Третья мировая над Сахалином, или кто сбил корейский лайнер? | Страница 18 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Заявление JASDF предотвратило дальнейшие разбира­тельства относительно происхождения обломков, но не сня­ло проблемы. Обломки были найдены к югу от Хоккайдо в проливе Цугару и были зарегистрированы во время их обнаружения местными полицейскими властями, которые сохранили эту информацию в своих архивах. Эти обломки были посланы на авиабазу в Читозе, где их изучала комис­сия экспертов. Они определили что это фрагменты «Боин­га-747». Их отчет хранится где-то в архивах. Позднее JASDF отвергла результаты работы комиссии, объявив, что облом­ки принадлежат не корейскому лайнеру, а самолетам-мишеням. Тем не менее эти обломки были возвращены «Корей­ским авиалиниям» — факт, который подтвердил адмирал

Масайоши Като. Все ли обломки были возвращены? Я не знаю. Но если обломки не принадлежали корейскому авиа­лайнеру, почему же тогда их вернули авиакомпании?

Кусок крыла

Все это время активность вокруг Монерона возрастала. 16 сентября спасательное судно советского военно-морского флота «Георгий Козмин», используя мини-подлодку, подня­ло со дна моря, с глубины около 160 метров, то, что выгля­дело как секция крыла, приблизительно десять метров дли­ной. Ни одна из японских газет не сообщила об этой наход­ке за исключением «Тоо Ниппо», местной газеты, выходящей в городе Аомори, в номере от 17 сентября. О нем не написа­ла ни одна англоязычная или иностранная газета. Если бы «Боинг-747» на самом деле разбился бы там, крыло должно было бы оказаться частью этого самолета, и такое откры­тие было бы сенсацией. Кому был нужен этот заговор мол­чания? Представители Советского Союза ничего не сказали об этом, хотя посол Павлов и сообщил об обнаружении че­тырех фрагментов 9 сентября. Очевидно, русские не считали, что кусок крыла являлся частью корейского самолета.

Американский военно-морской флот, тем не менее, дол­жен был знать об этом открытии, поскольку новости посту­пили с базы JMSA в Отару, где были также расквартирова­ны корабли Седьмого флота США. Почему военные моряки молчали? Если русские подняли десятиметровый кусок кры­ла корейского авиалайнера, это означало бы, что они обна­ружили остов самолета и могли бы найти и черные ящики. Маловероятно, что военно-морской флот США просто при­сутствовал бы рядом и позволил русским поднять черные ящики прямо у себя на глазах, не говоря ни слова. Когда де­сять дней спустя русские передали японскому патрульному судну «Цугару» в присутствии представителей ИКАО пер­вые обломки, найденные в их территориальных водах, сек­ции крыла среди них не было. Если она не принадлежала корейскому авиалайнеру, то тогда от какого же она само­лета?

Через несколько дней после того, как секция крыла была найдена, военно-морской флот США объявил, что на одном из его судов, «Нарангасетт», поймали сигнал радио­маяка, исходящий из черных ящиков самолета. Но пока ко­манда «Георгия Козмина» доставала из-под воды секцию крыла к северу от Монерона, рядом с тем местом, где рыба­ки «Чидори Мару» наблюдали взрыв самолета, моряки «Нарангасетта» заявили, что сигнал радиомаяка исходил совсем из другого места, находящегося к северо-западу от остро­ва. Наблюдатели ИКАО и мистер Сабрено, представляющий Францию, которые были ответственны за расшифровку сиг­налов черных ящиков в случае находки, были официально приглашены присутствовать во время поисковых работ. Но тревога оказалась ложной. Черные ящики не были найдены, и наблюдатели вернулись ни с чем.

Примерно в то же время адмирал Масайоши Като из JMSA объявил, что американское военное судно, работаю­щее самостоятельно, обнаружило большой кусок фюзеля­жа корейского авиалайнера в месте, далеком от других рай­онов поиска. Пентагон никогда не подтверждал этой ново­сти. Через несколько лет, когда я встретился с адмиралом Като, я стал задавать ему вопросы об этом куске фюзеля­жа, особенно о месте, где он был обнаружен. К сожалению, адмирал высказывался по этому поводу столь же лаконич­но, как и Пентагон.

Как показал в своей книге Ивао Койяма, русские и аме­риканцы проводили поисковые работы раздельно, как буд­то каждый искал свои собственные самолеты, наблюдая при этом за действиями противника.

