Журнал Наш Современник №6 (2001) | Страница 6 | Онлайн-библиотека


Выбрать главу

У матушки Катерины свои связи с Россией. Несколько лет тому назад из Углича сюда привезли колокол. Небольшой. Весом в 100 килограммов. Последний километр Александр Ананов с Михаилом Васильевичем Филипченко несли его на руках. Иначе звон не будет малиновым. Еле дотащили. Благо местные рыбаки подсобили.

Матушка Катерина сама вызвалась позвонить в колокол, на дорожку. Чтоб оценил, сколь он хорош. Несмотря на годы, бодро поднялась по крутой лестнице на колокольню, начала бить, а сама все смотрела мне вслед. Бум! Бум! Будто пыталась разбудить Россию. Чтоб очнулась наконец от затянувшейся "медвежьей спячки". Вспомнила о своем Спасителе.

В тот момент больше всего в жизни мне хотелось успокоить матушку Катерину, сказать напоследок, что Россия помнит митрополита Илию. Не сказал.

Малиновый перезвон далеко разносился над Средиземным морем. Но он не слышен в далекой России. А у меня до сих пор в глазах маленькая, сухонькая старушка в черном одеянии. С надеждой и верой во взгляде.

В России, в отличие от мусульманского Ливана, гораздо чаще можно услышать колокольный звон, чем голоса муэдзинов. Но это ничего не меняет. Для большинства россиян митрополит Гор Ливанских Илия Карам и по сей день остается безымянным человеком из чужого мира.

Перед тем как написать эти строки, я вновь попытался встретиться с протоиереем Василием Швецом. Попросить его благословения. На этот раз на документальную повесть об Илии. А заодно спросить мудрого человека: "Что стало бы с Россией, если бы Сталин не внял словам, переданным Богородицей через митрополита Гор Ливанских Илию Карама?" Вопрос не праздный.

Полковник О., отставной военный доктор, фронтовик, на Общем собрании членов братства святителя Иоасафа, епископа Богородского, 4 сентября 1915 года в Петрограде рассказал о двух явлениях ему Чудотворца.

"Года за два до войны, следовательно, в 1912 году явился ко мне в сновидении Святитель Иоасаф и, взяв меня за руку, вывел на высокую гору, откуда нашему взору открывалась вся Россия, залитая кровью. Я содрогнулся от ужаса... Не было ни одного города, ни одного села, ни одного клочка земли, не покрытого кровью... Я слышал отдаленные вопли и стоны людей, зловещий гул орудий и свист летающих пуль, зигзагами пересекавших воздух; я видел, как переполненные кровью реки выходили из берегов и грозными потоками заливали землю... Картина была так ужасна, что я бросился к ногам Святителя, чтобы молить его о пощаде. Но от трепетания сердечного я только судорожно хватался за одежды Святителя и, смотря на угодника глазами, полными ужаса, не мог выговорить ни единого слова. Между тем Святитель стоял неподвижно и точно всматривался в кровавые дали, а затем изрек мне: "Покайтесь... Этого еще нет, но скоро будет... "

Уже после начала войны полковнику О. было второе явление Святителя Иоасафа: "Лик Его был скорбен. "Поздно, - сказал Святитель, - теперь только одна Матерь Божия может спасти Россию. Владимирский образ Царицы Небесной, которым благословила меня на иночество мать моя и который ныне пребывает над моей ракою в Богороде, а также Песчанский образ Божией Матери, что в селе Песках подле г. Изюма, обретенный мною в бытность мою епископом Белгородским, нужно немедленно доставить на фронт, и пока они там будут находиться, до тех пор милость Господня не оставит Россию. Матери Божией угодно пройти по линиям фронта и покрыть его Своим омофором от нападений вражеских... В иконах сих источник благодати, и тогда смилуется Господь по молитвам Матери Своей!" Сказав это, Святитель стал невидимым, и я очнулся".

Сейчас старец Василий живет где-то в Строгино на окраине Москвы. У добрых людей - Веры и Николая. В разговоре по телефону они пообещали, что передадут мою просьбу. Хотя заранее предупредили, что Василий Швец плох, перебои с сердцем. Годы берут свое. Но все равно каждый день старец соборует православных и почти не спит - молится перед святыми образами. Как когда-то его духовный наставник митрополит Гор Ливанских Илия. Не знаю, о чем молится старец Василий, и не хочу знать. Познание может быть неожиданным и страшным.

