Перегрузка | Страница 56 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

– Здесь говорится: “Мистер Голдман.., слишком важная персона, чтобы ездить на автобусе, хотя он и был специально заказан “Голден стейт пауэр энд лайт” и отправлялся по тому же маршруту на следующий день и в нем было немало свободных мест”.

Бердсон свирепо взглянул на Нима.

– Все это правда?

– Там были особые обстоятельства.

– Это не важно. Я спрашиваю: это правда? Ним знал, что Нэнси Молино наблюдает за ним из-за стола для прессы; мягкая улыбка блуждала на ее лице. Он сказал:

– Это был предварительный репортаж, но более или менее – это правда.

Бердсон обратился к скамье:

– Не проинструктирует ли господин председатель свидетеля по поводу того, когда он должен просто отвечать “да” или “нет”?

Член комиссии сказал:

– Если бы вы так сделали, мистер Голдман, мы бы сэкономили массу времени.

Помрачнев, Ним ответил:

– Да.

– Здесь нужно приложить усилия, – сказал Бердсон, – как при вырывании зубов. – С такой же легкостью, с какой хамелеон меняет окраску, он сменил тон суровый на приветливый. – Наконец у нас есть подтверждение свидетеля о том, что содержание этого смелого репортажа соответствует истине. Господин председатель, мне бы хотелось, чтобы статья была приложена к делу, так как она демонстрирует роскошь, с которой официальные лица, подобные Голдману, привыкли жить за счет бедных потребителей. В ней также показано, что дорогостоящие бессмыслицы вроде проекта “Тунипа”, направлены на поддержание этой роскоши, так же как и грабительские прибыли, вымогаемые у ничего не подозревающего народа. О'Брайен вскочил на ноги и запротестовал:

– Я возражаю против включения статьи в дело, поскольку она не связана с рассматриваемым вопросом; я возражаю также против последних замечаний, которые не подтверждаются ни уликами, ни показаниями.

Член комиссии быстро посовещался с административным судьей, затем объявил:

– Ваше возражение будет записано, мистер О'Брайен. Документ – газетная статья – будет представлен как вещественное доказательство.

– Благодарю вас, сэр, – сказал Бердсон. И снова сфокусировал свое внимание на Ниме. – У вас лично есть акции в “Голден стейт пауэр энд лайт”?

– Да, – ответил Ним. Ему было интересно, что за этим последует. У него было сто двадцать акций, которые он приобретал по несколько штук одновременно. Их настоящая стоимость на рынке была немногим более двух тысяч долларов, то есть сейчас они стоили немного меньше того, что он заплатил за них, поскольку ценность акций “ГСП энд Л” резко упала месяц назад после отказа выплачивать дивиденды.

Но он решил, что не стоит проявлять инициативу и давать больше информации, чем требуется. Как оказалось, это было ошибкой.

– Если эта тунипаская сделка состоится, – продолжил Бердсон, – вероятно, стоимость акций “ГСП энд Л” повысится?

– Необязательно. В равной степени она может и упасть. – Сказав это, Ним подумал о том, что огромное строительство в Тунипа будет финансироваться за счет продажи ценных бумаг, включая новые акции по стоимости ниже номинальной, и тогда нынешние акции “ГСП энд Л” могут ослабеть и резко упасть в цене.

Такой ответ потребует сложных объяснений и в данных условиях прозвучит как пустая болтовня.

Ним также не был уверен, что казначей компании одобрит такое публично сделанное заявление. Поэтому он решил промолчать.

– Не обязательно, – повторил Бердсон. – Но рыночная цена этих акций может подскочить. Конечно же, вы это признаете?

Ним ответил кратко:

– На рынке акций всякое может произойти. Бердсон посмотрел на судью и театрально вздохнул.

– Я думаю, это лучший из ответов, который я мог ожидать от этого непоследовательного свидетеля, поэтому я сделаю заявление: акции, вероятно, подскочат в цене. – Он повернулся к Ниму. – Если это произойдет, будете ли вы заинтересованы в капиталовложениях в Тунипа? Вы станете спекулянтом?

Заявление было настолько абсурдным, что Ниму хотелось засмеяться. Лучшее, на что он мог надеяться, причем не скоро, так на то, что его акции будут стоить столько же, сколько и раньше.

