Журнал Наш Современник №6 (2001) | Страница 9 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

- Завтра же!

- Есть завтра!

- Откуда Борис Петрович родом? - спросил Черняховский у Онищука.

- Тамбовская область... Село Рассказово. - Онищук помолчал и добавил: - Родился в России, хоронить будем в Литве...

Через месяц вышел указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении посмертно майору Попову звания Героя.

В дивизии Черняховского, что непрерывно вела жестокие бои с численно превосходящей ударной танковой группировкой противника, узнали об этом значительно позже.

* * *

В 1995 году, к 50-летию Великой Победы, вышла в свет документальная повесть Юрия Федорова "О пережитом..." Автор умер сравнительно недавно, до глубокой старости работая конструктором в одном из "почтовых ящиков". Испытания на его долю выпали поистине уникальные и в то же время в какой-то мере типичные для многих фронтовиков: мобилизация на второй день войны, отступление, неудачные попытки выйти из "котла", плен, принудительная работа на заводе в Германии...

Мы публикуем отрывок из предисловия Юрия Федорова к своей книге и главу XIV в сокращении.

...при написании повести мною руководило только одно желание - откровенно и правдиво изложить факты, не освещавшиеся ранее в нашей литературе, но действительно мною пережитые. Никакие "варианты" и "версии" не имеют в ней места...

Например: по "историческим данным" Герой Советского Союза летчик Пысин Н. В. усилиями жены получил "чистые" документы, не подтверждающие факта, приведенного в фронтовой газете его дивизии, где он снят перед самолетом, с надписью: "Герой Советского Союза Пысин Н. В. погиб смертью храбрых в боях под Либавой". А он в это время уж был в плену у немцев и - живой!.. Летчик ГВФ Пысин Н. В. благополучно скончался в звании Героя Советского Союза в 1989 году!

... я обратился к Пысину с просьбой рассказать, - как ему и другим узникам удалось выбраться из шталага с его вышками, пулеметами, прожекторами и двойным рядом заграждений из колючей проволоки? Он охотно рассказал историю, достойную хорошего детективно-приключенческого фильма. Мы знали, что режим шталага был значительно строже нашего и усугублялся еще и тем, что люди все время находились в бараках, с правом выхода на час в будни и на три часа по воскресеньям. Тогда разрешалось петь под аккомпанемент гитары на площадке перед своим бараком, разговаривать, общаясь с пленными из других бараков. Собираясь перед своим бараком, они как-то, топчась на месте, случайно сдвинули часть слоя песка и земли, под которыми обнаружилась чугунная крышка канализационного колодца. Возникла идея обследовать, куда ведет он.

В одно из воскресений население барака Пысина, как обычно, вышло наружу и расположилось плотной группой на том участке, где был люк. Разгребли песок, с помощью металлического крючка от вешалки приподняли и открыли люк. В колодец по скобам в его стене спустился выбранный по жребию товарищ. Люк закрыли, присыпали песком, стали ждать, прохаживаясь тут же. Прошел час. Тишина. Проходит второй, и мы, уже начав серьезно беспокоиться, наконец услышали стук в чугунную крышку люка. Без суеты расположились мы вокруг люка, осторожно разгребли песок и тем же "инструментом" открыли крышку. "Разведчик", перепачканный в нечистотах, стоял на скобе, не имея сил выйти из колодца. Колени его оказались стертыми в кровь, хотя были предусмотрительно замотаны полотенцами, превратившимися в грязные окровавленные лохмотья.

При помощи товарищей он выбрался из люка, крышку бесшумно закрыли и присыпали песком. Измученный, с помощью товарищей он прошел в барак, где ему помогли снять грязную одежду и размотать кровавые лохмотья со стертых коленей, промыть под краном в умывальнике потертые места, переодеться в лагерную форму, замененную перед разведкой сообща подобранной одеждой. Едва он покончил с этим, как наряд из лагерной охраны начал грубыми окриками загонять людей в бараки, закрывать двери и ставни на окнах. Несмотря на перенесенные испытания, боль и крайнюю усталость, посланец был сильно взволнован, возбужден и, как только закрылись двери, окна, стал негромко рассказывать окружающим его товарищам, что ему удалось разведать.

Колодец оказался довольно глубоким - около трех метров. Когда закрыли крышку, он очутился в полной темноте и стал осторожно спускаться по скобам. Достигнув дна, на ощупь обнаружил, что в колодец входят три трубы - две небольшого диаметра, по ним вливалась вонючая жижа в третью, она была большая - около полуметра, и вытекала из колодца. Несмотря на вонь, он дышал довольно легко, видимо, воздух проходил по большой трубе. Опустился на колени и, убедившись, что свободно проходит в проем трубы, решил рискнуть - пополз на четвереньках в неизвестность. А риск был немалый: окажись на пути решетка, он не смог бы повернуть назад. Но его толкала вперед уверенность, что следующий колодец, если он будет, окажется уже за пределами шталага. А это значит свобода!

