Выбрать главу

Инга Мицова

«Идите и проповедуйте!»

© Мицова И., 2013

* * *

Моему мужу, Владимиру Яковлевичу Кравченко, с любовью и благодарностью…

И.М.

К читателю

Знаем ли мы Евангелие?

Думаю, что не ошибусь, если скажу: мы слышим о Благой вести за каждым богослужением, однако её самой мы не знаем и не представляем не только исторические события, но и людей, живших тогда, – апостолов, мужей апостольских, диаконов, проповедников… Простых людей – рыбаков, ремесленников, воинов… Книжников, священнослужителей, жрецов языческих культов… Тех, кто был наделён властью и влиянием… Многие из них упоминаются в четырёх канонических Евангелиях, Деяниях апостолов, в посланиях апостолов Павла, Петра, Иакова, многие так и остались безымянными.

Стремление показать события той эпохи, оживить их, сделать ближе и понятнее современному читателю вдохновляло автора этой книги. Она писалась долго, ибо задача эта невероятно сложная и, если бы не слова ободрения и поддержки покойного владыки Василия (Родзянко), вряд ли бы её удалось осуществить. Насколько хорошо – об этом, конечно, судить читателю.

Книга открывает практически неизвестный читателю мир апостольских времён, но дешёвых сенсаций в духе «Кода да Винчи» в ней искать не стоит. Также в ней нет обилия археологических подробностей: конечно, это историческое повествование со всеми приметами эпохи, но не музейная витрина, а живая жизнь. Восприятие языческого, античного мира даётся глазами первых христиан – поэтому оно далеко не восторженное.

Чтобы облегчить чтение, часть еврейских имён приводится так, как это принято в христианской традиции, – например, Мария, а не Мариам, апостол Пётр, а не Симон. В то же время Савл остаётся Савлом, и только в конце книги появляется (при контактах с римлянами) его новое имя Павел. Понтий Пилат именуется прокуратором, а не префектом и т. д. Ведь это художественное произведение, а не научный трактат, и доля авторского вымысла здесь, конечно же, присутствует…

События, изложенные в книге, охватывают время после Воскресения Христова вплоть до так называемого Апостольского собора в Иерусалиме, когда окончательно были отвергнуты тесные узы Закона Древней Иудеи. Таким образом христианство оказалось открытым миру – не только иудеям, но всем народам, которые получали святое крещение во имя Отца, Сына и Святого Духа. Об этом говорил апостол Павел в своем Послании к галатам:

«Все вы – сыны Божии по вере во Христа Иисуса; все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе. Если же вы Христовы, то вы – семя Авраамово и по обетованию наследники» (Гал., 3: 26–29).

Название книги «Идите и проповедуйте!» взято из повеления Иису са Христа апостолам (Мк., 16: 15, 16). Она продолжает предыдущую – «Следуй за Мной», посвящённую земной жизни Спасителя, который позвал за собой обычных, ничем не примечательных людей – тех, кого потом назвали апостолами.

Известный искусствовед И. К. Языкова отмечала, что автор тактично подходит к евангельскому тексту, находит свою нишу, никого не копируя, при этом не позволяя себе что-либо приписывать или добавлять, фантазировать и перетолковывать. Цель книги – приблизить события к современному читателю, раскрыть смысловую многомерность канонического текста, который очень плотно спрессован и сжат, как бы развернуть его в пространстве, как разворачивают свиток.

Надеемся, что книга поможет лучше понять то, что переживали первые христиане после ухода Спасителя, когда из небольшой иудейской общины их сообщество превращалось во вселенскую Церковь… Мы узнаем, что их волновало, радовало и печалило, с какими испытаниями им пришлось столкнуться…

Пусть это поможет пройти испытания, которые встречаются, по Промыслу Божию, на нашем жизненном пути, с той же твёрдостью, мужеством и смирением, с какими их встречали во времена апостольские…

Д. Н. Бакун

Пролог. На берегу Галилейского озера

…Прошло около месяца.

Ученики возвратились в Галилею. То, что они видели свои ми глазами воскресшего Равви, не сразу, но с каждым днём всё больше входило в их душу и разум. И чем дальше, тем не опровержимей казалась истина воскресения. Но внешне жизнь потекла, как и прежде.

Однажды вечером Пётр сказал себе:

– Надо наловить рыбы.

Он зашёл к Иоанну и Иакову и объявил им:

– Идём ловить рыбу.

