так ли? Гм... - Продавец на мгновение задумался. - Мы вот как поступим. Вы не из тех, кто носит одежду неаккуратно, поэтому вам я сделаю очень хорошую скидку - тысячу два доллара. Хорошо?

- Нет... не очень. ("Наверное, целый год придется обходиться без ленча...")

- Не забудьте, шляпку-шлем мы даем бесплатно.

- Я знаю, но...

- Попробуйте прокатиться в нем сначала, а потом мы поговорим, - сказал продавец. Он достал из шкафа знак, свидетельствующий, что машина принадлежит магазину, и прикрепил его к задней части платья. - Теперь все в порядке, - сказал он, открывая дверь. - А я тем временем займусь бумагами.

Арабелла была так взволнована и возбуждена, что, выехав на улицу, чуть не врезалась в молодого человека, одетого в белый спортивный костюм с откидным верхом, но быстро овладела собой и, дабы показать, как хорошо она ездит (первое впечатление говорило об обратном), обогнала его. Она заметила, что он улыбнулся, и сердце ее радостно забилось. Как раз сегодня утром у Арабеллы было такое чувство, что с ней должно приключиться что-то удивительное. На редкость обычный рабочий день в конторе приглушил было это чувство, но теперь оно вспыхнуло с новой силой.

Перед красным светом ей пришлось остановиться, и молодой человек оказался рядом.

- Привет, - сказал он. - Какое на тебе шикарное платье!

- Спасибо.

- Я знаю отличный кинотеатр. Поехали сегодня?

- Но мы даже незнакомы! - сказала Арабелла.

- Меня зовут Гарри Четырехколесный. Теперь ты меня знаешь. А я тебя нет.

- Арабелла. Арабелла Радиатор... Но я вас не знаю.

- Это поправимо. Ну так как, идем?

- Я...

- Где ты живешь?

- Макадам-плейс, шестьсот одиннадцать, - ответила она, не задумываясь.

- Я буду в восемь.

- Я...

В это время зажегся зеленый свет, и не успела Арабелла возразить, как молодой человек исчез. "В восемь, - думала она с замиранием сердца. - В восемь часов..."

Теперь она просто вынуждена купить это платье. Другого выхода не было. Молодой человек видел ее в такой великолепной модели, и что он подумает, если она будет в старом разболтанном рыдване, когда он заедет за ней? Она вернулась в салон, подписала бумаги и поехала домой.

Отец вытаращил на нее глаза из-за ветрового стекла своего трехцветного "кортеза", когда она въехала в гараж и остановилась у обеденного стола.

- Ну, - сказал он, - наконец-то ты не выдержала и купила себе новое платье!

- Прекрасно! - сказала мама, которая была неравнодушна к кузовам типа "универсал" и почти никогда не меняла этого покроя. - А я уж думала, ты никогда не поймешь, что живешь в двадцать первом веке, а в двадцать первом веке надо уметь одеваться так, чтобы тебя заметили.

- Я... мне только двадцать семь, - сказала Арабелла. - В моем возрасте многие девушки еще не замужем.

- Если они одеты кое-как, - съязвила мама.

- Никто из вас так и не сказал, нравится вам платье или нет, - заметила Арабелла.

- Мне очень нравится, - сказал папа.

- Кто-нибудь непременно тебя заметит, - сказала мама.

- Уже заметили.

- Ну! - обрадовалась мама.

- Наконец-то, - сказал папа.

- В восемь он заедет за мной.

- Ради бога, не говори ему, что читаешь книжки, - сказала мама.

- Хорошо. Я... больше не читаю.

- И свои радикальные идеи тоже держи при себе, - сказал папа. - Насчет людей, которые одеваются в платья-автомобили, потому что стыдятся тела, которое им дал бог.

- Но, папа, ты же знаешь, что я давно так не говорю. С тех... с тех пор как...

С рождественской вечеринки, подумала она, с тех пор как мистер Карбюратор похлопал ее по заду и сказал, когда она его оттолкнула: "Ползи обратно в свою историю, ты, книжный червяк. Нечего тебе делать в нашем веке!"

- Очень давно не говорю, - неуверенно закончила она.

1