Корнюшон и Рылейка в подземном мире | Страница 1 | Онлайн-библиотека

Выбрать главу

Игорь Малышев

Корнюшон и Рылейка в подземном мире

Вдоль всех стен в папином кабинете — огромные книжные шкафы до самого потолка. Шкафы отражаются в стеклянных дверцах друг друга, и от этого кажется, что папин кабинет — какая-то почти бесконечная общественная библиотека. Книжными шкафами здесь не заставлено только окно. Под окном стоит огромный письменный стол, с ножками в виде львиных лап, который достался папе от дедушки, а дедушке — от прадедушки. А откуда стол появился у прадедушки — этого уже никто не знает.

И Настя, и Никита считают папин кабинет самым таинственным и заманчивым местом во всём доме. Особенно после того, как год назад Никита случайно обнаружил в столе с лапами — потайной ящик! В ящике было много пыли и какой-то странного вида конверт, а в конверте — пожелтевшие бумаги и почти прозрачная засушенная фиалка. Никите конверт показался неинтересным, его намного больше занимала конструкция потайного ящика. А вот папа при виде находки пришёл в большое волнение и прямо в тапочках побежал в музей. Оказалось, что письмо из конверта — очень ценный исторический документ. Теперь он лежит в музее в витрине, а Никите директор выдал благодарственное письмо в красивой рамочке.

Но самое заманчивое и удивительное в папином кабинете — это, конечно, книги. В каждой из них — удивительный мир. Никита и Настя просто обожают исследовать огромные книжные шкафы и каждый раз находят для себя что-нибудь новенькое и интересное. Как, например, вот эта книжка — про маленьких отважных человечков Корнюшона и Рылейку.

Корнюшон и Рылейка в подземном мире

Летнее небо — высокое и прозрачное. В жаркий день хорошо улечься где-нибудь в траве, под ветками яблони и сквозь прорехи в листве смотреть вверх. Не знаю, как вы, а я очень люблю поваляться так часок-другой.

Возможно, прочитав это, кто-то фыркнет: «Какое пустое занятие! Что интересного можно увидеть в небе?» Не скажите! В небе всегда есть на что посмотреть. Например, птицы. Знаете, как красиво парит в воздухе сокол, как величественно несут его ветра, как стремительно бросается он вниз?! Или вот облака. Про облака вообще можно говорить бесконечно… Как-нибудь я обязательно расскажу вам о них, но сейчас мне хочется поведать об одной интересной вещи, которую может разглядеть в небе только очень внимательный человек.

Речь о маленьких человечках, путешествующих на тополиных пушинках. Не верите, что такие бывают? Так слушайте, я расскажу вам историю, что произошла с десятилетним мальчиком Корнюшоном и его взрослой тётей Рылейкой, которые, как вы понимаете, и были этими самыми маленькими человечками. Настолько маленькими и лёгкими, что обычная тополиная пушинка свободно несла их высоко над землёй.

— Что-то мы давно летим, — сказала Рылейка и принялась копаться в узелке с пожитками, откуда вскоре достала длинную тонкую верёвку с тройным железным крючком на конце. — Это «кошка», — пояснила она, — как её ни кидай, она всегда найдёт во что вцепиться.

Рылейка высмотрела внизу большой и запущенный яблоневый сад, спустила «кошку» и зацепилась за верхушку одной из яблонь. «Есть!» — довольно воскликнула она и стала выбирать верёвку, притягивая тополиную пушинку к земле.

Вскоре Корнюшон и Рылейка уже гуляли по веткам и рассматривали сад, в который попали. Он весь зарос высокой крапивой, лопухами, иван-чаем, лебедой и тимофеевкой. Неутомимые пчёлы трудились на цветах, воздух гудел от их крыльев. Здесь было жарко, намного жарче, чем в небе, откуда они только что прибыли. Вольные ветры высоты сюда не залетали и не разгоняли разгорячённого застоявшегося воздуха, тяжёлого от запахов трав и цветов. Корнюшон и Рылейка, прихватив с собой шпаги (кто же отправляется в путешествие без доброй шпаги?), спустились на землю и пошли между травинок.

