Не надейся - не умрешь! | Страница 74 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

Журналистика также является делом любителей — до тех пор, пока любители не проявят себя как исключительно разносторонние и не только грамотные, но и опытные люди, причем не в написании слов, а в остальных делах Империи и мира. Журналист является фильтром, цензурой на пути информации к людям, и если он молокосос, не знающий ни жизни, ни дел, о которых вещает, то он автоматически пропускает к потребителям информации только те новости, которые он, кретин, сам в состоянии понять. Такой "журналист" превращает население в идиотов, ничего не знающих и не понимающих.

Поэтому все журналисты России начинают, как любители, и переходят в профессиональную журналистику только тогда, когда достигают высокого рейтинга в глазах очень умных потребителей их труда. Хотя этого никто и не требует, но в Империи, к примеру, нет профессиональных журналистов, освещающих военные темы, которые бы до перехода в журналистику не прослужили в армии 25–30 лет. Нет журналистов-экономистов, которые бы до этого не проявили себя как хозяйственники на протяжении такого же срока. Думаю, что факт появления на экране сопляка или соплячки, что-то поясняющих (даже правильно) аудитории, состоящей из опытных людей, вызвал бы у всех граждан Империи (в том числе даже молодых) рвоту. Настолько противоестественно это зрелище…

Все исторические архивы России переведены в электронную форму и доступны любому гражданину для ознакомления и анализа. Поэтому история — это тоже дело любителей, это область сугубо увлечений.

Из 20 программистов России только один работает профессионально в системе жизнеобеспечения, для остальных компьютерные программы — это увлечение.

Вся наука от астрономии и географии до теплотехники и военного дела доступна любителям и является основным занятием в сфере увлечений. По тем критериям, по которым остальной мир считает людей учеными, в России на 500 млн. имперских граждан приходится более миллиарда ученых.

Как становятся любителем? Да собственно так же, как и профессионалом. Просто профессионалом становятся, исходя из потребностей общества, иногда даже из потребностей общества в данной общине (есть работа, значит, нужно ее делать). А любителем становятся из "потребностей души", выбирают то, что заинтересовало в школе или впоследствии.

К примеру, в данной сельской общине крестьянин по старости освободил свое поле, его дело перенимает юноша и становится профессиональным агрономом за 3–4 года общения с компьютером Комитета по образованию и с другими крестьянами (агрономами). Но предположим, что юноша со школы мечтал стать физиком. Нет проблем. Он в любой период своей жизни может сообщить об этом обучающему компьютеру, и тот начнет обучать его физике. Сначала обучит его всем принципиальным законам, уже открытым в данной науке. Затем предложит выбрать направление (специализацию) и начнет обучать всему, что известно о физике данного направления. И года через 3 компьютер сообщит обучаемому, что по данному вопросу он рассказал все, что сам знал. Любитель уже стал физиком и далее должен искать знания сам. Ограничений нет, точно так же любитель может освоить еще не одну науку. Времени это будет занимать все меньше и меньше с учетом повышения общей развитости ума и того, что компьютер будет учитывать все ранее полученные знания.

Далее любитель начнет сам искать новые знания и новые решения. Он будет разрабатывать гипотезы и проверять их. Ему может повезти, а может нет, но жизнь его будет заполнена самым увлекательным для человека Делом, дающим максимум удовлетворения и единственно нужным Жизни — поиском новых знаний.

Эффект от такого увлечения людей огромен. Имперская статистика утверждает, что в области техники профессионалы дают 80 % внедряемых технологических решений и 10 % конструкторских. Т. е. 90 % конструкторских решений дают любители. Еще убедительнее ситуация в науках. Тут профессионалы дают всего 20 % методик и аппаратных оформлений экспериментов и всего 4 % проверяемых гипотез. Это объясняется не слабостью профессионалов, а огромным численным превосходством любителей. Если в Империи возникает вопрос, который для нее либо для науки очень важен, то компьютеры Комитета по образованию "раскаляются докрасна" — десятки миллионов граждан Империи начинают вникать в вопрос. В короткое время число любителей, подготовленных к решению этого вопроса, увеличивается по сравнению с числом профессионалов в сотни, в тысячи раз. Империя, как единый мозг, сосредоточивает умственные усилия миллионов на важной для себя проблеме.

