Третья мировая над Сахалином, или кто сбил корейский лайнер? | Страница 8 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Южно-Сахалинском, а к нескольким самолетам, один из ко­торых исчез с экрана в 03.29. Соответственно, японское обо­ронное агентство (JDA) сообщило об исчезновении неиз­вестного самолета к западу от Сахалина, неподалеку от ост­ровка Монерон. Для поисков самолета японское агентство морской безопасности (JMSA) послало самолеты и два пат­рульных судна, «Ребун» и «Сарубетсу».

В момент получения приказа следовать в точку с коор­динатами 46°30'N, 141°30'Е, в которой неизвестный само­лет исчез с экранов радаров, «Ребун» находился в море. Ча­сом позже он вышел в район, находящийся в 14 морских милях к северо-северо-востоку от Монерона, где заметил три советских военных корабля, сопровождавших грузовое и рыболовное суда. Все эти суда собирали обломки с океан­ского дна. Грузовое судно спустило две лодки, и все выгля­дело так, как будто команда пыталась вытащить большие, тяжелые объекты. Через несколько лет выяснилось, что ры­боловное судно называлось «Уваровск» и находилось под ко­мандованием капитана Билюка, возвращавшегося из семи­месячного рыбного промысла в Индийском океане. Увидев «Ребун», советское судно подняло флаги, обозначающие «Ос­таваться на месте. Не приближаться». Для того, чтобы быть уверенным в том, что «Ребун» понял этот сигнал, судно на­чало двигаться зигзагом перед самым его носом. В то же са­мое время одно из советских военных судов подошло бли­же с расчехленными орудиями. Командир «Ребуна» приказал продолжать патрулирование, не мешая действиям советских судов. Позднее он признал, что был сильно напуган.

На суше диспетчер в Нарита не получал никаких из­вестий от корейского самолета начиная с 03.27. В соответ­ствии со стандартной процедурой была объявлена тревога и предприняты попытки обнаружить самолет. Затем была приведена в действие процедура спасения терпящих бедст­вие. Спасательный флот и две группы самолетов были на­правлены к месту последней известной позиции рейса 007, контрольной точке NOKKA на маршруте ROMEO 20, про­ходящем над северной частью Тихого океана. Спасатель­ный флот включал в себя эскортные суда «Ои», «Ишикари» и «Юбари», минный тральщик «Оуми» и еще один траль­щик из 47-й эскортной группы, в сопровождении несколь­ких самолетов P2J, используемых для морских спасательных операций. В составе спасательного флота также находилась группа JMSA, состоящая из восьми судов и четырех само­летов. Существовала вероятность того, что «Боинг-747» был вынужден совершить аварийную посадку, в этом случае в воде могли оказаться выжившие. Флот на полной скорости вышел в открытое море, в надежде как можно быстрее спа­сти пострадавших.

Вакканай, Хоккайдо, самая северная точка Японии, 3 сентября 1983 г.

Поиски рейса 007 вблизи контрольного пункта NOKKA вдоль маршрута R-20 между Анкориджем и Сеулом не дали никаких результатов и были прекращены ночью 2 сентября. Никто не знал, что случилось с самолетом. Был ли он пере­хвачен над Сахалином? Был ли сбит поблизости от остро­ва Монерон? Отозвав поисковые операции в Тихом океане, JMSA удвоило усилия в зоне вокруг Монерона, где к тому времени находилось уже более двадцати судов, самолетов и вертолетов. Контр-адмирал Исаму Имамура, который руко­водил операциями из Вакканая, был сбит с толку. Несмотря на три дня интенсивных поисков, не было найдено ни одно­го следа корейского самолета или его пассажиров. Это было попросту невероятно. Обычно, когда большой самолет — а «Боинг-747» один из самых больших — падает в море, нахо­дят множество обломков и человеческие тела, плавающие на поверхности. Часто есть выжившие. Но на этот раз — ни­чего. Ни малейшего обломка, ни мельчайшего следа. Контр-адмирал не мог скрыть своего раздражения.

На самом деле прошло больше недели, прежде чем пер­вый обломок самолета был найден на берегу. Эта находка позволяет предположить, что обломок не упал в воду в рай­оне поиска, ему понадобилось девять дней, чтобы доплыть до этого места. Самолет разбился не у острова Монерон, а гораздо дальше к югу, на расстоянии достаточно большом, чтобы он дрейфовал в течение девяти дней. Увидев обломки корейского «Боинга» на побережье Хоккайдо, другой высо­копоставленный офицер JMSA, контр-адмирал Кессоки Коному, отметил, что самолет не мог упасть в воду неподале­ку от Монерона. Обломки не дрейфуют против ветра и те­чения. Течение было направлено с юга на север, и ветер дул с юго-востока.