Они вышли в море на лодке Зеведея: Пётр, Иоанн, Иаков, Фома, Нафанаил и ещё двое. Фома теперь почти всегда молчал – с той самой минуты, когда Иисус позволил ему вложить пальцы в раны, он был тих, как ягнёнок, и на любое известие негромко отзывался: «Всё может быть».

Луна светила ярко, и было тихо, и тихо-тихо плескались волны в борт лодки. Всех охватило блаженное чувство покоя. Они забыли о ловле и сидели неподвижно, бросив весла, качаясь на волнах. Весенний воздух ласково струился вокруг, вместе с небом и морем жизнь последних трёх лет тихо плескалась в них, и страстным ожиданием чего-то нового и великого стучали их сердца.

В ту ночь они не поймали ничего. Время от времени Пётр закидывал сети, но рыбы не было, и они, еле перебирая веслами, глядели заворожённо в сторону Капернаума, но не преда ваясь воспоминаниям, а будто оживляя их.

Вставало солнце, они подплывали к берегу. Там, у самой кромки воды, кто-то стоял. Лица не было видно. Голова не покрыта, одеяние переливалось в солнечных лучах… И ещё Он казался очень-очень высоким.

Когда они подплыли ближе, Он закричал:

– Дети, есть ли у вас какая пища?

– Нет, – ответил за всех Пётр.

Показалось, что при звуке голоса Петра Незнакомец улыбнулся, одеяние вспыхнуло даже ярче, чем солнце, и Он сказал:

– Закиньте сети по правую сторону лодки и поймаете.

Пётр и Иоанн бросили сети, и тотчас сеть стала тяжелеть. С лодки было видно, как бьётся в ней и трепещет большая рыба.

– Это Господь, – прошептал Иоанн Петру. – Это Господь.

Пётр выпустил сеть и кинулся в море, кровь стучала и билась в ушах, он плыл, и казалось ему, что он не двигается с места. За ним тихо шла лодка, Иоанн, затаив дыхание, вглядывался в Того, Кто стоял на берегу. Нафанаил и Фома с трудом тащили сеть.

Пётр выскочил на берег, увидел уже разожжённый костёр, приготовленные камни… Он застыл, не шевелясь, глядя на огонь, не смея поднять взор.

– Принесите рыбу, которую вы поймали, – услышал Пётр.

Он оглянулся, лодка уже ткнулась носом в камни, Иоанн стоял во весь рост и не отрываясь смотрел, боясь ошибиться. Пётр поспешно кинулся к лодке, но сеть уже тащили на берег. Рыбы в ней были крупные, как на подбор, и мокрая чешуя блес тела на утреннем солнце. Пётр стал вытаскивать их одну за другой и бросать подальше от воды. И всё время, сам не сознавая, что делает, громко считал:

– Раз, два, три, четыре…

– Сто пятьдесят три! – крикнул Пётр, оборачиваясь и по-прежнему видя только сияющие одежды.

– Идите обедайте, – услышал он.

…Молча, тихо, робко они усаживались вокруг костра, проведя вечную грань между собой и Учителем. Невозможность коснуться Его, осознание того, что Он – Сын Божий, сковывала их и наполняла сердца ужасом и радостью. Робко, очень робко они сели вокруг костра. Даже глаз не пытались поднять.

Тогда Иисус подошёл к костру, взял оттуда рыбу и дал Иоан ну, затем Нафанаилу, Петру, Иакову, Фоме… Он обхо дил всех по кругу, они молча принимали рыбу. Хлеб и рыбу. Боясь просыпать крошки, жевали медленно, с трудом глотали и уже не сводили глаз с Учителя.

Он задумчиво ворошил огонь.

– Симон Ионин, – прозвучал голос.

Он всё не отрывал взгляда от огня.

Пётр напрягся и тоже уставился в костёр. И вдруг вспомнил своё отречение, другой костёр, пение петуха…

– Симон Ионин, любишь ли ты Меня больше, нежели они?

– Так, Господи, – ответил Пётр. Он положил остатки ры бы перед собой и поднял страдальческий взгляд на Иисуса. – Ты знаешь, что я люблю Тебя.

– Паси агнцев Моих, – проговорил Иисус, глядя на Петра.

Иоанн, как и Пётр, положил перед собой рыбу и глядел на Господа, ожидая, что Тот сейчас заговорит и с ним.

– Симон Ионин! Любишь ли ты меня?

– Так, Господи. Ты знаешь, что я люблю Тебя, – тихо, буд то через силу, ответил опять Пётр.

1