В пределах своих территориальных вод русские обследо­вали два района, один возле Невельска на побережье Саха­лина, другой — к северу от Монерона. В международных во­дах они сконцентрировали свои поисковые работы к северу от Монерона, в то время как американцы искали в 19 милях к северо-востоку от острова. JMSA патрулировали прямо­угольную зону с размерами 100 на 150 километров. Несмот­ря на все их усилия, обломки «Боинга» не были обнаружены. И, тем не менее, средняя глубина в том месте, где, как пред­полагалось, разбился гигантский самолет, фюзеляж которо­го имеет в длину 230 футов, составляет не более 160 мет­ров. При этих условиях, если самолет на самом деле разбил­ся где-то поблизости, он наверняка был бы найден. Вновь на ум приходят слова адмирала Имамура: «Если они не нашли самолет, это просто потому, что его там не было».

После двух месяцев интенсивных усилий поиски, пред­принятые с целью обнаружить обломки рейса 007, заверши­лись 10 ноября 1983 года, когда американские и советские суда покинули этот район. Русские не сделали никаких за­явлений. Американский флот объявил о том, что почти с полной уверенностью можно сказать: корейский авиалай­нер не падал в море в международных водах около Моне­рона. Тайна рейса 007, которая какое-то короткое время, ка­залось, выглядела разрешенной, стала еще более непрони­цаемой. Были случаи, когда самолеты падали в море и были успешно обнаружены на глубине в тысячи футов, тела по­гибших найдены, иногда в течение считанных дней всего од­ним судном. Как же возможно, что огромные усилия по по­иску, включавшие сотни судов, оказались безрезультатными, и после двух месяцев поисков не удалось обнаружить ни­каких следов «Боинга-747» или его пассажиров на глубине, всего в два раза превышающей длину его фюзеляжа?

Рейс 007 не разбивался рядом с Монероном. Задерж­ка с появлением обломков в Татарском проливе и их рас­сеивание, а также течение, идущее с юга на север, позволя­ют заключить, что самолет упал дальше к югу, в Японском море. Обломки, найденные в этом районе, подтверждают эту гипотезу. Но объявив, что обломки на юге принадле­жат беспилотным самолетам-мишеням, а не «Боингу-747»,

JASDF положила конец этим поискам. Могли ли эти облом­ки в действительности принадлежать самолетам-мишеням? Комиссия, которая первоначально исследовала эти материа­лы, определила их как принадлежащие «Боингу-747». Об­ломки, в конце концов, были переданы Корейским авиали­ниям. Для того чтобы доказать их происхождение, я нуж­дался в независимом расследовании фрагментов, найденных на юге Хоккайдо.

Давайте перейдем теперь от хронологии самих событий к хронологии моего расследования.

Глава 5. КЛАДБИЩЕ ЦУГАРУ

Когда я начал мое расследование в Японии, я обнару­жил, что не могу получить доступа ко всем обломкам, не­зависимо от того, в каком месте побережья они были най­дены. Нельзя даже было определить, где находятся облом­ки «самолетов-мишеней». Первые фрагменты были найдены Татеваки Тошио, сборщиком водорослей, который жил в де­ревне Сай на полуострове Шимо Като. Его открытие взбу­доражило общественное мнение и вскоре привело к обнару­жению новых обломков в этом регионе и началу поисковых операций, с базой в Аомори. Я решил расспросить Татеваки в надежде получить дополнительную информацию. 14 но­ября 1989 года я сел на поезд, идущий из Токио в Аомори, центр одноименной префектуры.

Аомори был отличным местом, чтобы подготовить по­ездку в деревню Сай, которая находится на крайнем севере Хонсю. В поезде у меня было спальное место в просторном купе, где оказались купальный халат и шлепанцы. Я при­был в Аомори на следующее утро в 10.28. К 11.00 я при­ехал в отель. В 11.05 я позвонил в редакцию местной газе­ты «Тоо Ниппо» и договорился о встрече. В 11.25 такси дос­тавило меня к зданию редакции, а в 11.35 у меня уже была та информация, из-за которой я и приехал, включая вырез­ки и фотографии. К 12.05 у меня был полный отчет об об­ломках, найденных в этом районе, и я покинул редакцию вполне довольный. Я был готов приступить к моим собст­венным поискам.

Сай — маленькая деревушка, расположенная на самом дальнем краю полуострова Шимо Като. Для того, чтобы до­браться до нее, нужно плыть на лодке. В порту я остановил­ся у сувенирной лавки, чтобы купить несколько карт этого района, а также книгу о местном диалекте японского языка. Эта книга оказалась впоследствии очень полезной.

18