Неожиданно Бердсон сказал:

– Поскольку вы, похоже, не горите желанием отвечать, я сформулирую вопрос по-другому. Если ценность акций “Голден стейт” возрастет из-за Тунипа, ваши акции также будут стоить дороже?

– Послушайте, – сказал Ним. – Я только… Член комиссии сердито оборвал его:

– Это простой вопрос, мистер Голдман. Просто отвечайте “да” или “нет”.

Готовый вспылить. Ним, однако, заметил, что Оскар О'Брайен подает ему сигнал легким покачиванием головы.

Ним знал, что это было напоминанием об инструкции быть спокойным и не поддаваться на провокации. Он ответил кратко:

– Да.

Бердсон объявил:

– Теперь, после этого признания, я бы хотел, господин председатель, чтобы стенограмма показала, что у этого свидетеля есть законная финансовая заинтересованность в исходе слушаемого дела и поэтому его показания должны рассматриваться соответствующим образом.

– Хорошо, вы просто запишите это сами, – сказал член комиссии с плохо скрываемым раздражением. – Почему бы нам не продолжить?

– Да, сэр! – Лидер “Энергии” затеребил рукой бороду, как бы раздумывая, затем повернулся к Ниму. – А теперь у меня есть несколько вопросов относительно того, как влияет “Тунипа” на коммунальные счета простых рабочих людей, которые…

Он все говорил и говорил. О том, что в основе проекта “Тунипа” лежит погоня компании за прибылью, и ничего более. О том, что от строительства в Тунипа потребители не получат ничего, кроме увеличения платы за электричество.

Ним сохранял внешнее спокойствие, но внутри у него все кипело от злости. В который уже раз серьезные проблемы предстоящего роста энергетических потребностей, поддержания жизненного уровня пытались утопить в пустой популистской болтовне! Но внимание к этой болтовне будет привлечено, это ясно по активности за столом для прессы.

Ним также отметил для себя, что двойная атака – клуба “Секвойя”, сосредоточившегося на вопросах окружающей среды, и движения “Энергия и свет для народа”, вцепившегося в вопрос о ценах, – получилась поверхностной, но эффективной. Ему было интересно, существовала ли связь между этими двумя группами.

Лаура Во Кармайкл и Дейви Бердсон стояли на разных интеллектуальных уровнях. Ним все еще уважал Лауру Бо, несмотря на разногласия, но он презирал Бердсона как обманщика. " Во время короткого перерыва, после которого Бердсон намерен был продолжить свои вопросы, Оскар О'Брайен предупредил Нима:

– Ты еще не все прошел. После остальных свидетелей я снова приглашу тебя к свидетельскому месту, и, когда я закончу, остальные могут накинуться на тебя.

Ним поморщился, желая, чтобы его роль подошла к концу, радовался при мысли о том, что это произойдет уже скоро.

Лаура Бо Кармайкл была следующей на свидетельском месте. Несмотря на маленький рост и хрупкую фигурку, председатель клуба “Секвойя” заняла свидетельское кресло с видом почтенной дамы. На ней был строгий костюм из бежевого габардина, и, как обычно, ее седеющие волосы были коротко подстрижены. На ней не было ни украшений, ни драгоценностей. Ее голос при ответах на вопросы, заданные ей Родериком Притчеттом, звучал жестко.

– Мы слышали, как заявлялось в предыдущих свидетельских показаниях, миссис Кармайкл, – начал Притчетт, – что потребность в электроэнергии оправдывает строительство углеобрабатывающего завода в районе Тунипа. И вы так считаете?

– Нет.

– Не объясните ли вы членам комиссии ваши причины сопротивления этому строительству?

– Тунипа – одна из немногих, из очень немногих оставшихся нетронутыми природных сокровищниц в Калифорнии. Она изобилует богатствами природы – деревьями, растениями, цветами, ручьями, уникальными геологическими образованьями, животными, птицами и насекомыми, представляющими виды, которые уже везде вымерли.

Помимо всего прочего, эта местность необычайно красива. И разрушить эту красоту огромной уродливой, все загрязняющей электростанцией, к которой будет проложена новая железная дорога, сама по себе источник загрязнения, – кощунство с экологической точки зрения, гигантский шаг в прошлое столетие, богохульство против Бога и природы.

Лаура Бо говорила мягко, не повышая голоса, отчего ее заявление звучало еще более впечатляюще. Притчетт остановился перед следующим вопросом, давая ослабнуть магии ее голоса.

56