Знаю другое. Через несколько дней обязательно поеду в Приднестровье, в Тирасполь. На землю Суворова, от которой в 92-м отказалась сегодняшняя Россия. Может, удастся там, на левом берегу Днестра, возродить память о митрополите Гор Ливанских Илии Караме. Самое место. Имя Илия переводится как "Крепость Господня". А Суворов как раз и строил Тирасполь как крепость, защитницу от набегов турецких янычар. Вот и стоять бы им рядом, Александру Суворову и Илии Караму, на самой красивой площади приднестровской столицы. Как Минину и Пожарскому на Красной площади. Не беда, что приднестровцы живут бедно. С миру по нитке. По "родимому суворику" с каждого двора. Кто знает, может, не рубли, а "суворики" сегодня и есть самая что ни на есть русская денежная единица.

От протоиерея Василия Швеца до сих пор так и не позвонили. Не до меня старцу. Других земных дел хватает. Успеть бы. А что не благословил - не беда. Я понял: дважды на святое дело не благословляют.

Мозаика войны (Наш современник N6 2001)

К 60-летию вероломного нападения

Германии на Советский Союз

МОЗАИКА ВОЙНЫ

Дорогие товарищи!

Как мы уже сообщали, в редакцию журнала приходит много писем от ветеранов Великой Отечественной войны, от писателей и журналистов, разрабатывающих тему насильственного противостояния социализма и фашизма, от бывших узников гитлеровских концлагерей и тружеников советского тыла, от людей, чье детство было опалено военным лихолетьем...

Мы внимательно ознакомились со всеми поступившими к нам материалами - письмами, воспоминаниями, страницами документальной прозы, - тщательно отобрали наиболее интересные, на наш взгляд, факты, события, судьбы, фотографии тех лет и предлагаем вашему вниманию обещанную подборку под названием "МОЗАИКА ВОЙНЫ".

Должны сразу оговориться, что некоторые материалы не являются эталонами высокохудожественной писательской прозы, но в них, самое главное, каждое слово - правда, каждая строка - выстраданное документальное свидетельство нашей трагической и героической истории, забывать о которой или фальсифицировать которую - преступление, приравненное к измене Родине!

15 мая 1941 года тогдашним заместителем начальника Оперативного управления Генштаба Александром Михайловичем Василевским были написаны "Соображения по плану стратегического развертывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками".

Скончавшийся в начале этого года выдающийся мыслитель и литератор, историк и критик Вадим Валерианович Кожинов в последней своей прижизненной публикации в газете "Завтра" по поводу этого документа писал: "К прискорбию, ряд историков уже в продолжение нескольких лет пытается интерпретировать его как программу нападения СССР на Германию, которое, мол, не состоялось только потому, что Германия напала на нас первой..." Особенно усердствовал в этом вопросе предатель и фальсификатор Резун-"Суворов" в своей книжонке "Ледокол", изданной в 1992 году. Однако в "Соображениях..." Василевского "...речь идет отнюдь не о нападении на Германию, а об ответном наступлении наших войск, - то есть о контрнаступлении..."

Да-да, чего там греха таить, если некоторые в начале сороковых годов разрабатывали тактику уничтожения агрессора "...встречными мощными ударами и широкими наступательными операциями...", то другие были целиком во власти "шапкозакидательских" настроений: мол, разгромим врага малой кровью и на его территории!..

На деле, однако, все вышло по-другому; война растянулась на долгих 1418 дней, враг стоял едва ли не у стен московского Кремля, в жесточайшей блокаде оказался Ленинград, немецкие танки утюжили своими гусеницами волжские плесы, кровопролитные сражения происходили в подавляющем большинстве на нашей, советской земле...

О незабываемых днях шестидесятилетней давности рассказывают страницы документальной повести военного журналиста, полковника в отставке, заслуженного работника культуры РСФСР Анатолия Седых "Летнее солнцестояние".

Драматическое начало Великой Отечественной войны ряд отечественных и зарубежных историков, военных, писателей истолковывают как паническое отступление частей Красной Армии под мощными ударами вермахта, массовую сдачу в плен наших командиров и красноармейцев.

6
1
6
24
29
39
48
58
61
69
72
73
74
75