Выбрать главу

Анна Одувалова

Академия для строптивой

Моей маме, без искрометного юмора которой текст ни за что не получился бы таким позитивным.

Автор

Глава 1

Волшебные труселя

Трусы были до невозможности позорные: белые, в крупную ярко-алую клубничку с ядовито-зелеными листочками. Покрой тоже не радовал. Похожие мама покупала мне лет десять назад – с высокой талией, симпатичными рюшечками и алой тесьмой. Я взирала на чудо магического произвола, приподняв подол серой форменной юбки студентки пансиона, которой не являлась уже несколько часов.

– Ну, папа-а-а! – в десятый раз простонала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно тоньше и противнее. – Ты надо мной издеваешься, да?

– Нет! – Мой отец, досточтимый ректор Имперской академии магических искусств, сурово смотрел на меня, восседая за массивным дубовым столом. – Это ты надо мной издеваешься! Кассандра, тебе семнадцать! Всего лишь семнадцать лет! Твое поведение даже для магички недопустимо, а уж для студентки пансиона благородных девиц – и подавно!!!

– Так и брал бы меня сразу в магички! Нечего пытаться сделать из вольного ветра благородную даму! – пафосно воскликнула я и почти сразу поняла, что перегнула, а родитель едва сдержал издевательский смешок.

– Вольного ветра? Упрямой идиотки!

– Сам виноват! Надо было сразу зачислять в академию, еще полгода назад! Я ведь честно поступила.

– Теперь-то уж точно возьму! Будешь у меня под строгим родительским надзором изучать смертельные проклятия!

– А это зачем? – Я со всхлипом повернулась к отцу, демонстрируя свое «веселенькое» нижнее белье.

– А это… – Родитель поморщился, видимо, магическое произведение ему самому не сильно нравилось. – Чтобы у меня было спокойно на душе! Скажи спасибо, что я на тебя не металлический пояс верности нацепил, поганка! Инструкция на столе. Снять нельзя. Разговор окончен!

Я всхлипнула, схватила со стола инструкцию и рванула в коридор.

– Далеко не уходи! – крикнули мне вслед. – Сейчас знакомиться с другими млекопитающими пойдешь. Нужно же предупредить болезных, что в их бараньем стаде пополнение. Да еще такое сомнительное!

Отвечать не хотелось, поэтому я хлопнула дверью так, что задрожали косяки, и, надувшись, уселась в приемной на низкий кожаный диванчик. Настороженно-любопытный взгляд секретарши, по мне – слишком молодой и красивой, чтобы работать со студентами, я проигнорировала, посмотрела на свиток с инструкцией на сероватой бумаге, но решила изучить ее позже. Настроение было ни к демону!

Не, безусловно, я во всем виновата сама. Папа планировал сделать из меня светскую даму, надежду и опору семьи – только так меня можно было выгодно выдать замуж, а я хотела быть магичкой, как мама. Поэтому и ставила на уши пансион благородных девиц, пока все же не добилась своего. Папа перевел меня в академию магии! Но дьяволы, я же не знала, что победа достанется мне такой ценой! При воспоминании о труселях в клубничку меня пробивала нервная дрожь. Интересно, как в них в туалет ходить и в душ… и когда с меня их снимут?! Очень надеюсь, не перед выпуском или, того хуже, перед свадьбой! Не переживу. Шушель бы побрал папины эксперименты!

А ведь план был хорош! Когда постоянные прогулы, две драки и подожженные в кабинете кураторши занавески не возымели никакого действия и привели только к тому, что меня закрыли на неделю в келье на черном хлебе и воде, я пошла ва-банк. Нашла в трактире первого попавшегося симпатичного парня и предалась с ним разврату на подоконнике общежития пансиона благородных девиц. Ну, как предалась… Нас застукали раньше.

Итог оказался закономерным. Директриса не выдержала, меня отчислили, а папенька, у которого не осталось иного выхода, забрал меня с руганью и проклятиями к себе под крылышко, в академию. Правда на теоретический, а не на практический факультет, на отделение смертельных проклятий, мотивировав свой выбор тем, что там мне, «змеюке», и место. Но факультет – это дело поправимое. Все получилось так, как мне хотелось. Впрочем, я всегда получала то, что хочу. Как и мама.

