Злые чары Синей Луны | Страница 9 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Судя по всему, сюда уже прибыло больше половины всей городской Стражи, от капитанов до констеблей. Фонари в изящных плафонах разгоняли остатки утренней мглы, но вокруг по-прежнему лежали тени. С моря задувал холодный ветер. Всем было бы гораздо уютнее внутри здания, но, разумеется, такие суперважные персоны, как Маркус и Дэвид де Витты никогда не допустили бы простых стражей в святая святых корпорации. Может, они и нуждались в их услугах, но всяко не собирались якшаться с ними.

Хок вздохнул и поплотнее запахнулся в плащ. Сверху спустили приказ, обязавший всех без исключения стражей оказывать содействие де Виттам и следовать их указаниям. Связи у де Виттов имелись. Сейчас по всему Хейвену преступники получили великолепную возможность разгуляться во всю ширь, пока братья используют городскую Стражу в качестве личных вышибал.

Хок что-то проворчал вполголоса, и Фишер нервно покосилась в его сторону. Она уже точно знала — муж собрался высказать какое-то невежливое и крайне неприятное для де Виттов соображение, когда те, наконец, снизойдут до того, чтобы появиться. А у них с Хоком и без того хватает неприятностей с властями. Она всерьез прикинула: не сбить ли супруга с ног и не усесться ли сверху, пока не поздно? Но после пришла к выводу, что он потом станет дуться, и отказалась от своей затеи. Изабель принялась высматривать ближайший выход — на тот случай, если придется спешно ретироваться.

Сверху донесся многозначительный шум, двери выходящего во двор балкона распахнулись, и на него величественно ступили Маркус и Дэвид де Витты, дабы свысока обозреть собравшуюся стражу. Обоим было чуть за пятьдесят. Оба — упитанные, непринужденно элегантные и надменные, какими бывают люди, у которых от рождения очень-очень много денег. Тщательно уложенные и напомаженные волосы придавали их лицам сходство с бледными, холодными и бесстрастными масками. В их неколебимом самообладании таилась подспудная угроза, словно ничто и никто на свете не смели потревожить их привилегированный мир.

Дэвид был на год старше, но братья мало отличались друг от друга. Одевались они хорошо, но мрачновато, единственным украшением служили толстые золотые кольца на мясистых пальцах. Дэвид держал сигару, а Маркус — бокал с шампанским. Братья де Витт смотрели на собранных по их команде стражей и даже не трудились проявлять презрение. Вид они имели скорее скучающий, словно их вынудили соблюдать какой-то мелкий, но необходимый протокол.

— Вы здесь, чтобы защитить порт от любых посягательств, — без всякого выражения произнес Дэвид. — В первую очередь это относится к бастующим. С настоящего момента вы уполномочены применять любые средства, необходимые для обеспечения безопасности судов, грузов и портовых строений. Ваша первоочередная задача — разогнать толпу и отправить бунтовщиков собирать пожитки.

— У вас не должно возникнуть особых трудностей, — добавил Маркус голосом, до странности похожим на голос брата. — Просто будьте тверды, и они отступят.

— А если нет? — спросил кто-то из Стражей.

— Тогда выполните свой долг, — ответил Дэвид. — Они смутьяны. Быдло. Мы хотим удалить их от нашей собственности. Можете ранить их. Если необходимо — убивайте. Но уберите этот сброд из нашего порта.

— Если мы поубиваем их всех, — произнес Хок в высшей степени сдержанным тоном, — у вас не останется рабочей силы.

— У нас есть зомби, — ответил Маркус. — Теперь, когда мы располагаем средствами для контроля за таким их количеством, нашей рабочей силой станут они. Отныне живые — излишество. На мертвых можно положиться. Им не требуется платить, их не надо обеспечивать всем необходимым, и они не шепчутся у тебя за спиной.

— Верно, — согласился Дэвид. — Следовало сделать это много лет назад.

— А как же люди, работавшие на вас все эти годы? — поинтересовался Хок все с тем же опасным спокойствием. — Какое право вы имеете отбирать у них средства к существованию, ломать их жизни, выбрасывать их семьи на улицу? Разве в Хейвене и без того не достаточно нищих?

— Жизнь и ее богатства принадлежат сильным, — изрек Маркус де Витт, нимало не тронутый упреком. — Тем, у кого есть сила взять то, что хотят, и удержать это.

— А вы тут самые сильные? — поинтересовался Хок.

— Разумеется, — ответил Дэвид.

Хок нехорошо улыбнулся:

— Не хотите спуститься и помериться силой на кулаках?