На лист клевера прямо над Рылейкой приземлился серый кузнечик, и тяжёлая искрящаяся капля росы упала на неё, окатив с головы до ног. Корнюшон прыснул со смеху. Тётя остановилась, критически посмотрела на племянника, слизнула с губ воду. По-собачьи встряхнулась, обдав Корнюшона брызгами, и как ни в чём не бывало пошла дальше. Корнюшон тоже облизал губы и отправился следом.

— Ты смотри, осторожней здесь. Поглядывай по сторонам, — предупредила Рылейка и показала племяннику шпагу. — Держи наготове.

Вскоре они набрели на заросли земляники. Тётя срубила самую спелую ягоду, разделала её на дольки, как мы разделываем арбуз, и протянула одну Корнюшону. Через полчаса мальчик понял, что не может больше съесть ни кусочка, отвалился на спину и стал сквозь траву глядеть на небо. Там всё было как обычно: солнце светило, облака плыли, стрижи и ласточки летали. Корнюшон почувствовал себя совершенно счастливым. Впереди оставалось ещё больше половины лета, школа была далеко (ведь маленькие человечки тоже ходят в школу!), ни забот, ни хлопот не предвиделось. Нужны ли ещё какие-то поводы для радости мальчику десяти лет от роду?

— Так-так-так, — послышался голос Рылейки. — Ну что ж, не пора ли прогуляться?

Корнюшон был не против. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как земля под их ногами провалилась и они очутились в сырой и тёмной норе. Повсюду из стен торчали корешки трав и деревьев. Рылейка потянула носом. «Зверем пахнет», — тревожно пробормотала она. Корнюшон сжал в руке рукоятку шпаги и прижался к тёте. Та похлопала его по плечу, посмотрела вверх. Дыра, сквозь которую они провалились, была высоко — не достать. «Делать нечего, — сказала тётя, — надо искать выход». Идти было непросто, ход то нырял вниз, то шёл вверх. Дорогу путникам то и дело преграждали насыпи обвалившейся земли. Хорошо ещё, что нора проходила близко от поверхности земли и сквозь трещины в потолке просачивался скудный свет.

Случалось, что холодные и скользкие дождевые черви касались их ног, и тогда путешественников пробирала неприятная дрожь. Корнюшону всё время казалось, что из-за очередного поворота покажется страшная и уродливая голова невиданного зверя, живущего в этой норе. С огромными клыками, вздыбленной шерстью и круглыми злыми глазами. Мальчик от страха еле шёл. Но поворот следовал за поворотом, а никаких зверей всё не появлялось. Страх понемногу отступил.

Проблуждав по подземным переходам несколько часов, Корнюшон и Рылейка совершенно выбились из сил и уселись отдохнуть. На бледных корешках, что свисали отовсюду, виднелись капельки холодной влаги. Корнюшон вспомнил, как утром на траве сверкала и переливалась под солнцем роса, и ему стало не по себе.

— А вдруг мы отсюда вообще никогда не выберемся? — спросил он у Рылейки.

— Разве тебе здесь так нравится?

— Совсем не нравится.

— Тогда в чём же дело? Зачем мы будем тут оставаться? Обязательно выберемся.

Тётя была спокойна. Корнюшон подумал и решил, что и ему тоже беспокоиться незачем.

— В путешествия затем и отправляются, чтобы случались приключения, — сказала она, зевая. Потом вытащила из кармана рубашки сухарь, сунула его в руку Корнюшона. — На, погрызи.

Мальчик впился зубами в твёрдый, как камень, сухарь. В минуту расправился с ним его и, почувствовав себя сытым и спокойным, привалился к тёте и уснул. Задремала и Рылейка.

Их разбудил шорох. Из темноты норы к ним приближался кто-то большой и неторопливый. Он громко сопел и напевал вполголоса:

Пусть света нет, и всюду сырость, И дом мой корни оплели, Но что мне в трелях соловьиных? Что проку в них, что проку в них? В моих таинственных пещерах Нет суеты и толкотни, Здесь всюду мрак, покой и гнилость, Здесь всё моё, здесь я один. Но так бывает, я скучаю, Что слова некому сказать, Что чудеса мои и тайны Никто не сможет увидать.

Рылейка вскочила на ноги, проверила, легко ли выходит шпага из ножен. Корнюшон почувствовал, как дрожат его руки, и тоже покрепче сжал рукоятку оружия. «Вот сейчас он и появится. Тот страшный зверь с длинными клыками, торчащей шерстью и злыми глазами», — подумал он.

1