Близкие и любимые | Страница 3 | Онлайн-библиотека

Шашлыки. На гриле, мангале, в тандыре, в казане
Кулинария, блюда из мяса

Бумажные Книги



Годовой курс занятий:для детей 3-4 лет (с наклейками)
Курс занятий, для самых маленьких

Бумажные Книги



Выбрать главу

     Все ясно, догадался Джед. Она не хочет, чтобы он познакомился с сыном. И если как донор он не подойдет, немедленно попросит его убраться восвояси. Черта едва он ее послушается! Не на того напала! Ему необходимо увидеть сына — и он его увидит!

     — Возможно, о моих правах на отцовство говорить пока еще действительно рано, но во встрече с моим сыном ты не может мне отказать. — Джед по-прежнему считал себя никудышным отцом, но бескомпромиссность собственного требования придала ему решимости.

     Мой сын.

     Сочетание этих слов казалось ему фантастическим, но почему-то... приятным. Не понимая до конца, что за ними кроется, Джед был абсолютно уверен в том, что ему нельзя отказываться от столь уникального шанса — увидеть собственного сына!

     Не имея доводов, чтобы возразить, Эйми нехотя согласилась.

     — Ну что ж, твоя взяла! Больница находится недалеко. И если ты готов ехать...

     — Поехали!

     Эйми заученными движениями обошла магазин, выключила свет, опустила жалюзи, проверила холодильники. Джед с трудом преодолел инстинктивное желание помочь ей, догадавшись, что она сейчас, как никогда, нуждается в таких простых и отработанных действиях. И, возможно, впервые приблизился к пониманию ее чувств и переживаний.

     Она сделала все удивительно четко и быстро. Ее самодостаточность раздражающе подействовала на Джеда, его преследовало навязчивое чувство, что он для нее не более чем вынужденная и временная необходимость.

     — Джед!

     Он бросился к Эйми, встревоженный дрожью в ее голосе.

     — Да. Что случилось?

     — Спасибо тебе! Спасибо, что ты сейчас со мной. Это очень важно для нас с Тоби.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

     Джед неотрывно внимал словам доктора.

     Острый лимфолейкоз, белокровие.

     Слова, вылетавшие из уст человека в белом халате, звучали чудовищно. Джедом овладевало желание заткнуть уши и бежать без оглядки, чтобы спрятаться где-нибудь в безлюдном месте и съежиться, погрузившись в тишину и бесчувствие.

     Однажды с ним уже происходило нечто подобное, когда председатель суда присяжных зачитывал обвинительное заключение, после которого его отец был осужден на десять лет лишения свободы. Именно тогда Джед, отчаявшись быть услышанным   всемогущим   Богом, разуверился в силе своих молитв.

     — Насколько вы уверены в диагнозе? — недоверчивым тоном спросил он доктора.

     Снисходительный взгляд врача красноречиво говорил о неуместности подобных вопросов.

     — Я вам сочувствую... — доктор понимающе закивал головой. — Тоби совершенно истощен, у него отсутствует аппетит, распухшие десны, изъязвленная слизистая ротовой полости, носовые кровотечения. И это лишь внешние признаки, а, поверьте, мы основываем диагноз не только на них. Именно проведенное нами полное обследование позволяет делать столь неутешительные выводы, — объяснил он, выписывая рецепт на антибиотики.

     — Да... Я вас понимаю. — Джед погрузился в мрачную задумчивость. В чем провинился этот несчастный ребенок, чтобы заслужить такие мучения? — Доктор, а в чем заключается лечение? — внешне Джед продолжал сохранять хладнокровие, говорил спокойно и уверенно, что давалось ему все труднее и труднее с каждой минутой. А оттого, что доктор непрерывно вертел в руках свою золотую ручку, его раздражение лишь возрастало.

     — В подобных случаях лечение проводится в несколько этапов. Что касается Тоби, то у нас есть все основания давать оптимистичные прогнозы. Поскольку число его белых кровяных клеток не превышает тридцати тысяч, вероятность ремиссии  вследствие химио- и радиотерапии достаточно велика, — ответил доктор бесстрастным лекторским тоном.

     Химио- и радиотерапия... ремиссия...

     Разрастающаяся головная боль пульсировала в висках Джеда, в ушах шумело. Ему часто приходилось видеть страдания на телемониторах во время выпусков новостей, бледные изможденные лица детей, мужественно переносивших страдания. Мысль о том, какие муки предстоит пережить маленькому Тоби, повергала его в трепет.