Однако следующего колодца не оказалось. Он полз уже минут 20, полотенца на коленях стали рваться от трения о шершавые стенки трубы, как вдруг почувствовал дуновение свежего воздуха, и впереди забрезжил свет! Продвинувшись еще на 25-30 метров, он достиг края трубы и смог выглянуть наружу. Труба выходила в неглубокий овраг. Выбравшись из трубы, он осмотрел колени, они почти оголились от полотенец, местами уже имели потертые, кровоточащие места и зудели. Кисти рук тоже были потерты, но не кровоточили. Поднявшись по склону оврага, он осторожно выглянул за его край и увидел, что находится примерно в 360-400 метрах от шталага с его колючей проволокой, вышками и пулеметами, а слева, примерно в полукилометре, был виден русский рабочий лагерь. Несмотря на боль, он почувствовал удовлетворение от разведки и радость от предчувствия чего-то хорошего. Но предстоял обратный путь! Пришлось заново перематывать истрепавшиеся полотенца на коленях и только потом влезать в осточертевшую трубу, благо она была невысоко. Обратный путь дался труднее. Сказывались усталость и боль от потертости коленей и рук. Несмотря на это, он двинулся обратно с чувством удовлетворения от разведки, хотя ох как не хотелось расставаться с уже достигнутой свободой. Выслушав рассказ своего разведчика-первопроходца, все вдруг почувствовали, будто уже брезжит явно различимый свет желанной свободы. Нельзя было упускать неожиданно открывшуюся возможность побега...

Важным актом стало "переселение" по частям всей группы на полную свободу. Как же происходило это "переселение"? В колодец они ныряли еще при свете вечернего солнца, а к цели прибывали глубокой ночью. Все это было очень непросто еще и по той причине, что надо было обеспечить строгую конспирацию, при которой оставалось бы незамеченным ежедневное исчезновение пяти человек. Наилучшим оказалось решение, принятое старостами блоков, когда тайной жеребьевкой каждый из десяти блоков выбирал двух или трех человек, с тем чтобы каждую из пяти ночей к выходу были готовы пять человек. Двое прорвавшихся чуть было не сорвали операцию, так как шум возле люка привлек внимание внутренней охраны, когда мы пытались не пропустить "нарушителей"... Учтя опыт "разведчика", те, кто готовился "на выход", смастерили подобие наколенников и рукавицы из одеял, сложив в два-три слоя материю. Труднее всех пришлось Герою Советского Союза Николаю Пысину - крупному мужчине весом свыше ста килограммов и ростом 190 сантиметров. В условиях лагерного "курорта" он, конечно, несколько сбросил вес, хотя в шталаге кормили все же лучше, чем у нас. Из-за своих габаритов Пысин уже при спуске по скобам в колодец испытывал неудобства, а в трубе с ее шершавыми стенками он с трудом протискивался и если бы двигался последним, то вполне мог бы застрять там навсегда. Выручил следующий за ним товарищ, хотя ему было очень нелегко ползти из-за недостатка воздуха (Пысин почти закупорил трубу своим телом). Ему приходилось, преодолевая собственные трудности, еще подталкивать Пысина, упираясь в него головой. Двигавшиеся за ним потом рассказывали, что они чуть не задохнулись. Но так или иначе все семь человек выбрались из трубы в овраг.

Было еще светло. Свободного времени было еще много до того, как вечером погаснет свет в наших бараках, что послужит сигналом, разрешающим через час начать передвижение к лагерю. Они решили откопать углубление в склоне оврага, чтобы укрыться в нем. Почва оказалась рыхлой, песчаной и легко поддавалась рукам... Когда стемнело, Пысин видел наблюдателей за лагерным освещением. И когда те сообщили, что свет в бараках погас, группа начала готовиться. Ориентироваться во времени очень помогли куранты на башне городской ратуши. Где-то в половине первого ночи "семеро смелых" во главе с Пысиным двинулись по оврагу к русскому лагерю, но так как овраг уходил влево, группа, достигнув направления на ближайшую к шталагу сторону, вышла из оврага и, двигаясь по-пластунски, поползла вдоль ограждения, следя за нижними рядами колючей проволоки. Преодолев метров шестьсот, заметили подготовленный лаз под колючей проволокой, нырнули туда по одному и оказались в объятиях встречавших. С нашей помощью поднялись по веревочной лестнице, через поднятую секцию крыши проникли в барак. К счастью, погода благоприятствовала проведению операции. Так были спасены 27 военнопленных во главе с Героем Советского Союза Николаем Пысиным.

9
1
6
24
29
39
48
58
61
69
72
73
74
75