Немного о том, как это происходит технически. В Обучающей Сети имеются электронные журналы каждой отрасли науки, каждого направления. И профессионалы, и любители помещают в них свои сообщения о новых знаниях или гипотезах. Дисциплина жесточайшая, околонаучный информационный мусор недопустим. Кроме того, ведь никому не требуются "публикации" для защиты диссертаций: их просто нет, как нет и ученых званий. Дается только результат или, кратко, гипотеза. Если ученым требуются подробности методик или объяснения гипотез, то они обращаются непосредственно к автору. Люди, занимающиеся одной проблемой, хорошо знакомы друг с другом, даже ни разу не встретившись: Сеть позволяет им видеть друг друга при разговоре.

Проверка гипотез требует экспериментов, а они часто чрезвычайно дороги. В таких случаях есть два пути. Автор может попросить проверить гипотезу профессионалов, имеющих соответствующее исследовательское оборудование или могущих это оборудование создать. Иногда профессионалы охотно и быстро гипотезу проверяют, но часто бывает так, что и у них нет свободных средств или они в гипотезе сильно сомневаются. Тогда автор ищет средства (экономию) среди сочувствующих своей гипотезе и уже любители собирают средства и проводят эксперимент за свой счет.

Немного отвлечемся. Существует освященное традицией правило половины: если при внедрении идеи получена экономия, то тот, кто внедрил, отдает половину тем, чьими идеями он сам воспользовался. Если внедрение идеи требовало затрат и эти затраты внесены со стороны, то спонсоры считаются в третьей доле, и экономия делится на троих: внедренца, автора идеи и спонсоров. Поэтому у любителей, занимающихся "чистой наукой", порой бывает доход не только от благодарных читателей в Сети, но и от конкретной экономии, если их работа послужит базой для продуктивной идеи. А спонсоры, давая под гипотезу средства с риском того, что эксперимент окончится ничем, порой получают свои средства обратно, да еще с процентами.

Зеленая лягушка

Такой вот пример увлечения.

Тотемом физики в Империи стала лягушка, обыкновенная, болотная, зеленая. Случилось это так.

У одного из физиков возникла идея новой концепции мироздания, причем такая, что она переворачивала все представления. Довольно скоро возникли и идеи эксперимента по ее проверке. Но даже самый дешевый из вариантов стоил неимоверно дорого: только готового оборудования надо было доставить на обратную сторону Луны свыше двухсот тысяч тонн. Общие затраты составляли пять годовых бюджетов Империи — и земцы сникли: Собор не мог решиться собирать с Империи такие налоги под эксперимент, результаты которого очень мало гарантированы. Император только развел руками: он тоже разделял опасения Собора.

И тогда проблема вышла за пределы физики и стала этической: "Зачем мы живем? Мы живем, чтобы познать Мир — и экономим на этом?!!". Прошел сбор средств по всей Империи, не осталось ни единого гражданина, не сдавшего свою экономию на проверку этой гипотезы. Легко отдали свои огромные гонорары футболисты и композиторы, "разбили копилки" старшеклассники.

За шесть лет установка на Луне была создана и смонтирована, попутно вызвав революционное развитие сотен направлений в науке и технике. Настал момент ее запуска, Империя и мир затаили дыхание. И… неудача!

Если бы эксперимент подтвердил неправильность гипотезы, то было бы легче. Но эксперимент ничего не подтвердил, по непонятным причинам установка "не чувствовала" ничего. Число физиков в России уже превысило 120 млн. человек — Империя усиленно искала решение. И оно было найдено: нужен был экран из тончайшей фольги тяжелого металла. Таким металлом могло быть золото, и его нужно было 500 тонн. По инерции немедленно прошел призыв: "Сдать обручальные кольца!" — но тут возмутились Собор и Император: золото было взято из госзапасов и прокатано в фольгу.

74