     — Разумеется, для достижения наилучшего результата предпочтительна трансплантация костного мозга.

     — Объясните, почему так желательна трансплантация? — продолжал спрашивать Джед. Его первоначально недоверчивое отношение к лечащему врачу постепенно уступало место доброжелательности и пониманию. Если бы только не эта дурацкая привычка машинально вертеть ручкой!

     — Трансплантация показана далеко не всегда. Организм некоторых пациентов успешно восстанавливается и после одного химиотерапевтического воздействия. Но, согласитесь, будет лучше, если мы используем все имеющиеся возможности. — Желая удостовериться, что отец ребенка разделяет его убеждение, доктор поверх очков посмотрел на Джеда.

     Узнать о существовании сына и его страшном заболевании, а потом взять на себя ответственность и принять решение... — и все это в течение одного часа! В душе Джеда причудливым образом  переплелись глубочайшее  сострадание к малышу, некоторая жалость к себе и всевозрастающее чувство вины. А ведь ему еще только предстоит узнать то, с чем Эйми пришлось справляться в одиночку в течение пяти лет.

     — Расскажите, пожалуйста, про трансплантацию поподробнее, — впервые за долгое время вступила в разговор Эйми.

     — Донорский костный мозг для трансплантации, как правило, берется у близких родственников, реже у генетически совместимых доноров, не состоящих в кровном родстве с пациентом. Что такое костный мозг? Проще говоря, это жидкая субстанция в сердцевине кости. Полученный от донора костный мозг мы вводим пациенту. Это происходит обычно через некоторое время после первой процедуры, подготовка к операции может занять от одного до пяти часов.

     Тут существуют различные факторы, о которых нет смысла упоминать.

     Для Джеда, похоже, выдался настоящий день кошмаров. Он с детства слыл смелым парнем, но шприцы и инъекции всегда вызывали у него панику. Оставалось надеяться, что Тоби не унаследовал этот животный страх перед уколами.

     — Каким образом вы получаете донорский костный мозг? — робко продолжил допрос Джед, хотя был неплохо осведомлен о деталях процедуры, так как в свое время в выпускном классе он сдавал работу, посвященную именно этой теме.

     Доктор, явно раздосадованный досужим любопытством в столь поздний час, нервно завертел ручкой.

     — Донору дают наркоз. Игла вводится в губчатую кость таза, именно из нее мы и получаем трансплантационный материал. На это уходит примерно час. Считается, что для донора это менее комфортная процедура, чем для реципиента.

     — Спасибо за откровенность. Приятно слышать, — пробурчал Джед.

     — Есть еще вопросы? — после короткой паузы произнес доктор и, не услышав ответа, тут же подытожил: — В таком случае я бы хотел как можно скорее получить материал для проведения генетической экспертизы.

     — Простите, доктор... Позвольте задать вам еще один вопрос. Последний и самый важный.

     Медицинские разговоры о методах лечения не проясняли главного. Каковы шансы на выздоровление Тоби? Внезапно перед глазами Джеда замелькали темные круги. Ему вдруг стало по-настоящему страшно.

     — Скажите... Вы уверены, что мальчику ничего не угрожает? То есть я хочу спросить, Тоби будет жить? — с трудом произнес он и тут же принялся поносить себя последними словами.

     Как можно такое спрашивать, когда рядом стоит мать, и без того не находящая себе места от беспокойства?

     Видимо желая помочь ему и сгладить возникшую неловкость, Эйми притворно закашляла.

     — Мы не можем дать никаких гарантий, — сурово ответил доктор. — Люди все разные, и у каждого свои индивидуальные особенности. Но у вашего мальчика организм крепкий, поэтому хочется надеяться на лучшее.

     — Да, конечно. —  Внезапно Джед со всей ясностью понял, что никто не в силах гарантировать им, что не случится самое худшее. О боже, такого не должно случиться. Обрести неожиданно сына и почти сразу его потерять! Такого удара он не выдержит.

     — Надеюсь, теперь мы можем приступить к делу? — спросил с нетерпением доктор.

     Странно, но если раньше подчеркнутое спокойствие доктора раздражало Джеда, то теперь он стал усматривать в нем свидетельство профессионализма и надежности. Лечащий врач не имеет права реагировать на панику пациентов и их родственников!

3

Годовой курс занятий:для детей 3-4 лет (с наклейками)
Курс занятий, для самых маленьких

Бумажные Книги