Несколько стражей засмеялись, но быстро сделали вид, что их охватил внезапный приступ кашля, когда стало очевидно — у де Виттов нет чувства юмора. Ближайшие к Хоку и Фишер начали осторожно отступать в сторону, не желая иметь отношения к таким опасным людям. де Витты подвинулись вперед, чтобы получше разглядеть Хока.

— Вы наемные помощники, — произнес Дэвид. — И сделаете то, что вам прикажут. Ясно?

Рука Хока упала на рукоять топора. Он улыбался, а единственный его глаз засверкал безумным светом. Фишер вцепилась ему в плечо.

— Хок, нет! Не здесь. Не при свидетелях.

Мускулы Хока опасно вздулись под ее пальцами, затем медленно расслабились. Фишер медленно перевела дух. Де Витты гневно взирали на ее мужа, но он молчал. Затем хозяева повернулись к нему спинами и покинули балкон. Бойцы их частной охраны медленно перемещались между стражами, распределяя их по позициям и отдавая при необходимости более детальные приказы.

Хок с удивлением отметил в толпе знакомое лицо. Мистика. Очаровательная женщина и незаурядная колдунья. Когда им в последний раз доводилось работать вместе, она произвела на Хока огромное впечатление. Высокая, стройная, непрестанно порхающая леди тридцати с небольшим лет. Традиционно для людей своей профессии Мистика одевалась в черное, но ее наряд был скроен по самой последней моде и оставлял открытым изрядное количество обнаженной плоти.

Длинное лошадиное лицо и дружелюбная многозубая улыбка делали ее лет на десять моложе. Из-за этой улыбки также создавалось впечатление, что она бы, пожалуй, откусила от вас кусочек, но нельзя же иметь все сразу. Густая копна угольно-черных вьющихся волос ниспадала почти до пояса, и ей постоянно приходилось убирать с глаз пряди.

Мистика обладала хрипловатым акцентом дамы, принадлежащей к высшему обществу, неприятным прямым взглядом и десятками браслетов на руках и ногах, громко бренчавших при каждом ее движении.

— Дорогие мои! — возгласила она, с решительной жизнерадостностью надвигаясь на капитанов. — До чего же невероятно здорово снова видеть вас обоих!

— Привет, Мистика. — Фишер была рада любому поводу отвлечь Хока. — Какого дьявола ты здесь делаешь? Ведь эти чертовы зомби — не твоя же работа, правда?

— Разумеется, нет, — колдунья скорчила гримаску. — Гадость какая. Это вообще не моя область. Просто городской Совет нанял меня в качестве официального телохранителя де Виттам на время неприятностей. На случай, если докеры скинутся на покупку какой-нибудь магической примочки. Будь это кто угодно, кроме де Виттов, я бы послала Совет далеко и надолго, но им фиг откажешь. И вот я здесь, дорогие мои! Колдунья моего калибра опустилась до работы простого охранника. Стыдоба! На мой вкус, не слишком похоже на настоящую работу, но против рожна не попрешь. Да и платят весьма неплохо. Папа с мамой в последнее время немного сдали, за ними нужен глаз да глаз, а это значит, что я грабила семейные закрома немного чаще, чем это полезно для уверенности в завтрашнем дне, и вот…

— Стало быть, делаем, что прикажут де Витты, и почтительно кланяемся, если понимаем свою выгоду.

— Ну да, милый. Такова жизнь. По крайней мере, в Хейвене. Такта у Дэвида с Маркусом ни на грош. Нет, честно, они помыкали мной, будто какой-то служанкой! Я бы плюнула им в вино, но, принимая во внимание их алкогольные предпочтения, они просто ничего не заметят.

— Может, ты объяснишь нам, откуда у де Виттов такой вес в городском Совете? — произнесла Фишер. — У них не было такого влияния, не будь здесь какого-то тайного подвоха.

— Ах, да. Похоже, на рейде скопилось до черта скоропортящихся товаров. Тонны! И почти все очень скоро придут в негодность, если их спешно не разгрузить. Де Витты в настоящее время тратят кучу денег на консервирующие заклинания, но если им придется и дальше продолжать в том же духе, затраты съедят всю прибыль. Поэтому наши дорогие Дэвид и Маркус оказались между молотом и наковальней. Если они снимут заклятья, то останутся ни с чем, кроме тонн гниющей еды. А если они не доставят эту еду потребителю — и в приличном состоянии, — то потеряют не только кучу денег, но и целую кипу очень важных контрактов. Так что они действительно не могут позволить себе ни малейшей задержки.

9