Неподалеку от Монерона к судам JMSA присоединились американские и советские корабли. Учитывая такую впе­чатляющую армаду кораблей всех размеров, пересекающих район поисков во всех направлениях, кажется совершенным чудом, что не произошло никаких инцидентов. Самый об­ширный поиск гражданского самолета из когда-либо пред­принятых, с использованием самых современных методов, продолжался два месяца. 10 ноября 1983 года, как будто по всеобщей договоренности, поиски были прекращены одно­временно русскими, американцами и японцами. Ни одного обломка так и не было найдено. Но средняя глубина в этом районе достигает едва ли 160 метров (525 футов), и океан­ское дно почти плоское. Как же они могли не заметить са­молет длиной 262 фута с 269 пассажирами на борту? «Бо­инг-747» Корейских авиалиний как будто испарился. Загад­ка исчезновения рейса 007 оставалась нерешенной.

Токио, декабрь 1983 г.

Вместе с пятьюдесятью людьми, принадлежащими к двадцати японским и одной корейской семьям погибших, живших в Японии, профессор Такемото основал Ассоциа­цию жертв катастрофы KAL 007, вице-президентом кото­рой был избран. Ассоциация включала в высшей степени заметные политические фигуры, включая сенатора Хидеюки Сейа, вице-президента верхней палаты японского пар­ламента, миссис Такако Дои, президента Японской социа­листической партии, Шуна Оиде, депутата нижней палаты парламента, и многих других. Вместе с сенаторами Деном Хидео и Юката Хата депутат Оиде оказал Ассоциации не­оценимую помощь, задав правительству многочисленные вопросы. В работу Ассоциации был вовлечен также ряд профсоюзных лидеров, включая Таданобу Усами, президен­та Генеральной трудовой конфедерации, и Акеши Курокава, президента Генерального совета японских профсоюзов. Членами Ассоциации состояли также юристы, профессора университетов и многие другие, представлявшие самые раз­ные слои японского общества. 1 сентября 1984 года, в пер­вую годовщину трагедии, был образован Технический ис­следовательский комитет в составе профессора Такемото, мистера Сугимото, инженера японской авиакомпании JAL, и журналиста Масуо. Комитет должен был помочь разре­шить один из самых загадочных аспектов происшествия: радиосообщения с борта KAL 007. Голос пилота можно было ясно слышать на пленке переговоров с аэропортом Нарита через 46 минут после того, как самолет, предполо­жительно, был сбит.

Токио, июнь 1985 г.

Во время катастрофы в сентябре 1983 года я находился в Монреале. К июню 1985-го я вернулся в Японию в каче­стве консультанта по вопросам аэронавтики. Как пилота в прошлом меня заинтересовало исчезновение рейса 007. За­интригованный тем фактом, что обломки гигантского само­лета никогда не были найдены на таком мелководье, я ре­шил узнать больше об этом инциденте. Я использовал все свободное время для работы в архивах японских библио­тек, разыскивая подсказки, с помощью которых я встал бы

на правильный путь. Я нашел то, что искал, и гораздо боль­ше. То, что я обнаружил, было невероятно, и я искал лю­бую информацию, которая доказала бы, что я ошибаюсь. Я хотел не упустить ничего, что поставило бы под сомне­ние мое открытие.

Но документы были налицо. Они указывали на то, что корейский самолет не был одинок в небе Сахалина. В то же время другие самолеты пролетали над островом, некоторые из них были сбиты. Это могли быть только военные само­леты. Было достаточно свидетельств, чтобы показать: ката­строфа KAL 007 ни в коей мере не была той простой исто­рией, которую нам рассказали. Я сел за анализ доступных материалов.

Глава 3. РАССЛЕДОВАНИЕ НАЧАЛОСЬ

Весь мир, за исключением Японии, полагает, что но­вость о гибели KAL 007 была сообщена Государственным секретарем США Джорджем Шульцем на пресс-конферен­ции утром 1 сентября 1983 года в Вашингтоне. Но Шульц вовсе не был первым, сообщившим эту новость. Об уничто­жении KAL 007 было объявлено на два часа раньше в Япо­нии. Шульц начал пресс-конференцию в 10.45 восточного времени. В 09.10 вечера в Токио (то есть в 8.10 по времени Вашингтона) глава японского оборонного ведомства пуб­лично обсуждал это событие. Само по себе не так уж важ­но, кто первым сообщил эту новость. Важно то, что эти два человека, хотя оба описали перехват KAL 007 советским ис­требителем, говорили о двух разных случаях.

8