Только вот труселя в виде бесплатного приложения к обучению в академии я не заказывала. Задача номер один – от них избавиться, и как можно быстрее. Не дай демоны, кто увидит! Позору не оберешься. Быть мне здесь не опасной для общества заводилой, к статусу которой я привыкла, а белой вороной. Ну уж нет! На такое я не подписывалась.

Я не успела появиться в академии, а уже стала весьма известной персоной. Еще бы! Меня через весь холл и по центральной лестнице, словно барана на плече, нес сам ректор, а я неприлично ругалась, болтала ногами и сыпала проклятиями, к счастью, пока самыми обычными, магическим мне еще предстояло научиться. Огненно-рыжие, похожие на гриву пони волосы практически подметали ступеньки. Ленту из косы я потеряла раньше, пока спасала от разгневанного папеньки свой зад.

Моему несостоявшемуся любовнику повезло больше – он сиганул в окно и позорно сбежал. Благо этаж был второй. Вообще, я думала, папа кинется за ним, а не сразу же примется пороть меня. Парня жалко не было, я его едва знала. Жаль, что ошиблась. Мне досталось больше.

Я хотела войти в двери академии победительницей, а не въехать на плече отца, словно баран на закланье. Я бы вообще предпочла, чтобы о нашем родстве никто не знал. Но у папы были свои планы, и он решил меня представить всем лично.

Причем пренеприятнейшим образом. Из своей приемной он потащил меня за руку в самое людное место – столовую во время ежедневного ужина, чтобы уж точно никто не пропустил мое появление. Причем потащил прямо в таком виде, как и была, – растрепанную, в помятой одежде ученицы пансиона благородных девиц и Труселях (про себя я именовала их именно так – с большой буквы). Труселя, конечно, никто не видел, но я знала: они на мне есть, и испытывала из-за этого дикий дискомфорт и ярость, которая пока не могла найти выхода.

Арион фон Расс взял меня за руку и вытащил за собой на деревянный помост-сцену.

– Разнополые недомаги! Слушаем сюда! – гаркнул он.

Я даже голову в плечи вжала. От рева заложило уши.

В столовой воцарилась полная тишина, и все головы повернулись в нашу сторону.

– Вот эта юная – хотелось бы сказать: леди, но врать не в моих правилах, – наша новая студентка! Почему столько пафоса, спросите вы? А потому, что она, к великому сожалению, моя дочь! Существо взбалмошное, социально опасное и не поддающееся контролю и перевоспитанию. Змеюка, чтоб ее! Я, как родитель и педагог со стажем, расписываюсь в своей профнепригодности. Из пансиона благородных девиц ее выгнали за непристойное поведение, а наши стены и не такое видывали. Бойтесь ее и обходите по возможности стороной. Особенно это касается мужской части вашего бараньего стада, так как девушкам грозят только те неприятности, в которые их сможет втянуть моя дочь, а парням полный набор обеспечу я.

Ректор нехорошо улыбнулся и обнажил внушительные клыки – совершенно немыслимое дело, обычно он не позволял себя такого, если не собирался вступить в открытый бой, а тут не утерпел. Или я просто чего-то не знаю о папиной работе в стенах академии? Я тяжело вздохнула, опустила глаза, прошептала под нос: «Зато я буду магичкой, как мама», – и торжествующе улыбнулась. Как же я хотела здесь учиться!

Это было три дня назад. За столь короткое время я успела раз пять пожалеть о своем решении. Точнее, о своем поведении, которое навело папу на мысль забрать меня в стены магакадемии. Учиться тут было трудно, непроходимых дур преподаватели не любили, а я пропустила полгода занятий и за умную сойти не могла. Если на спецпредметах мне давали поблажку и возможность нагнать, то на общеобразовательных было реально стыдно. Полгода в пансионе я ничего не учила принципиально, а сейчас жалела об этом.

Моей соседкой по комнате оказалась светловолосая, похожая на ангела пифия Сильвена. Папа мотивировал выбор так:

– Две неадекватные девицы пубертатного периода быстро найдут общий язык. Так что, болезная кликуша, принимай к себе под крылышко мою змеюку! – обратился он к Сильвене, и та покорно кивнула, проигнорировав оскорбление ректора.

1